- В нашем подъезде нет никого, все выехали. Из-за постоянных бомбежек, - говорит Ольга. – В доме много квартир пострадало, а наша, слава Богу, цела, только москитные сетки взрывной волной сорвало. Но все равно, страшно там жить, тем более когда мы одни в подъезде.
В убежище постоянно живут 8 человек. Во время бомбежек сюда спускаются сотрудники и стационарные больные. А обстрелы здесь – каждый день и без всякого расписания.
- Уезжать отсюда я никуда не собираюсь, продолжает Оля. – Беженцами мы не будем. Здесь родились мои дети. Это наш город, это наша земля.
Самая маленькая и самая шустрая Карина тут же нашла со всеми гостями общий язык, позировала перед камерами.
- Карина, а где твоя сестра Алина?
- А она боится фотоглафиловаться.
- А ты не боишься?
- Нет!
Алина оказалась менее общительной (наверное, весь семейный запас этого качества достался самой младшей сестренке). Она забралась под стол и выманить ее оттуда не могли ни увещевания мамы, ни подарки.
11-летний Максим, как и подобает настоящему мужчине, спокойно отвечал на все вопросы. А самый старший Эдик в это время помогал разгружать машину со стройматериалами, которые привезли депутаты парламента Новороссии и НОД России для восстановления больницы. Такой себе 16-летний мужичок. А как иначе, ведь он – главный помощник мамы, мужчина в доме.
- Эдик, ты не боишься бомбежек?
- Не сильно. Малые боятся, когда бомбят. Как только начинает грохотать – они как мыши выскакивают в коридор – уже знают, что там безопаснее, потому что нет окон. Один раз им сказали, и они запомнили.
- Погулять на лице удается?
- Мне лично – нет, - последовал довольно серьезный ответ.
- А в футбол ведь любишь играть? Все мальчишки любят футбол.
- Очень люблю. Но сейчас не могу. У меня друг погиб 5 ноября – может, слышали – на футбольном поле, возле школы, Андрей Елисеев? Андрей позвонил мне днем, говорит, будешь играть? Я ему ответил, что может не стоит сегодня идти - сильно бомбят. Я не пошел, тем более что нужно было маме помочь с малыми. А потом мне позвонил другой наш друг и сказал, что Андрей погиб. На месте. Ему было 18. И Даня Кузнецов погиб, его я тоже знал хорошо. Мы всегда вместе играли на этом поле…
