Либералы лишились рупора. Путин национализировал активы Норвегии

Некоторое время назад я писал , как «отечественные» иноагенты категорически не хотят признавать свой статус и пытаются его максимально оспорить. Хотя многие насоздавали такое количество поводов, что даже клеймо ставить некуда. А уж что открывается, когда покопаешься поглубже — словами не описать. Один из наиболее ярких примеров — бывший главред «Новой газеты» Нобелевский лауреат Муратов.

С предысторией данного персонажа более подробно можете ознакомиться в материалах выше. Однако если кратко, то долгое время господин лауреат уж слишком вольготно себя чувствовал. Устраивал информационные диверсии, разгуливал по англосаксонским посольствам, вещал с брюссельской трибуны о госперевороте и люстрациях. Однако позорную метку получил лишь пару недель назад. Которую тут же, как и

Разумеется, всем этим лицемерам никто больше не верит. И особенно смешно выглядит Муратов, от которого тянется километровый шлейф связей с недружественной Норвегией. И тут я, прежде чем перейду к повествованию о «тяжелой иноагентской жизни», напомню читателям про непростые отношения со скандинавами.

А делала она немало. Начиная от продовольственной блокады русских шахтеров на Шпицбергене и саботажа работы Арктического совета до «экологического» шпионажа и присоединения к потолку цен на нефть и нефтепродукты из России (к слову, довольно недальновидный шаг для страны-экспортера). А недавно норвеги в санкционном порыве совсем, вероятно, обезумели и уничтожили несчастных оленей, которые имели неосторожность погулять на территории Мурманской области.

Но вернемся к Муратову, которого с недружественным Осло связывают самые теплые отношения. Так, второй по величине норвежский медиахолдинг «Amedia» долгое время контролировал 70% отечественного рынка печати. В частности, он являлся главным акционером типографии «Прайм Принт» (о ней, собственно, ниже и пойдет речь).

По стандарту, любимыми темами «Amedia» для норвежской аудитории по российскому направлению были «Украина, Навальный, раскол России» и прочие греющие отечественного либерального и западного читателя вопросы. Да и в целом основной задачей своей деятельности в России «Amedia» обозначала создание «свободной, независимой и контролируемой редакторами прессы» (данные с официального сайта и последнего годового отчета). Кто бы, в принципе, сомневался.
В 2022 году контора сработала по принципу «все побежали и я побежал» и объявила о якобы уходе из России. Но не просто так. Норвежцы, объединившись со шведской медиагруппой «Bonnier News», запустили русскоязычный новостной сервис «Repost», который был направлен на дискредитацию ВС России.

А вот местный российский бизнес (вышеупомянутую типографию «Прайм Принт») скандинавы передали в «добрые руки» своему протеже Муратову. Разумеется, в несомненно «благих» целях поддержки деятельности «независимого издания». И не просто передали, а ещё и щедро снабдили деньгами. Так, в период с июня 2022 по июль 2023 «Новая газета» получила от «Прайм Принт» более 102 млн рублей «пожертвований». Которые осуществлялись по указанию единственного акционера — всё той же «Amedia».

После признания Муратова иноагентом, ему пришлось покинуть насиженные посты. Так, он снял с себя полномочия главреда «Новой газеты», а также готовился передать типографию менеджменту («чтобы этим владели те люди, которые работают на этих предприятиях»). Однако хитрым планам иноагента не суждено было сбыться.

18 сентября Владимир Путин подписал указ о передаче доли норвежской компании «Прайм Принт» в управление Росимущества. Формально пока под внешнее управление, но мы пониманием, что по сути это означает национализацию. Западной медиа гидре буквально-таки не успевают отрубать головы. И сколько их таких ещё окопалось в России? Каждую неделю кого-то отлавливают.

Национализация вражьего рупора — дело, несомненно, хорошее. Однако хотелось бы узнать, куда господин Муратов потратил выделенные ему щедрыми скандинавами деньги? Ведь свою уставную деятельность «Новая газета» фактически прекратила еще в сентябре 2022 года после лишения аккредитации в качестве СМИ.

Константин Двинский