Некогда, во времена Майдана украинский писатель-матерщинник Лесь Подеревьянский задался вопросом – а сколько людей должно выйти на Майдан, чтобы «диктатор» убоялся и сбежал? Пришёл к выводу, что «до ...». На этом трипольская научная мысль остановилась: «до ...» слишком субъективное понятие – кому-то миллиона мало, кому-то и двух человек много

И вот шесть лет спустя мы наткнулись на сайте ВВС на статью Дэвида Эдмондса, которая так и называется — «Сколько человек нужно, чтобы сместить политического лидера?». Разумеется, интерес тут не академический, а чисто практический — британцам, в отличие от европейцев, очень интересно понять, почему массовый протест до сих пор не привёл к краху белорусской государственности и превращению страны в Украину №2.

Автор, ссылаясь на гарвардского политолога Эрика Ченовета, указывает, что «3,5% населения почти всегда добьются успеха» (ключевое слово «почти» — не всегда). Исследование подаётся как беспристрастный анализ результатов последних майданов, но полагаем, что интерес исследователя был практический, потому что заказчикам майданов тоже важно знать, почему одни получаются, а другие — нет. Более того, есть косвенные признаки, позволяющие нам считать, что 3,5% — результат разработок служб психологической войны, а Ченовета (так же как до этого Джин Шарп) — просто псевдоним для легализации этой разработки, потребовавшаяся с какими-то внутренними или внешними целями.

При этом Эдмондс палит всю контору, причём три раза (может и больше, но мы насчитали только три раза).

Во-первых, стало понятно, почему организаторы майданов так озабочены количеством участников мероприятий. Просто им нужно отчитаться перед заказчиком, но так, чтобы себя не подставить.

Вот, например, Майдан-2014. 3,5% тогдашнего населения страны — это что-то около 1,5 млн. человек (если считать только избирателей — то около миллиона, но мы знаем, что при организации майданов активно привлекаются дети). Если сказать, сколько вышло на самом деле, у заказчика возникнет вопрос — зачем мы вас, дармоедов, кормим? Если сказать, что вышло 1,5 млн., то у заказчика встанет вопрос — а где тушка диктатора?

Потому рапортуют, что на площади номинальной вместимостью 30 тыс. человек прямо сейчас лежит в несколько слоёв миллион протестующих. Этого явно меньше нужного для достижения немедленного эффекта, но победа близка — надо только денег вложить…

Почему заказчик верит в эту чушь? Потому что «заказчик» — сложная многоуровневая система. На уровне получения информации в то, о чём отчитывается исполнитель, не верят, но интерес этого уровня мало чем отличается от интереса исполнителей — основной распил грантов происходит ещё в США или в Европе. На уровне же принятия решений не всегда точно знают, что такое эта ваша «юкрейн» (хотя бывают исключения — Байден, например, не только знает, но даже не стеснялся засовывать ручки в карманы украинских рабочих и селян).

Во-вторых, специально для самых недалёких, которые ещё не поняли, авторитетное британское издание повторяет: майдан — не голос большинства, а диктатура меньшинства. Причём размер этого меньшинства — чуть выше статистической погрешности.

В-третьих, совершенно случайно досталось на орехи госпоже Тихановской.

Мы-то только подозревали, что она не пользуется поддержкой большинства, но вынуждены были опираться на данные белорусского ЦИК, которым мы, откровенно говоря, не совсем доверяем.

Но тут Тихановская в доказательство своей легитимности предъявила фотографию шествия в свою поддержку. Сама напросилась. Точнее — сама назвала свою цену — «Света 3%». До 3,5%, судя по состоянию Лукашенко, Тихановская не дотянула… Источник

Безпалько предположил, какое будущее ждет Светлану Тихановскую через пять лет

Бывший кандидат в президенты Белоруссии Светлана Тихановская пока не представляет собой какую-то масштабную политическую силу, но не исключено, что через 5-6 лет она займет свое место в политике. Об этом рассказал член Совета по межнациональным отношениям при президенте РФ Богдан Безпалько

Ранее Тихановская заявляла, что кредит в размере $1,5 млрд, который Москва предоставит Минску, должен будет возвращать лично белорусский президент Александр Лукашенко. В свою очередь пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявлял, что новый кредит, как и ранее неоднократно предоставленные займы, предоставляется не Лукашенко, а Белоруссии, которая является «большим союзником» и «братской страной» для России.

«Тихановская пока не представляет из себя какую-то масштабную политическую силу, но не исключено, что через 5-6 лет она займет свое место в политике. Но тут вопрос не только в Тихановской. Такое мнение могут разделять десятки других политиков, которые к Лукашенко относятся крайне негативно и ориентируются на электорат, который тоже не любит Лукашенко», — считает эксперт.

Политолог отметил, что если белорусская оппозиция придет к власти, то либо из популизма, либо из идейных соображений они могут подвергнуть ревизии все предыдущие договоренности с Москвой, и могут отказаться возвращать долги, как это было в случае с Украиной.

Тем более, добавил Безпалько, что сам Лукашенко только рефинансирует эти долги и неспособен развивать экономику в рамках существующей модели, которая показала свою неэффективность.

Массовые акции протеста и столкновения с ОМОНом проходят в Белоруссии с 9 августа, когда состоялись выборы президента. Протестующие не доверяют официальным результатам, согласно которым действующий глава государства набрал более 80% голосов.

Позднее Сейм Литвы назвал Тихановскую законно избранным лидером страны. Министр иностранных дел Польши Збигнев Рау также заявил, что его страна уже не считает Лукашенко легитимным президентом.

В свою очередь власти Белоруссии разработали план выхода страны из кризиса. До 2022 года в Конституцию должны внести поправки, ослабляющие власть президента в пользу правительства и парламента, после чего в стране проведут новые президентские и парламентские выборы. Источник