Корреспондент донецкой редакции КП Ольга Гордо расказала, почему не уезжает из Донецка

«Оставаться с ребенком в зоне боевых действий глупо, безответственно и опасно», — слышу ежедневно от разных людей. Тем не менее я (как и многие сотни тысяч) живу в своей квартире в Донецке, и на то есть веские причины.

В панику меня вгоняют не взрывы и залпы за окном, а звонки от родственников. Посмотрят телевизор и давай наяривать:

- Боже, у вас там такое творится! Еды нет, воды нет, денег нет! Подумай о ребенке! Почему не уезжаешь? Что ты там делаешь?

- Варю суп, загружаю машинку и собираюсь в детский сад за дочкой, — отвечаю.

Успокаиваю как могу. Но каждый раз такой звонок сеет во мне сомнения, что я таки никудышная мать и пора бы валить. Но вот забрала Майку, зашли по пути за мороженкой и кефиром, поиграли с детьми на площадке, поболтала с бабушками у подъезда — а ничего, нормально, жить можно. Но родственникам отвечать все равно что-то надо. Постепенно вырисовывался целый ряд причин. Иногда люди переезжают. Выходят замуж или женятся, по работе, просто решают начать жизнь заново, сменить климат ради здоровья. В любом случае человек сам решает что-то изменить. Я же вынуждена подчиниться обстоятельствам. Безопасность — очень веская причина. Но! Почему я, человек, вполне себе довольный жизнью: семья, работа, жилье, климат — должна все бросить и уехать потому, что там «наверху» кто-то не может договориться? Какого черта? От мысли о том, что придется переехать, я просто зверею.

Но не думать об отъезде, безопасности, «бахах» просто невозможно. Когда «прилетело» на соседнюю улицу, я засобиралась особенно резво. Достала два чемодана и окинула квартиру взглядом в поисках «самого необходимого». Первое — вещи. Откройте шкаф с детскими вещами и попробуйте выбрать самое необходимое. Потом свой шкаф с платюшками. Выбрали? Не получается?

То-то же. А еще обувь, верхняя одежда. Как там сложится — неизвестно, а хотелось бы прилично выглядеть в любое время года.

Кухня. Тут придется оставить все: технику, которая облегчала быт и радовала, красивенькие тарелочки, чашечки, салфеточки. Игрушки. На первый взгляд — баловство, и его не жалко. Но на самом деле это важный элемент развития. Из-за ограниченности средств игрушки выбирала полезные. Многие подарены близкими людьми и этим дороги. Из всего берем только самых любимых: Степку, Лапуню и несколько книжек.

Ходим по квартире и мысленно прощаемся с люстрами, обоями, шторами, мебелью — все это тщательно выбиралось. Это мое и только мое. Но что делать — оставляем.

Фотографии, школьные дневники, грамоты, первые пеленки-распашонки… Все не влезет, придется выбирать. А как? Елочные игрушки — понимаю, ненормальная, но среди них есть игрушки моего отца и из моего детства. Оставляем.

Теперь не будет приятных воспоминаний, привязанных к местности: вот тут на мосту в парке Щербакова старшая дочь Аня сделала открытие: «Мама, смотри, утки некипяченую воду пьют!» С этого куста сирени в студгородке однокурсник наломал мне вот такенный букет!

Каждый раз, проходя мимо, чувствую, как на душе теплеет. По сути, тут на каждом шагу — мои эмоции и воспоминания: на этой лавочке целовалась до утра, тут мы собирались с друзьями, в этом ставке, в мае, меня искупали в одежде, и я пошла пересдавать физхимию совершенно мокрая. Сдала. Весь город — сплошная положительная эмоция. И вот от этого придется тоже отказаться.

Соседи. Даже склочная баба Аня с третьего этажа теперь кажется милой. Дончане — прекрасные люди. Все это время вселяли в меня надежду просто своим присутствием в городе.

Друзья. Даже собраться, чтобы попрощаться и отметить отъезд, не с кем. Многие разъехались. Помню, собирались в мае. Не верится, что таким коллективом больше не посидим. Некоторые осели в России, некоторые — в Украине.

Работа. Впервые за весь трудовой стаж я была полностью довольна своей работой. Коллектив — реально замечательный! У нас есть разногласия, но где их нет? Это скорее на пользу. По утрам я с огромным удовольствием лечу на работу.

Также придется отказаться от любимых педиатра, парикмахера, швеи, мясника, молочника. Дисконтные карты — выбрасываем.

«Ненормальная! — скажете вы. — Как можно думать о тряпках, когда речь идет о жизни!!!» А я и думаю о жизни. Вот все эти тряпки и прочие «пустяки» — это и есть моя жизнь, которая меня ус-тра-и-ва-ет. А меня вынуждают от нее отказаться, чтобы просто остаться в живых. Если что — кину в сумку запасные трусы, зарядку и буду счастлива.

Может быть, года через два я скажу: мол, что ни делается, все к лучшему. Хорошо, так сложилось. Но сейчас я не готова и не хочу уезжать. Мой дом здесь. И дай бог, чтоб никто никогда не выбирал между всей своей жизнью и безопасностью.
Источник