Запаса гвардии сержант,
Надев костюм свой самый лучший,
Взял водки, хлеба и стакан
И всю вчерашнюю получку.
Купил цветы, чтоб всем по два.
Поймав за восемь сотен тачку
Сказал: «На кладбище давай!»
Достал из брюк «элэма» пачку
И правым легким засвистел,
Впустив глубокую затяжку:
Осколок в легкое засел
От хитро спрятанной растяжки…
Пол-дня сидел он у могил
И с каждым выпил понемногу.
У всех ребят он расспросил,
Как там на небе, рядом с Богом?
Он не пойдет сегодня в парк
Мочить тельняшечку в фонтанах
И выпускать на"чурок" пар —
Не по злобе, а так, по пьяне.
Он с этим быстро завязал,
Когда в толпе, крушащей рынок,
В пузатом дядьке угадал
Однополчанина, что сыном
Был генерала в те года.
Почти два года зампотыла
Возил на «газике». Когда ж
В Чечню их всех, то он, мудила,
Вполне умело закосил
И слег в больничке с энурезом.
Теперь же гордо нацепил
Берет десанта и нетрезво
Всех в «бой» он вёл таджиков бить,
Самодовольно ухмыляясь.
Из-за таких вот не любить
Десант все стали и бояться.
Сержант поехал в тихий дом,
Что на окраине столицы,
И лифт привычно на шестом
Скрипя нутром остановился.
В квартире было как всегда
Полутемно и запах пыли.
А в инвалидном кресле ждал
Комбат, которого забыли
Поздравить в этот день, увы,
Все те, кому он стал не нужен.
Но инвалид уже привык.
И лишь сержант не предал дружбы.
Они сидели, пили спирт
И вспоминали о погибших,
Соорудив солдатский пир:
Тушенка, сыр, немного вишни.
И пели песни о войне
Чуть с хрипотцой и без надрыва.
Закат в распахнутом окне
Пылал малиновым отливом…
Потом майор устав заснул.
Сержант достал все свои деньги
И положил на ветхий стул.
Бумажку взял и на коленке
Записку быстро написал:
«От ВДВ тут передали
Конверт, пока ты крепко спал.
А на словах тебе сказали,
Что помнят. Если что, звони.»
Прикрыв входную дверь чуть слышно,
Сержант бегом спустился вниз
И в спящий город быстро вышел.
Жульен Стебо
