Связка штурмовиков и операторов дронов превратилась в основную движущую силу войны. Разведка, малые группы, умение незаметно накопиться, воздушный проводник, сопровождающий бойцов на каждом шагу, и ударные БПЛА, постоянно готовые к атаке, — так сейчас выглядит и наступление, и оборона. О том, как в этих условиях выполняют боевые задачи, — в материале РИА Новости об освобождении Владимировки в ДНР морпехами 61-й отдельной гвардейской бригады.

Кость навылет

Разведчик с позывным Рус был в первой группе, зашедшей в село. За несколько дней преодолели почти 17 километров — с 40 килограммами груза на плечах.

“Всю дорогу нас вели командиры — с беспилотника наблюдали за нами и по рации подсказывали, как и куда идти, где какая угроза поджидает. Конечно, воздействовали FPV противника, но добрались без потерь — группа была хорошо подготовлена”, — рассказывает морпех.


Его сослуживцу Мокею повезло меньше. На маршруте имелась “открытка” — поле в полкилометра. Бойцов заметил противник. Начался обстрел.

"Рядом с земли поднялся "ждун". Открыли огонь, попали, но он взорвался слишком близко. Ударило в левую руку, однако продолжил движение — на адреналине", — вспоминает он.

О том, что у него дырчатый перелом предплечья — кость насквозь пробил поражающий элемент — подшипник, узнал, только вернувшись из Владимировки. А до этого 37 суток выбивал врага из села и отражал контратаки.

Лекарство против морщин

Задача первой группы — закрепиться, выставить наблюдательные посты и собирать информацию о противнике. Когда подтянутся основные силы — зачистка.

“Населенник был забит вэсэушниками. У них и группы больше — часто по четыре человека, у нас максимум три”, — продолжает Рус.

Но численное преимущество не помогло. Беспилотники не позволили сосредоточить силы во время стрелкового боя, да и укрыть несколько групп так, чтобы они могли вести огонь по одной, негде.


“Действовали всегда в связке с FPV-дронами — они "разбирают" позицию, мы ее зачищаем”, — уточняет штурмовик.

Впрочем, вэсэушники тоже не сидят на месте, перемещаются. Из-за этого одну из позиций пришлось отбивать дважды.

“Мы забрали точку, ликвидировали там двоих. Вернулись на свою, а в ту опять пролезли вэсэушники. Расстояние было метров 20-30, все слышно, — говорит морпех. — Предлагаем им сдаться. В ответ стреляют. Причем очень неграмотно. Их больше, но они все успевают одновременно закрасниться (уйти на перезарядку. — Прим. ред.). Огонь вели беспорядочно, так что мы с напарником сумели к ним подобраться”.


После двухчасового боя повторно взяли позицию. Насчитали там еще шесть трупов.

Неподготовленные и возрастные — всем убитым сильно за 40.

“У некоторых татуировки — явно криминальные. Вероятно, набор из колонии. Но в плен не сдаются. Даже обезоруженные пытаются хвататься за гранаты”, — добавляет Рус.

Не все трофейные рации сразу блокировались противником. Так разведчики собирали дополнительную ценную информацию.


Лучший подарок

В селе встретили мирных.

“В одном доме пожилые мужчина и две женщины — старше 60, в другом — молодые супруги, по 25 лет примерно, и три-четыре человека постарше. С мая прошлого года в подвалах. Истощены, вымотаны, испуганы. Помогли им с едой. Воду брали из колодца — проверенный, чистый. Но задерживаться там не могли — нужно выполнять задачи. Молодая пара мне очень запомнилась”, — признается штурмовик.

Потом расспросил об их судьбе. Эвакуировали, но парня убил украинский дрон.

После очередного зачищенного дома группа Руса перекатывалась на другую позицию.


“Как-то в этом момент нас засек ”Мавик”, — рассказывает морпех. — Увидел, где мы закрепились. И тут же прилетела “Баба-яга", сбросила три “морковки” (снаряда от РПГ. — Прим. ред.). Осколком третьей меня и ранило — под глаз залетел, до сих пор со мной. Еще попало в бедро и в голень. Потом “Яга” вернулась с зажигалками и спалила дом, но мы оттуда успели переместиться незаметно”.

На этом боевом выходе Рус встретил 33-й день рождения.

“Командир прислал FPV с праздничным грузом. В том числе с шоколадкой и письмом от жены, — улыбается боец. — Это самый лучший подарок, что я когда-либо получал”.

Спустя 44 дня, выполнив задачу, он с сослуживцами покинул село.


Реликвия

Группу Мокея, которая заходила во Владимировку немного позже Руса, на окраине засек противник.

“Они знали, что мы там, но не понимали, где именно. Поэтому артиллерия клала буквально везде. Обстрел продолжался около восьми часов, — вспоминает он. — Я забежал в дом, один из снарядов ударил совсем близко. Упал на пол, и меня придавило радиатором. Прилетели дроны — высматривали, есть ли кто внутри. К счастью, не заметили”.

Морпех достает из кармана иконку Николая Чудотворца.


Объясняет: “Мой дед воевал в Великую Отечественную. Потом прожил долгую счастливую жизнь. Всю войну с ним была эта иконка. Когда я отправлялся в зону СВО, мать мне ее вручила и сказала: “Дед вернулся живой, и ты вернешься”.

Из другого кармана вытаскивает добытые во Владимировке трофеи — шевроны с нацистской символикой.

“Были и наемники. Мы находили тела, похоже — латиноамериканцы. Но без каких-либо опознавательных знаков, шевронов и документов. Все либо сорвано, либо сожжено. А мы первыми из наших были на той точке — значит, это сами украинцы сделали”, — подчеркивает Мокей.

Он тоже отметил численное превосходство противника. При зачистке одного дома ликвидировали пятерых боевиков.

“Они действуют неграмотно. Неправильно выставляют охранение, занимают позиции”, — говорит морпех.


Изменчивый пейзаж

Три недели командиры ВСУ практически каждый день засылали группы в надежде вернуть село. Почти всех уничтожали на подходах FPV-дроны и огонь штурмовиков. Тех немногих, кто добирался до домов на окраинах, тоже быстро ликвидировали.
Только в самом селе Мокей насчитал четыре десятка убитых вэсэушников. Сколько противник потерял в контратаках — неизвестно.

“Ландшафт постоянно менялся. Был вчера дом, а сегодня нет — настолько плотно работали артиллерия и дроны”, — уточняет морпех.


При обстрелах бойцы старались определить направление, откуда ведется огонь, — и наводили туда наши беспилотники.

“До переезда сюда мы были на островах под Херсоном, и там наш командир роты — Пивыч — постоянно с нами занимался. Кто не на БЗ — те на занятиях. И это не только марш-броски и стрельба, но и теория. Он очень многому нас научил. Мы разведчики, нам надо в первую очередь головой думать", — подчеркивает Мокей.

На прощание говорит: "Я понимаю, что впереди нас ждут новые задачи. Работу нужно довести до конца. И это в наших силах”. Нет никаких сомнений в том, что морпехи доведут боевую работу до логического завершения — победы.