Почему стелс-самолёты есть, а стелс-спутников нет? На первый взгляд кажется, что раз уж самолёт можно сделать малозаметным, то уж спутник — тем более. Почему же маскировать спутники в космосе не получается?


А смысл?

Во-первых, маскировать спутники незачем. Космос официально демилитаризован.

Сбить объект на орбите ракетой с земли, конечно, можно, но, когда агрессия выйдет на такой уровень, станет уже попросту не до спутников.

Любые траты на малозаметность в мирное время бессмысленно дороги, а в горячем планетарном конфликте между космическими атомными державами — уже совершенно несвоевременны.

Ярче лампочки

Во-вторых, технически задача эта маловыполнима. И вот почему.


В космосе нет горизонта. Он — штука планетарная. Рассеяние поисковых лучей малозаметным самолётом работает, пока тот скрывается за горизонтом.

Средней паршивости радиотелескоп последние лет сорок без проблем ловит сигнал на единичные ватты даже с дальней границы Солнечной системы.

Космос — идеальный теплоизолятор. Под лучами Солнца тела на орбитах вокруг Земли получают около киловатта на квадратный метр поверхности. Даже если они чёрные, матовые и старательно не блестят, в инфракрасный телескоп их видно уже очень хорошо — разница с фоном превышает 300 градусов. Заметно это буквально на космических расстояниях.

Прятки в домике

Конечно, можно оснастить спутник холодным чёрным «зонтиком» и принудительно выводить тепло с его поверхности. На борту аппарата установить мощный холодильник для отвода тепла с зонтика и не менее мощный радиатор, чтобы излучать тепло в «безопасную» сторону.


Но для эффективной тепловой маскировки спутник должен всегда смотреть зонтиком в сторону наблюдателя. Если этих наблюдателей сразу несколько и они на разных орбитах, то спутник постоянно заметен для кого-то из них. Прикрыться с некоторых сторон одновременно можно, но со всех разом — никак.

Чисто геометрически при современном изобилии космических спутников кто-то окажется именно там, откуда видно яркое полыхание радиатора в основании замаскированного спутника.

Проблема наблюдения

И наконец, главная проблема. Спутник должен выполнять свою основную задачу. Скорей всего — наблюдать за противником или обеспечивать защищённую связь. Что это значит?

Если спутник активно меняет свою орбиту, он выдаёт себя работой двигателей. При сближении для лучшего наблюдения малозаметность теряет эффективность — у неё тоже есть свои пределы эффективной дальности. При активном зондировании любого типа можно улавливать лучи в тех диапазонах, которыми пользуется спутник. То же самое и с космическим ретранслятором — он излучает сигналы в каких-то диапазонах, и даже узконаправленные можно достаточно эффективно засекать современной техникой.

Так почему стелс-самолёты есть, а стелс-спутников нет?

Потому что в космосе чисто физически не работает маскировка любого типа. Она слишком привязана к защите себя окружающей средой, а космическая пыль, газ и заряженные частицы слишком редки, чтобы эффективно за ними прятаться.

Михаил Лапиков

Ну конечно, не весь скафандр, а лишь ряд его элементов. Но весьма ответственных, включая обувь. Заниматься созданием этого будет Николай Моисеев, основатель и ведущий конструктор фирмы Final Frontier Design.


Сайт Moon Daily сообщает, что фирма Final Frontier Design заключила с НАСА ряд контрактов на разработку элементов скафандра нового поколения xEMU. Этот скафандр будет использован для миссии «Артемида» — новой американской экспедиции на Луну. Среди элементов, порученных фирме, — сочленения нижней части скафандра (поясница и колени), а также одна из самых ответственных деталей — обувь.

Фирма Final Frontier Design — появившийся в 2010 году стартап, который занимается созданием скафандров. Один из её основателей и ведущий конструктор — Николай Моисеев, его наши читатели могут помнить по нашумевшему разбору скафандров от Илона Маска. Президент фирмы Тед Саутерн заявил, что порученная задача является очень ответственной и вдохновляющей: «Большая честь — создать ботинки, которые вновь, после такого большого перерыва, оставят человеческий след на Луне».
Источник

Новое исследование в корне меняет представление о формировании карликовой планеты.


Сегодня карликовая планета Плутон вращается вокруг Солнца на краю нашей Солнечной системы, а средняя температура ее поверхности составляет негостеприимные -223 °C, однако так было не всегда.

Ученые долгое время полагали, что Плутон зародился как ледяная сфера в поясе Койпера. Многие исследователи также уверены, что под ледяной оболочкой планеты находится жидкий океан, толщина которого оценивается в 400 километров. Происхождение этого океана объяснялось тем, что радиоактивные элементы возле твердого ядра Плутона в процессе распада нагрели лед достаточно, чтобы образовать подземный океан.

Когда в 2015 году космический аппарат NASA New Horizons пролетел над Плутоном и его спутниками, миссия предоставила подробные изображения и данные, которые бросили вызов этим научным предположениям.

В новом исследовании ученые использовали геологические наблюдения поверхности Плутона, смоделировав и сравнив сценарии с горячим и холодным формированием карликовой планеты. Исследователи пришли к выводу, что поверхностные элементы на Плутоне лучше всего соответствуют горячему сценарию.

В этом сценарии жидкий океан медленно замерзает с течением времени, хотя и не полностью, и вызывает разломы, наблюдаемые New Horizons в ледяной коре Плутона. Наиболее древние из трещин указывают на расширение с самых первых шагов — а значит, жидкость присутствовала на Плутоне изначально.


«Если бы реализовывался холодный сценарий, а лед под поверхностью таял, мы бы увидели признаки сжатия на поверхности Плутона. И наоборот, в случае горячего сценария, мы бы увидели признаки расширения по мере замерзания океана. В итоге, мы видим много свидетельств расширения, но не видим никаких признаков сжатия, поэтому наблюдения более соответствуют тому, что Плутон начинал с жидкого океана», — говорит Карвер Бьерсон.

Эти выводы поставили перед учеными новый вопрос: что вызвало формирование раннего океана на поверхности Плутона? Исследователи полагают, что Плутон не только был горячим, но и сформировалось очень быстро. По версии исследователей, в процессе формирования планета подвергалась массовым ударным воздействиям астероидов, что многократно нагревало ее поверхность. Кроме того, источником тепла мог служить сам процесс аккреции вещества на зародыш будущей планеты. В таком сценарии Плутон сформировался менее чем за 30 000 лет.

Независимо от того, как образовался Плутон, сегодня его океан поддерживается теплом радиоактивного распада в скалистом ядре карликовой планеты, а толстая ледяная оболочка изолирует океан под ним, говорит Бьерсон.

Эти данные также свидетельствуют о том, что другие крупные планеты-карлики в ледяном поясе Койпера, в том числе Макемаке и Эрида, сформировались похожим образом. Кроме того, подземные океаны могли взаимодействовать с материалами из ядра и намекать на прошлую потенциальную обитаемость или уникальную химию этих океанов, но данных, подтверждающих это, пока нет.

New Horizons после пролета возле Плутона в 2019 году достиг другого объекта пояса Койпера — астероида под названием Аррокот. Бьерсон надеется, что космический аппарат теперь сможет подойти близко к карликовой планете Хаумеа.

«Хаумеа достаточно велика, чтобы образовать подземный океан, но настолько мала, что, вероятно, замерзла несколько миллиардов лет назад. Этот процесс замерзания все еще может быть записан на ее поверхности. Хаумеа также имеет кольцо материала вокруг и вращается так быстро, что имеет вытянутую форму мяча для регби. Это действительно странный мир, и было бы удивительно посмотреть, что за история записана на его поверхности», — заключает Бьерсон. Источник