Так, отросли передние лапки до папочки с сообщениями уважаемой аудитории, присылавшей статейки о возможности использования боевых роботов-гуманоидов в современной войне. Без предисловий ...

О проблеме. Попытки вывести антропоморфные железяки на поле боя предпринимаются повсеместно, особенно блажью увлечены китайские товарищи. У них каждый день новостные ленты забиты видео, как «робокопы» под управлением ханьского «Skynet» патрулируют улицы Шанхая, бегают с автоматами наперевес в промзонах, стреляют из ПТРК, штурмуют здания, пехотной группой сопровождают бронетехнику и тд.

Отменное развлечение для школоты и взрослых, по странному стечению обстоятельств не вышедших из подросткового возраста. Но финансово-промышленный пузырь роботов-гуманоидов показывает отличные результаты, гигантские корпорации по всему миру наперегонки состязаются в лучших сервоприводах, алгоритмах органов чувств бездушных болванов, строительстве облегчённых бронированных корпусов и тд.

С каждым новым рекламным или развлекательным роликом поражая публику способностями солдат будущего. А серьёзные люди, ранее в на полянках футурологии не замеченные, пишут доклады своим военно-политическим ведомствам, каркая о «критической массе взрыва в использовании боевой робототехники». Вот-вот и случится страшное, в мир людей придут вооружённые до зубов железяки, способные действовать автономно и человекоподобно. В меняющихся условиях среды.

С точки зрения теории всё безупречно. В отличие от уже привычных беспилотных систем, управляемых операторами, гуманоида-робота нетрудно обучить на «умнеющем» каждый час ИИ имитировать виды деятельности человека-солдата на поле боя. А поскольку железяка подключена к цифровому облаку разведывательно-ударных контуров и сама является быстродействующим компьютером – универсальность таких бойцов должна быть запредельной. С приспособляемостью к боевым средам.

«Мозг» и «мозжечок» с приводами-моторами изготовлены, демонстрируют отменные показатели в специально подготовленном нематериальном окружении (городская застройка, укреплённые районы, открытые пространства, пересечённая местность и тд.). Количество выполняемых задач тоже растёт. От штурмовых действий до организации противовоздушной стрелковой обороны от роев дронов. Видели-знаем. Как и вящую «выживаемость» данных кибернетических организмов.

Каждая проблема в отдельности находит те или иные решения в рекламных презентациях. Но увязать всё воедино почему-то не получается. По причине полной несознанки железных и углепластиковых болванов. И перспектив растолковать даже пресловутому ИИ будущего, что есть боевая обстановка ... увы, не получится. Можно имитировать и фальсифицировать поведение бойца, заложить миллионы алгоритмов действий матрицы супер-профессионала «делай так», но Парадокс Моравека непреодолим.

Канадский робототехник Ганс Моравек теоретически и практически продемонстрировал: машина способна проводить любые вычисления с космическими скоростями, но не преодолеет интуитивные барьеры, с которыми легко справляется вставший на ноги ребёнок. Или понимающий их, ещё лёжав колыбели и агукая. Потому облечь в математические модели понятия «здравый смысл» и «степень риска» бойца ... фантастика.

Здесь даже миниатюризация органов чувств с износостойкостью подвижных частей с доведением их числа до диких величин не спасёт.

Чуть о стратегии. И философской проблеме из анекдота «есть где, есть с кем, есть чем ... а зачем». Наши западные (и китайские следом) заклятые партнёры обожают военно-политическое планирование прогонять через модели Теории Игр, действующие концепции-доктрины применения ВС потенциального противника. Внимательно наблюдая за отношением податного населения к принимаемым решениям в сфере безопасности.

Благодаря такому интеллектуально-социологическому компосту они и доросли примерно дюжину лет назад до необходимости создания «полностью автономных боевых систем» (LAWS), чтобы сделать военные/боевые Системы абсолютно стерильными с точки зрения людских потерь. Мол, пусть воюют роботы, а мы посидим на удалёнке. А если вражина перекусит каналы управления беспилотными средствами, болваны обязаны справляться самостоятельно на заложенных моделях-алгоритмах.

Если отрыть корень вопроса и внимательно его изучить, то условный «политикум» (они же руководители государства) получает идеальный инструмент военно-политического противостояния. Решая благодаря боевым роботам три принципиальных вопроса из четырёх, как дело доходит ... до дела. Уравнение вооружённой борьбы с античных времён состоит из комплексных переменных: причина конфликта, вероятность победы, цена вопроса в ресурсах, достигнутая политическая цель или выгода.

Наличие (преобладание) боевых роботов в арсенале устраняет из принятия решения следующие факторы: социальное беспокойство вислоухого стада (его на войну не мобилизуют, кровью харкать не заставляют) – раз; роботы не требуют сложной системы мотивации, не боятся, беспрекословно подчиняются, решения принимают быстрее людей – два.

Если технологии роботизированной войны совершеннее, нежели у врага, то есть шанс почти бесконечно наращивать усилия и буквально задавить сопротивление массой – три. Поставленные в крупносерийное производство роботы дешевле в содержании, нежели воинские соединения, сама война кажется достаточно бюджетным предприятием с полным сохранением человеческого, социально-экономического ресурса – четыре.

Единственным риском в столь экстравагантной концепции считается морально-этический фактор. Мол, размякшее либеральное население может протестовать против механического истребления братьев по разуму бездушными железяками. Но подобные терзания легко купировать убедительными победами (мы самые передовые в технологиях!), либо социально-информационными манипуляциями и созданием чудовищного «образа врага». Коего закопать – богоугодное дело.

Чуть о тактике. С индивидуальными лютыми проблемами, которыми Мать-Природа наделила несчастного Homo sapiens. Выжившего в процессе эволюции только благодаря необычайно адаптивному интеллекту, но никак не по физическим показаниям. Антропоморфные роботы всего лишь кратно вбирают в себе несовершенство конструкции человеческого тела, кажущиеся оптимальными для выживания в дикой природе (на поле боя).

Предложу делить бездушный псевдо-организм на три рабочие секции-проекции: ноги, туловище, голова + плечевой пояс с руками-манипуляторами. Начнём с приземлённых материй, они же шасси.

Эволюция предложила биологическим организмам два с половиной способа перемещения в пространстве: ножками, на брюхе (ползком), либо комбинированным методом (прыжки и качение). Посмотрев на пауков и некоторых жуков, наши предки изобрели колесо, зафиксировав новый метод перемещения по грешной землице. А кто проходил настоящую службу в настоящей (советской) Армии, прекрасно знает, что полировать земную твердь бляхой есть огромная, жуть как сложная наука.

Жизненно необходимая солдату. Сначала заставьте робота-гуманоида проползти под неравномерно натянутой, колеблющейся, провисшей или нарушившей целость «колючкой», а после поговорим.

Сколько глаз, сенсоров, датчиков и куда именно (гусары, молчать!) ему нужно разместить для выполнения простейшей команды, с которой справляется ползунок рода человеческого на заре собственной жизни интуитивно. Второе: обучить такому трюку китайцы свои железяки могут вне сомнений, но предложу им показать габаритно-весовые показатели агрегата.

И как он сможет задействовать все приводы тела от мышц ушей включительно. С износом внешних поверхностей корпуса, чувствительных к загрязнению «суставных узлов». И желательно процесс представить в джоулях с КПД всей энергетической установки. Прочие моменты «слепого пластания по пересечённой местности» с учётом ландшафта и вероятного противника оставлю за скобками, тут помимо глаз и сенсоров в одном месте необходим развитый орган под названием интуиция. То есть, способность предвидеть неприятности (гусары, снова молчать!) ... тем самым местом.

Поставить боевого робота на колёсно-гусеничное шасси – совсем другое дело, тут тебе и проходимость со скоростью, и стабильность с грузоподъёмностью, маневр с осмысленным пространственным положением машины. Но, опять есть проблема. Называется рефлексивный прыжок в сторону (желательно в перекате), дабы уйти с линии огня. Самые марсо- и луноходные шасси на такие трюки неспособны. Слишком долго подруливают, сканируют, прилаживаются. Для поля боя то есть смерть неминучая.

Потому удобнее-таки ... ноги. Самый универсальный и распространённый в живой природе вид наземного транспорта. Эволюционно оправданный, логичный. По причине возможности почти мгновенно менять направление движения. При том держа цель в постоянном поле зрения, стабилизировать корпус. Для вооружённого робота ценное приобретение и его главная функция, но есть нюанс. Сколько ног железяке нужно, ибо двух даже воину-человеку обученному и подготовленному маловато будет.

Пауки-роботы? Да, футурологи, фантасты, кинематографисты и робототехники подобные жутковатые агрегаты обожают, но на эволюционном уровне живых организмов подобная схема нежизнеспособна примерно совсем. Зоологи-палеонтологи готовы сообщить: Матушка-Природа под воздействием запрещённых веществ сумела-таки сконструировать паука птицеед-голиафа (Theraphosa blondi) в тропических лесах северной части Южной Америки, но на том её чудовищная изобретательность с юмором кончились.

С размахом ног уникальных особей до 28-ми сантиметров и весом в 174 грамма. Ибо организм беспозвоночный, до размеров рахитичного кролика не дотянет по законам природной инженерии. А создать бойца размером с добротную бойцовскую собаку или человека вообще ненаучная фантастика. Законы-с. Соотношения массы, силы, стабильности, прочности.

Согласно которой, самый сильный организм планеты – это муравей. Но в системе условных соотношений, построенной для только для муравьёв относительно китов, бегемотов и слонов.

Чтобы боевого робота поставить на все паучьи конечности (даже скелетного строения), потребуются композитные прочностные материалы, несуществующие в сопромате Вселенной. Но даже такое анти-инженерное допущение не решит проблему сервоприводов, двигателей. Получится передвижной сарай класса «сортир деревенский», набитый чувствительной электроникой. Гарантированно утопший в хрестоматийной русской луже посерёд сельской агломерации, о чистом поле нет речи.

Вторая проблема – туповатые двуногие, даже летающие в космос ... мало понимают в механике паучьего многоножия. Если двуногих железных болванов ведущие корпорации хай-тека смогли обучить спринтерскому бегу, прыжкам, скалолазанию, боксёрским боям с удержанием центра тяжести, то вот с четырьмя парами ходильных лап пауков – лютая проблема. Даже четвероногие робо-псы рекламных роликов смотрятся убого, уступая престарелому догу-ревматику в настоящей подвижности.

Потому пытаться поставить боевого робота на количество ног больше двух есть непреодолимый интеллектуальный, технический, инженерный предел. Мы можем обучить железяку непревзойдённым трюкам акробатики, понимая пределы циркового мастерства Homo sapiens, но уже выглядим конченными имбецилами, как речь заходит о четырёх-шести-восьми ногах.

И все телевизионные и выставочные поделки не имеют преимуществ перед двуногими гуманоидами-роботами. Как было сказано выше – для настоящей боевой работы предназначенных примерно никак. Почему? Дело не только в ногах-шасси, есть более неприятная с точки зрения компоновки боевого организма часть ... туловище. Средоточие самого ценного пространства для жизнедеятельности и боеспособности неодушевлённого агрегата. Танк в упрощённом варианте. Силовая установка, агрегаты, орудие и БК.

Никто ведь не предложит навьючить на самую ИИ-оснащённую железяку весь двойной арсенал мула-штурма из ливера и плоти, правда ведь? Чтобы и ходить можно было, и ползать тремя способами, и прыгнуть в любую сторону. И применить несколько типов оружия в зависимости от обстановки. Умно распихать на подвеску и разгрузки БК, гранаты, главный калибр со вспомогательными системами огневого поражения, ЗИП и тд.

Роботу-гуманоиду сие придётся прятать в туловище-корпус. При том иметь защиту жизненно важных узлов и агрегатов. Самое главное – иметь подвижный хребет, как вертикальную вращающуюся орудийную платформу по оси. Поместить убирающееся оружие в «механическую руку» не получится, свихнёшься на сервомеханизмах суставов, а внешние кронштейны соберут флору и землю даже после лёгкой прогулки в бабушкином палисаднике. Да, любое загрязнение оптико-электронной СУО превратит робота в конвульсивно дёргающуюся куклу, пытающуюся поймать равновесие.

Что многократно наблюдается с китайскими «робокопами» и универсальными солдатами, пытающимися в обычной жизненной среде биологического солдата (грязюка, вода, щебень, теснины окопа, пашня, песок и тд.) найти собственное местоположение для ведения эффективной стрельбы. Рычаги не поспевают для придания железному болвану нужной проекции, а любое внешнее затруднение валит на бок всю систему.

И последнее ... голова. Да, туда роботу есть-пить не нужно по уставу определённое число раз в сутки. К лютому разочарованию тыловых крыс-интендантов (без обид, честные и бескорыстные герои подразделений МТО). Но голова, помимо прочего приятного и бесполезного – это командно-штабной центр боевой единицы, набитый важными датчиками, сенсорами, органами наблюдения. На личный боевой опыт ... быть бы ей раза в три поменьше и висеть пониже, при том обладая тем же диапазоном зрения-слуха. И звериного мышления головного мозга.

Но здесь опять-таки законы эволюции непреодолимые. Хочешь врага увидеть раньше – шею имей от жирафа, да с возможностями шарнирного оборота позвоночника совы. С балансировкой СУО и органов перемещения в пространстве от мчащегося гепарда, не упуская в обстановки ни единой мелочи. Потому на том можно и заканчивать сизифов труд интеллектуальной пытки «как роботы-гуманоиды высотки штурмовать будут».

Не будут. Не смогут. Во всяком случае, пока будут антропоморфными убожищами, годными только для балаганных представлений. А единственное преимущество железяк в проблеме морально-волевых качеств бойца и отношения к физической смерти – не преимущество, а легко организованная и гарантированная дорога на свалку всякого лома. Решаемая плотностью ответного огня, доисторического извода ловушками.

Ибо чурбан композитный не отличит прицельный огонь от настильного и подавляющего, своим неистовым натиском и электронным хладнокровием (при любых акробатических этюдах подвижности/маневра) станет лакомой добычей мотивированного солдата. Тем более, худо-бедно обученного организованного подразделения класса Homo sapiens. Почему?

Опять-таки возвращаюсь к Парадоксу Моравека. На человеческий язык – интуитивной ловкости человеческого организма. Способного сначала кулаком развалить силикатный кирпич, а после с изящной лёгкостью подхватить невесомый хрусталь полного бокала с крэпэньким. Другой рукой вкручивая лампочку, балансируя на подгнившей табуретке. Изъясняясь с коллегами по вечеринке загогулистым слогом Венечки Ерофеева.

Выводов не будет, предпочту почитать мнения и предположения аудитории, больно понравился такой формат коммуникации. Но сообщу: имеющиеся в рекламных и демонстрационных презентациях гуманоидного облика прототипы с чувствительными руками и точными захватами – не солдаты современной войны. Даже не обозные крысы. А лишь вспомогательные инструменты крайне узких ниш военных действий.

Ибо есть парадокс квантового уровня. Да, нынешний ИИ способен за минимальное время впитать триллионы единиц оцифрованных данных. Человеку такое даже не снилось. Но повторить спонтанное и точное движение живого человека в экстремальной обстановке трёхмерного боя – тут уж увольте. Пусть робо-поваров научат сначала не в заданном алгоритме борщ варить, а сделать его по-настоящему вкусным на опыте.

Что мы видим сегодня? Мучительный продукт телевизионной операции обмена данными между живой матрицей и ограниченной в функционале машиной. Сто часов на сто часов. А чтобы добиться удобоваримой ловкости, тут данные у всех корпораций внезапно оказываются засекречены, какими трудами они громкий боксёрский бой организовали.

Ибо счёт затрат натурного обучения идёт космический в сравнении с результатом. И последнее ... Роботы смогут воевать более-менее эффективно в среде таких роботов. Иметь собственную уникальную бронетехнику для доставки на передовую и для эвакуации, пренебрегать укрытиям природного характера, действовать от индустриальных архитектурных форм, быть крайне зависимыми от разведывательно-ударных контуров воздушного или космического базирования. Тех ещё по эффективности против человеческой смекалки, изобретательности, искусства выживания. Источник