Саудовский телеканал Al Hadath сообщил, что Иран и Оман договорились об открытии Ормузского пролива. Причем плату за проход судов брать не будут. Этот пункт выглядит довольно странным, поскольку контроль над судоходством и сборы оставались важной частью позиции Тегерана. К тому же соглашение еще должен одобрить Высший совет национальной безопасности Ирана. Получается, миру поспешили сообщить о «договоренности», которой в окончательном политическом смысле пока может не быть.

Однако назвать эту историю стопроцентным фейком тоже нельзя. Иранский МИД подтвердил, что Тегеран и Маскат достигли взаимопонимания по координатам судоходного маршрута и готовят совместное заявление. Оман официально заявил о стремлении сохранять пролив безопасным и открытым для международной навигации. Значит, вопрос, вероятнее всего, не в наличии переговоров, а в трактовке их результатов.

Не исключено, что Тегеран вскоре объявит данное сообщение не соответствующим действительности. Но опровергаться может не сам факт контактов, а формулировка. Иран способен заявить, что решения об «открытии» пролива нет, поскольку обсуждаются лишь координаты маршрута и временный порядок прохода. Это позволит сохранить переговоры, одновременно отвергнув впечатление, будто Иран капитулировал, тем более что новая схема, по данным СМИ, может предусматривать иранский контроль над входящим потоком и оманский — над исходящим.

Но если информация Al Hadath верна именно в изложенном виде, то речь идет о крупной уступке американцам. Бесплатный проход означает, что Тегеран временно отказывается от одного из главных инструментов давления на США и их союзников. Ормуз для Ирана — это стратегический рычаг, позволяющий переносить цену конфликта на мировой энергорынок. Решение отдать его без серьезной компенсации было бы трудно объяснить и внутри страны, и союзникам.

Следовательно, за публичной частью договоренности может скрываться встречный пакет. Тегерану могли предложить передышку: ослабление морской блокады, разрешение на экспорт части нефти, разблокировку активов, временные санкционные исключения либо отказ от новых ударов. В прессе фигурирует 60-дневный формат. Тогда Иран не отказывается от Ормуза, а обменивает временную нормализацию судоходства на конкретные уступки другой стороны.

Но кто способен дать такие гарантии? Оман — посредник, которому доверяет Тегеран, однако у него недостаточно политического веса, чтобы заставить Вашингтон соблюдать договоренности. Он может передавать предложения и согласовывать формулировки, но не способен самостоятельно гарантировать безопасность Ирана.

Пакистан выглядит весомее, однако и его возможности ограничены. Исламабад уже выступал посредником при заключении июньского меморандума между США и Ираном. Последующее возобновление конфронтации показало: посредник способен привести стороны к документу, но не способен обеспечить его исполнение. Поэтому ожидать, что Пакистан в одиночку удержит стороны от новой эскалации, было бы слишком оптимистично.

Сами американцы? Верить исключительно устным обещаниям Вашингтона для Ирана было бы последним делом, особенно после срыва прежних договоренностей. Реальной гарантией может быть только синхронная схема: Иран открывает конкретный маршрут, а США одновременно снимают конкретное ограничение; Иран продлевает режим прохода — американская сторона выполняет следующий экономический пункт. Не слова, а уже совершенные действия.

Так что, скорее всего, перед нами — контролируемая утечка о незавершенном соглашении. Ее цель — проверить реакцию Ирана, США, арабских монархий и нефтяного рынка, а также подтолкнуть Тегеран к принятию решения. Если Тегеран действительно согласился, значит, ему, вероятно, предложили значительно больше, чем сообщается публично. Если такого пакета нет, иранское опровержение лишь вопрос времени.

Фархад Ибрагимов