Мой американский друг, как и другие его западные коллеги, оказался в стане украинских нацистов в силу того, что предал забвению основы профессии, предписывающей фиксировать и описывать нападение как нападение, убийство как убийство, дискриминацию как дискриминацию, а не выдавать индульгенции тем, кто, с его точки зрения, выиграл исторический спор и стоит на «правильной» стороне в так и не наступившем «конце истории».