Истинное и ложное в вопросе суверенитета (часть 4-5)

В нашей жизни независимым считается всякий, кто не знает, от кого зависит.
(В.В.Головачёв)

Продолжаем разговор о приоритетах управления (уровнях суверенитета).

В предыдущей части мы закончили рассмотрение некоего минимального уровня выживания системы «человек – общество», в котором выделили четыре приоритета управления (и соответственно четыре уровня суверенитета) – жизнеутверждающий, силовой, биологический и экономический.

В конце предыдущего материала я показал, что для некоторого системного взгляда удобно нарисовать два столбца (две колонки) и выписывать эти уровни снизу вверх. Честно признаюсь, что можно было бы рисовать таблицы и здесь в материале, но я не знаю, как это сделать, поэтому описываю словами то, что читатель может нарисовать без больших проблем.

Обращаю внимание, что все приоритеты управления в системе «человек – общество» являются симметричными (у каждого есть своя пара). На каждой «строке» (уровне) каждому приоритету управления, относящемуся к человеку (левый столбец), соответствует приоритет управления, относящийся к обществу (правый столбец). И хотя в нашей таблице из двух столбцов это будет одна строка, но я настаиваю на том, что приоритеты управления разные, потому что они хотя и одноуровневые методологически, но очень уж разнятся по своей сути. К примеру, у биологического приоритета управления и экономического приоритета управления совершенно разная специфика, хотя и относятся они в таблице к одному уровню.

Читатель, хорошо знакомый с системой приоритетов управления в КОБ может задать следующий вопрос: «Хорошо, мне в целом всё пока более или менее понятно, но не очень понятно, где же тут некий особый взгляд, ведь из четырех пока что описанных приоритетов управления три есть в КОБ, разве что силовой называется военным, но это не слишком существенно, а что касается Вашего жизнеутверждающего приоритета, то он кажется в большой степени надуманным».

Ну что ж. Во-первых, это было только начало. Действительно, из четырёх указанных приоритетов три есть в КОБ. Правда, на мой взгляд, отличие силового и военного приоритетов очень большое. Военный – он в явном виде показывает только борьбу армии с внешними угрозами. Но в нём не видна роль внутренних войск МВД (или национальной гвардии), непонятна роль судов и судебных приставов. А здесь всё становится очевидно – что «силовой корпус» всех оранжевых революций – это не что иное, как иррегулярные войска других стран (или глобального надгосударственного управления), а соответственно национальная гвардия или внутренние войска МВД – это такая же армия, такое же средство противодействия внешним угрозам, но только организованным изнутри страны. Картина становится логичной, цельной и понятной. Понятна и роль спецструктур, и роль судов и судебных приставов (и коллекторов).

Во-вторых, жизнеутверждающий приоритет отнюдь не надуманный. Системно он очень чётко виден – как первичное необходимое условие жизни. И с осознанием его существования сразу же видны действия на этом приоритете управления (например, те же «группы смерти» в социальных сетях).

Но теперь мы закончили первый (низший) системный уровень выживания и переходим к следующему системному уровню. И вот здесь системные различия сразу станут явными и серьёзными.

Итак, предыдущие приоритеты управления (уровни суверенитета) отражают ту часть жизни, которая связана непосредственно с выживанием – хотя бы каким-то выживанием. Но даже суверенитет на этих уровнях совершенно не обеспечивает устойчивого существования системы «человек – общество».

Следующий системный уровень – это уровень, где система «человек – общество» переходит из состояния «хотя бы какого-то выживания» в состояние устойчивого существования и развития.

Это естественный (и логичный) этап. Когда вопрос непосредственного выживания решён, необходимо перейти к этапу устойчивости. Если к этому этапу не перейти, то решение задач выживания возможно лишь в течение относительно короткого времени. Затем в окружении других стран и условий жёсткой (и всё более обостряющейся) борьбы за ресурсы всё равно неизбежно рано или поздно (и достаточно быстро) последует уничтожение такого государства. Поэтому в стремлении выжить общество (и государство) неизбежно должно задаться вопросом, как обеспечить устойчивое существование и развитие системы «человек – общество», чтобы такую систему уже нельзя было уничтожить извне силами других стран (вопросы глобальной климатической или иной катастрофы рассматривать не будем, понятно, что если сейчас на Землю упадёт Луна, то человечество этого не переживёт в любом случае).

На этом системном уровне первичен вопрос накопления знаний.

Как говорится, «вначале было слово…» (а слово – это знание).

Чтобы обеспечить устойчивое развитие системы «человек – общество», прежде всего, необходимо освоить знания о том, что для этого необходимо. Сразу обращаю внимание, что в данном системном подходе я не ставлю вопрос полноты – какие знания будут не только необходимы, но и достаточны. Этот вопрос представляется слишком сложным для рассмотрения и очень объёмным, поэтому если мы в него углубимся, то потеряем целостный взгляд на рассматриваемую тему. Для наших целей достаточно осознать, что устойчивое существование и развитие системы «человек – общество» требует освоения знаний о жизни такой системы.

Я подчёркиваю, что необходимо постоянно иметь в виду именно систему «человек – общество», потому что в этой системе значимыми являются оба элемента. На мой взгляд, говоря о «социальных суперсистемах» нельзя говорить только о «множестве» людей. Необходимо постоянно помнить, что один человек – это важнейший базовый элемент системы, и без одного человека с его интересами, потребностями и задачами не существует и общества. Здесь уместно напомнить цикл статей «Карточный домик глобального управления», где мы рассматривали игральные карты, и обратили внимание, что наименьшая карта – «два», то есть нет карты «один». И мы выяснили тогда, что в модели управления, которую строит (и доводит до широкого круга через язык игральных карт) глобальное надгосударственное управление, нет понятия человек, есть только понятие толпа (а два человека – это уже толпа). В модели, где нет человека, как базового элемента, интересы человека изначально отсутствуют автоматически. Поэтому человек как «один человек» в системе должен быть всегда, поэтому я и говорю не о «социальных суперсистемах» в чистом виде, а о системе «человек – общество». И я подчёркиваю, что человек в этой системе абсолютно равноправный участник, хотя «по размерам» он «гораздо меньше», чем общество из сотен тысяч или даже миллионов людей. В данном случае, как говорится, размер не имеет значения. Системно это как минимум равные участники, а то и система в целом в общем-то именно должна обслуживать интересы человека, а не человек должен быть всего лишь «винтиком» в системе.

Систему «человек – общество» вообще можно сравнить с яйцом, в котором развивается птенец. Человек – это птенец, будущая птица. А общество – это яйцо, это если хотите «питательная» среда, в которой растёт человек. Без птенца смысла в яйце вообще нет. Без человека смысла в обществе вообще нет. А вот в птенце есть смысл и без яйца (если он может выжить на этом уровне). И в человеке без общества тоже есть смысл (опять-таки, если человек может выжить на этом уровне). Поэтому в системе «человек – общество» первичен в целом человек, но системно их можно считать в некотором смысле равноценными элементами. Но уж в любом случае, человек не есть «безусловно вторичный» элемент, хотя в сегодняшнем мире это именно так и выглядит (и так это пытается устроить глобальное надгосударственное управление).

Итак, мы начинаем рассмотрение уровня устойчивого развития для системы «человек – общество», и начинаем это рассмотрение с того, что прежде всего для устойчивого развития необходимо знание.

Какое знание?

Необходимы знания двух видов:

1) Знания о человеке

2) Знания об обществе (об общественном устройстве)

Соответственно, у нас возникает (как всегда) два приоритета управления:

Для человека – саморазвивающий приоритет управления

Для общества – образовательный приоритет управления

Сейчас мы с ними разберёмся, и увидим, что между ними опять-таки имеется принципиальное различие, поэтому их только совершенно искусственно можно пытаться объединить в один, но на самом деле это совершенно разные приоритеты управления и совершенно разные уровни суверенитета.

Рассмотрим сначала образовательный приоритет управления. Как уже должно быть понятно внимательному читателю, этот приоритет управления связан с накоплением знаний об обществе и об общественном устройстве. Безусловно в этот приоритет управления входит и знания об истории (точнее, об историческом процессе, как о процессе жизни общества и человечества в целом), и знания любого другого рода. Здесь и общественные науки, и религии, и философские учения, и право (юриспруденция), и многое другое. Здесь все знания об обществе, о его устройстве и жизни. История здесь выступает как та практика, которая при помощи системного подхода показывает результаты применения тех или иных знаний (обратная связь). История как отдельный приоритет управления (уровень суверенитета) без связи с набором знаний об обществе бессмысленна. Сразу возникает вопрос – тогда это история чего? Когда у нас есть некое знание, например, религиозная концепция, тогда мы можем проследить в истории человечества, как это было применено и какие результаты были получены. Но если мы просто изучаем историю как набор событий, то это тут же превращается в бессмысленный калейдоскоп, который сегодня, кстати говоря, преподаётся в школах. И понятно, почему он так преподаётся – потому что «демократия нуждается в плохом образовании», как говорил ныне покойный Михаил Николаевич Задорнов.

Очевидно, что на этом приоритете управления суверенитет достигается тогда, когда в обществе и государстве сложено целостное знание об обществе и преподаётся как целостная система, в которой все знания имеют своё отражение в истории человечества, из чего у граждан (у человеков) складывается целостная и достаточно объективная (с оговорками, конечно же) более или менее реальная картина мира.

В случае же внешнего управления с целью захвата государства и уничтожения народа (а эта цель всегда является конечной для внешнего управления, потому что для внешнего управления объект – это всегда инструмент, а инструмент всегда имеет срок службы, по истечении которого он перестаёт быть нужным) знания об обществе будут преподноситься хаотично с целью создания у граждан калейдоскопической картины мира, хаоса, в котором ничего не понятно.

Здесь очень интересно вспомнить следующую цитату из Кастанеды (книга «Активная сторона бесконечности»):

…Я считаю антропологию фундаментальной дисциплиной. Все остальные дисциплины должны ответвляться от антропологии. Вся область истории, например, должна называться "исторической антропологией", а область философии – "философской антропологией". Человек должен быть мерой всего. Поэтому антропология, наука о человеке, должна быть ядром любой другой дисциплины. Когда-нибудь так и будет…

Действительно, если общество – это всего лишь среда, в которой растёт человек, то значение любого знания об обществе является ценным лишь в том смысле, в каком оно относится к человеку, и помогает ему измениться (и само собой, конечно же, помогает сохранить общество и государство как среду, в которой растёт и выживает человек).

Теперь рассмотрим саморазвивающий приоритет управления. К нему относится накопление знаний о человеке как таковом. Этот тип знаний кардинальным образом отличается от знаний об обществе – и не только объектом исследования, а также не только тем, что человек как живое существо принципиально отличается от общества. Дело в том, что любое знание об обществе может быть представлено академически. Знания об обществе и общественном устройстве можно описать во всей их полноте. Это достаточно формальное поле для исследования, которое поддаётся формальному изучению и описанию.

Что же касается знаний о человеке, то здесь целый ряд знаний не подлежит описанию в принципе. Эти знания возможно сохранить лишь в передаче «из рук в руки» от учителя к ученику. Это живое знание, которое существует только вместе с носителем знания. Безусловно, есть категория знаний о человеке, которую можно описать. Но есть и категория знаний, которая не может быть описана в принципе. Это практическое знание, выраженное в навыках. В мире есть целый ряд школ, которые сохраняют такие знания, передавая их от учителей к ученикам. Если какой-то такой традиции не удалось найти преемников, их знание умирает вместе с уходом из мира последних носителей. Человек – очень сложное по своей сути и по своей организации живое существо. У него явно есть как материальная (физическая) составляющая (тело), так и нематериальная составляющая (так называемые «тонкие планы»). И это отнюдь не фантастика, а самая что ни на есть реальность.

Приведу простой пример. Есть такая книга Р.Моуди «Жизнь после жизни». В ней автор исследует тему клинической смерти реальных людей и пережитый ими опыт. Этот опыт включает в себя описание людьми, пережившими клиническую смерть, событий, происходивших в нашем мире в то время, когда они находились в состоянии клинической смерти. Например, там есть описание умершим человеком, что делали врачи с его телом, и как они пытались его оживить, пока он был в состоянии клинической смерти. Он точно (с точностью до мелких деталей) описывает происходящее, в то время как в медицинском смысле он был мертв. При этом точка зрения человека явно находилась вне физического тела, потому что он наблюдал происходящее с его телом со стороны. Также есть описания, что происходило в соседних помещениях, чего человек в принципе не мог видеть никаким образом в нашем обычном понимании (глазами), потому что эти помещения были отделены непроницаемыми стенами. В медицине вообще подобных описанных случаев масса. Вообще, если кто-то думает, что медицина в целом хорошо представляет себе, что такое человек, то он сильно заблуждается. В медицине есть огромное количество фактов, никак не укладывающихся в понятия современной медицины. Когда речь идёт о неких людях, существование которых можно поставить под сомнение, то всегда есть соблазн сказать, что это выдумка, и такого не было. Хотя все случаи, описанные в книге Раймонда Моуди имеют документальные подтверждения. Но жизнь представляет всё новые «загадки», которые невозможно опротестовать. Например, есть футболист одной из английских лиг (по-моему, второй после премьер лиги), который умер на поле во время матча, чему свидетелями были тысячи зрителей. И находился в состоянии смерти он несколько часов (сколько точно я не помню, но заведомо несколько часов), при этом медики не прекращали попыток его оживить. С точки зрения медицины состояние клинической смерти в том и заключается, что есть некий порог (несколько минут), в течение которых если человека не удаётся оживить, то далее в теле (в мозгу в том числе) начинаются необратимые процессы, и вернуть тело к жизни уже невозможно. Однако, этот футболист, известный многим тысячам людей (десяткам тысяч) находился в состоянии реальной смерти несколько часов, после чего его удалось вернуть к жизни. Это абсолютно невозможно с точки зрения современной медицины. Я вспомнил про книгу Моуди потому, что из этих случаев совершенно очевидно, что если тело было мертво, то было нечто, что продолжало жить, воспринимать происходящее, осознавать происходящее, думать, делать выводы. Это нечто прекрасно узнавало и своё тело, и людей (врачей) вокруг него, и место, где оно находится и многое другое.

Многие люди также во время сна могут посещать какой-то своей частью другие места, которые они потом узнают, когда попадают туда уже «в теле». Но до того они явно были там не телом, а чем-то другим, и это что-то другое сохранило и соответствующую память, и образы. К телу это всё не имеет никакого отношения.

Люди, которые изучали соответствующую литературу, знают гораздо больше, я просто описываю ситуацию «в целом», не залезая в тему слишком глубоко. Мне достаточно показать, что человек – это нечто большее, чем просто тело. И многие знания человека о мире относятся к тем «частям» человека, которые не связаны с пониманием. Эти знания можно только использовать и передавать, но невозможно объяснить. Поэтому такие знания не существуют вне живой системы «учитель – ученик», где ученик на каком-то этапе становится новым учителем следующего поколения учеников, и так далее.

Авторы КОБ описывают цель глобального управления следующим образом: «Не дать человеку состояться человеком». Подход, при котором в обществе утрачиваются знания о человеке, в том числе те знания, которые невозможно передать в виде текста в книжке (живые знания) вполне отвечает этой цели.

Но можно ли сегодня сказать, что люди в массе представляют себе хотя бы примерно, что такое «человек»? Конечно же, нет. Более того, если знания об обществе в системе образования даются хотя бы в калейдоскопическом виде, то знания о том, что такое человек вообще не являются общественной нормой! Этих знаний нет в системе образования – от слова «совсем». Знания анатомии, конечно же, отвечают на вопрос о том, что такое человек лишь в мизерной части – примерно в той же, в какой биология отвечает на вопрос о том, каков окружающий нас животный и растительный мир. Современная наука согласна с тем, что огромного количества живых организмов, существующих на Земле, мы просто не знаем. Не говоря уже о том, что процессы, происходящие в живых организмах, не есть предмет биологии, это предмет, например, химии и других наук, но не биологии. Так и анатомия не даёт ни малейшего понятия о том, что такое человек, кроме строения его тела. Психология тоже не отвечает на эти вопросы даже приблизительно. Некоторые учёные говорят, что они исследовали мозг, и в целом про него всё самое главное знают. Но серьёзные учёные так никогда не говорят. К тому же, есть масса реальных случаев, когда жизнь опровергает подобные исследования. К примеру, умершим людям делают трепанацию черепа, и при этом иногда случаются удивительные казусы. Например, были выявлены люди, у которых в черепной коробке мозга практически не было вообще. Просто была пустота. Но эти люди при жизни не выказывали никаких принципиальных отличий от других людей. У них не была хуже память или любые другие функции. С точки зрения исследований мозга это невозможно, они даже жить не могли. Но они жили, и ничем не отличались от других людей. Такие случаи реально есть, и они описаны в медицине. Да и примеры из книги Раймонда Моуди показывают, что мы думаем отнюдь не мозгом, потому что мозг человека в состоянии клинической смерти явно находится так или иначе внутри тела, а не снаружи, а описание человека идёт именно как свидетеля происходящего «со стороны».

Пропагандисты от современной науки (чем отличаются пропагандисты от реальных учёных, написано в цикле статьей «О некоторых формах псевдонаучного манипулирования сознанием необразованного человека» данного блога) заявляют, что всевозможные знания о человеке разных «школ знаний» являются в широком смысле слова «шарлатанством». Однако для серьёзного человека подобные заявления не имеют серьёзного значения, тем более, что эти же самые пропагандисты уже много раз «прокалывались» в своих заявлениях по гораздо более явным «научным» поводам.

Адекватные люди понимают, что тема «что же такое человек?» фактически является запретной на уровне государства. Серьёзные разработки на эту тему ведутся, но скрыты от общества. Различные школы знаний объявляются «шарлатанством», однако их знания опять-таки используются в серьёзных структурах. В частности, знания о телепатии, внушении, экстрасенсорике и даже колдовстве (в буквальном смысле слова) широко применяются в спецструктурах в разных странах мира, а также в различных «закрытых обществах» типа различных «орденов». В своё время был такой очень популярный фантастический сериал «Вавилон-5». И там был так называемый «пси корпус». Так вот, это не фантастика. Современные спецструктуры давно так работают. А для «светского общества», для обывателя конечно же рассказывается, что это всё чушь собачья. Как говорится, чем меньше люди знают, тем меньше задают вопросов, и вообще крепче спят.

Очевидно, что предпринимаются серьёзные системные усилия, чтобы все подобные знания были недоступны для широкого круга людей. Я не говорю о том, полезны эти знания или вредны. Это вообще другое. Тем более, что одни знания могут быть полезны, а другие вредны. Или точнее говоря, любые знания вообще «никакие». Полезными или вредными они становятся в зависимости от того, кем и как они применяются. Банально, но топором можно порубить дрова, а можно зарубить старушку, как это описано в романе Федора Михайловича Достоевского «Преступление и наказание».

Речь о другом – о том, что сама тема знаний о человеке де-факто является запретной в современном обществе. Уже одно это в информационный век о многом говорит.

Как видите, чем выше мы начинаем подниматься, тем больше «тёмных пятен» ощущается даже на уровне общего понимания. Уже на первом же уровне выше минимального уровня выживания – накопления знаний о человеке и обществе – мы сталкиваемся с тем, что идёт очень жёсткое противодействие освоению человеком этих знаний. В принципе, всё доступно так или иначе, и «стучите, и вам отворят». Но ничто из этого уже далеко не лежит в широком доступе, и освоение указанных знаний лежит целиком в сфере личных усилий каждого человека.

Очевидно, что всем без исключения государствам ещё очень далеко до суверенитета и на саморазвивающем приоритете управления, и на образовательном приоритете управления. Причём, если на образовательном приоритете управления у нас есть ещё не полностью забытый опыт советских времён, и ряд знаний не утрачен полностью, то на саморазвивающем приоритете управления большинство людей не представляют себе даже приблизительно, какие знания о человеке есть в «золотом фонде человечества», какое наследие нам оставлено нашими предками. А нам предстоит не только восстановить эти знания, но и освоить их, сделать частью нашей жизни, потому что там, где прошли первопроходцы, должны пройти и остальные, просто позже. Главное, чтобы тропа к тому времени не заросла окончательно, потому что если она зарастёт, её предстоит открывать заново, ибо другого пути нет.


Продолжаем разговор о приоритетах управления (уровнях суверенитета).

Сегодня мы поговорим о ещё двух приоритетах управления и соответствующих уровнях суверенитета, которые можно назвать «хронологическим» и «общественно-социологическим» (или «общественно-социальным», кому как больше нравится).

В чём их смысл?

Напомню, что в предыдущей части мы начали рассматривать те приоритеты управления (и уровни суверенитета), которые соответствуют требованиям устойчивого существования и развития системы «человек – общество».

Первым этапом здесь мы выделили накопление знаний об элементах системы – о человеке и об обществе. Соответствующие приоритеты управления (и уровни суверенитета) мы назвали «саморазвивающий» и «образовательный».

Предположим теперь, что знания о человеке и обществе есть. Что естественным образом следует дальше?

Чтобы система была устойчивой, она должна быть правильно организована, чтобы соответствующие необходимые знания в ней можно было накапливать, и чтобы эти знания (что крайне важно) можно было применять в реальной жизни. Таким образом, перед нами встаёт вопрос самоорганизации человека и системы организации общества и государства.

Сегодня рассмотрение пары приоритетов управления (а я лишний раз напомню, что в системе «человек – общество» все приоритеты управления образуют пары) мы начнём с того из них, который касается человека – с «хронологического».

Почему, говоря о самоорганизации человека, мы говорим именно о хронологическом приоритете управления, и что он означает?

С точки зрения той системы восприятия мира, в которой мы выросли и которой обучены с детства, единственным реальным ресурсом человека является его жизненное время. Я специально не затрагиваю сейчас некие «высокие материи» и не углубляюсь в различные дискуссии о системе описания мира. Те, кто считает, что они знают больше, чем это упрощённое описание, должны увидеть, для чего я это делаю, и у них соответствующих вопросов возникнуть не должно. А для широкого круга читателей лезть сейчас в эти «высокие материи» нет никакого смысла, потому что это приведёт только к лишней путанице. То, что можно и нужно будет рассмотреть относительно этого в нашей системе приоритетов управления – мы рассмотрим далее в последующих материалах.

Итак, единственным реальным ресурсом человека является его жизненное время. Соответственно, единственное, что человек может организовать – это использование своего жизненного времени как ресурса, то есть расставить соответствующие приоритеты в том, на что и как это время тратить. Чувство времени является если не важнейшим чувством в жизни человека, то одним из важнейших. Учитель Карлоса Кастанеды Дон Хуан так говорил об этом:

– Возможно, ты можешь припомнить, что является нашим величайшим недостатком как обычных человеческих существ? – спросил он.
Я не мог вспомнить ничего определенного. Он перечислял такое количество недостатков, мешающих нам как обычным человеческим существам, что мой ум работал на огромных оборотах без всякого толка, пытаясь найти ответ.
– Ты хочешь услышать что-то определенное, – сказал я. – А я ничего не могу придумать.
– Величайший недостаток, о котором я говорю, – сказал он, – это нечто такое, о чем ты должен помнить каждую секунду своего существования. Для меня это вопрос вопросов, и я буду повторять тебе об этом, пока не прожужжу все уши.
Прошло несколько мучительно долгих секунд, и я окончательно сдался.
– Мы – существа, направляющиеся к смерти, – сказал он. – Мы не бессмертны. Но мы ведем себя так, как если бы были таковыми. Это недостаток, унижающий нас как личности, и когда-нибудь он унизит нас как вид.
…
Он (Дон Хуан) подчеркнул, что необходимо применить огромное усилие, чтобы обрести и поддерживать это знание с абсолютной ясностью.

Обращаю внимание читателей в связи с этим, что самое большое, что может подарить вам другой человек – это своё время. Равно как и самое большое, что можете подарить кому-то вы – это ваше жизненное время.

Даже человек, который не забывает о благодарности, никогда не сможет вернуть одной вещи – времени, которое было ему уделено.

Цените своё жизненное время и цените тех людей, которые щедро делятся с вами тем единственным, чем они реально обладают – своим жизненным временем. Нет ничего ценнее этого. Можно сказать, что в нашей системе описания мира количество выделенного времени определяет меру нашей любви. Сколько времени мы чему-то уделяем, настолько велика наша любовь.

Заметим, что именно за время человеческой жизни идёт самая серьёзная борьба. И колоссальные усилия глобального управления тратятся на то, чтобы человек был лишён личного времени.

Именно на это в прошлые века было направлено то, что человек работал с раннего утра до позднего вечера до полного изнеможения. Производительного результата в таком труде не много. Но куда ценнее с точки зрения задач глобального управления было то, что человек при этом был лишён возможности тратить время на что-то ещё.

Именно на это в двадцатом веке, когда производительность труда резко выросла в связи с повсеместным внедрением электричества, были направлены новые усилия. По сути дела, производительность труда сегодня настолько выросла по сравнению с временем 150-200 лет тому назад, что сегодня можно было бы сократить рабочий день до 3-4 часов, а то и ещё больше – без всякой потери для жизненного уровня населения.

Нужно, чтобы читатель осознал несколько фактов:

Огромное количество людей сегодня занято в различной деятельности отнюдь не потому, что это необходимо для производства чего-либо, а для того чтобы это время эти люди не могли потратить иным образом. Это просто заполнение жизненного времени. Сотни миллионов людей во всём мире заняты на полный рабочий день, по сути дела, не выполняя никаких производственных работ. Они не производят ничего. Они просто расходуют своё жизненное время. За это и только за это им платят деньги, чтобы они на эти деньги себя обеспечивали, совершая необходимые покупки. Они могли бы не работать вообще, и уровень жизни от этого не изменился бы «ни на миллиметр».

В школьной программе такой продолжительности нет никакой необходимости. В СССР школьная программа была рассчитана 10 лет. В соответствии с реформой образования её увеличивают сначала до 11 лет, а затем до 12 лет, как это уже сделано в целом ряде стран, например, в Европе. Это искусственное увеличение опять-таки делается с одной целью – занять жизненное время людей (детей). Причём – занять наиболее ценное время, потому что именно в молодом возрасте человек способен усвоить гораздо больше полезных знаний и навыков. Вместо этого данное время полностью заполняется различным бредом, не имеющим практически никакого отношения к реальной жизни. Всё, что может быть полезного дано в школе, можно уместить в несколько лет обучения – например, в 5-6 лет. Это легко доказывается массой примеров, когда дети учатся экстерном с куда большей скоростью, чем предусмотрено школьной программой. Высвободившиеся при этом 4-5 лет можно направить на то, чтобы дать детям реальные знания о себе и о жизни. Этого не делается целенаправленно. Напротив, подростков всеми возможными способами учат, как транжирить своё жизненное время. Можно сказать, что мы выращены в абсолютно бескультурном обществе в плане отношения к времени. И это бескультурье не само собой с неба упало, оно тщательно взращено и выпестовано заботливыми усилиями глобального управления.

Также людей заставляют тратить часть своего времени совершенно искусственным образом. Например, в СССР каждый мог найти себе работу по специальности в своём районе, недалеко от дома. С приходом «свободного рынка» необходимость выживать заставила людей искать работу где придётся. В результате в каждом городе возникла ситуация, когда масса людей тратит по 2-3 часа в сутки (а иногда и по 4 часа в сутки) на дорогу на работу и обратно. Одни, например, живут на севере Москвы, а работают на юге. А другие живут на юге Москвы, а работают на севере. Во всех других городах то же самое. Эти люди запросто могли бы «поменяться» местами работы и иметь тот же результат, тратя на дорогу не несколько часов в день, а несколько минут. Одновременно сильно разгрузился бы транспорт и дороги. Но этого не происходит, и наивно думать, что это так «само собой» сложилось. Это было вполне предсказуемо и потому организовано специально. Были сложены такие условия, что иначе и не могло получиться. Управление такими вещами происходит на уровне создания условий.

Что же касается того свободного времени, которое у людей неизбежно возникает в нынешнем обществе, то опять-таки людям предлагаются всевозможные способы это время убить самым буквальным образом. Этот результат легко достигается как по причине уже выработанного навыка в детстве и юности (наиболее эффективном возрасте для обучения), так и по причине развитой индустрии развлечений, широко воздействующей на психику не подготовленных противостоять ей людей и легко подавляющей последние признаки сопротивления. Это примерно как расстреливать из тяжёлой артиллерии залпового огня людей, вооружённых исключительно щитами и копьями. Результат заведомо очевиден.

Так или иначе, перед каждым человеком стоит задача организации своего личного времени. Либо это время организует сам человек, либо за него это делают другие люди, задачей которых является, чтобы свободного времени у человека не было, а то свободное время, которое всё-таки остаётся, было потрачено впустую. Каждый здесь выбирает сам, что ему больше подходит. На самом деле, конечно, тут всё несколько сложнее, но так или иначе никто не поможет человеку организовать своё жизненное время, если он сам в этом не заинтересован, и не приложит чрезвычайных (запредельных) усилий, чтобы это время организовать. Каждую минуту времени в этих условиях человек должен в буквальном смысле слова «выгрызать» своими усилиями. И борьба здесь ничуть не менее ожесточённая, чем за Сталинград в 1942 году, когда смертельная схватка шла за каждый дом, за каждый подъезд, за каждый квадратный метр. Если кому-то может показаться, что я излишне драматизирую этот момент, то он ошибается. Я намеренно обращаю внимание на этом, но «излишне драматизировать» ситуацию здесь нет никакой возможности. Важность того, что сказано по данному поводу, невозможно переоценить и невозможно в полной мере выразить словами.

Реально у каждого человека есть выбор следующего порядка: либо растратить время своей жизни, либо использовать время своей жизни с полной ответственностью, осознавая свой выбор.

Научиться использовать время так, чтобы каждый момент жизни осознавать его – это великое искусство, которое приходит через много лет целенаправленных усилий. Те люди, которым выпало встретить учителей, научивших их бережно относиться к своему времени хотя бы в какой-то степени, получили великий дар судьбы. Даже просто осознавать это – уже достижение. А научиться жить соответствующим образом – ещё неизмеримо более сложно.

Мы не будем сейчас в подробностях рассматривать вопрос использования времени в человеческой жизни, и как и на что она тратится благодаря различным уловкам. Это тема отдельного и большого разговора. Для наших сегодняшних целей важно понимание темы в принципе. Я думаю, что у читателя должно было сложиться определённое понимание, что такое хронологический приоритет управления (и соответствующий уровень суверенитета) для человека.

Перейдём теперь к общественно-социологическому (или общественно-социальному) приоритету управления (и соответствующему уровню суверенитета).

Этот приоритет управления связан с организацией государства и общества как структуры.

С точки зрения общества – это свод общепринятых понятий и норм, которые определяют принятую всеми структуру общества, в частности, какие социальные группы в обществе есть, какое у них положение в обществе (права и обязанности) и так далее. Например, какой статус у рабочего человека, у учителя, у инженера, у ученого, у ученика (школьника, студента и так далее). Все, например, помнят, что наш бывший президент Д.А.Медведев говорил в лицо учителям: «Если хотите зарабатывать – идите в бизнес!» Тот есть он утверждал статус учителей на уровне «ниже плинтуса», как людей, которые не имеют права претендовать не то, что на достойный уровень жизни, а вообще на какой-то мало-мальски приемлемый уровень жизни. Ты учитель? – Ты никто! Вот статус учителя в сегодняшнем обществе. Не трудно догадаться, что ожидает общество с таким подходом, который декларировал Д.А.Медведев. Мне почему-то кажется, что в СССР, сказав такую фразу, Д.А.Медведев мог просто не выйти живым из того помещения, где он это сказал бы. Куда более вероятно, что его вынесли бы на носилках в машину скорой помощи. И это отражало бы совершенно другой уровень морали в человеческом обществе. Равно как в СССР никому в голову бы не пришло, что какие-то клоуны, не умеющие связать двух слов, могут быть «образцами для подражания» для подростков, называться «успешными людьми» и пиариться на телевидении. А вот учёному, рабочему человеку, крестьянину, колхознику на телевидении было место. Сейчас мы видим прямо противоположную картину.

С точки зрения государства на данном приоритете управления определяется, какую структуру имеет государство, и почему. Например, у нас сегодня есть Президент, есть Правительство, есть Федеральное Собрание (Совет Федерации и ГД РФ), есть Прокуратура, есть судебная система. Каждый орган власти избирается на определённый срок, по истечении которого его полномочия автоматически прекращаются.

Вопрос: «А как должно быть? Почему должно быть именно так, а не иначе? А может быть, нужно как-то по-другому?»

Заметим, что в нашем сегодняшнем обществе подобным образом даже вопрос как-то не ставится.

Например, если Президент хорошо справляется со своими обязанностями – зачем его избирать через шесть лет? Пусть работает себе дальше, пока справляется. Разумно ведь!

Или напротив, какой-нибудь депутат уже через неделю после избрания показывает себя так, что понятно – ему в ГД РФ делать нечего! Зачем тогда он там нужен ещё четыре года? Его нужно сразу лишать депутатских полномочий и отправлять куда-нибудь подальше, чтобы не мешал государству жить и развиваться.

Практически все сегодняшние нормы, существующие в нашей государственной системе, не выдерживают никакого здравого рассмотрения и очевидным образом нуждаются в пересмотре, если мы говорим о таком государстве, которое будет устойчивым к внешним воздействиям. Нынешняя же система государства – создаётся полное впечатление (и оно явно имеет под собой основания) – спроектирована именно так, чтобы государство было неустойчивым, и его легко можно было обрушить. И ведь это отнюдь не особенность российского государства. Точно такую же структуру в смысле неустойчивости имеют практически все государства мира. Или скажем иначе – в структуру каждого государства заложены организационные изъяны (бомбы замедленного действия), которые позволят умелым точечным воздействием обрушить такое государство.

Есть хорошее расхожее выражение – «ветви власти». Скажите: «Вы видели где-нибудь в природе ветви без ствола, отдельно?» Наверняка видели, но точно не на живом дереве, а в качестве хвороста для костра. Никакие ветви не могут существовать без ствола, это нелепо и абсурдно. Просто ствол государства в данном случае не находится в структуре самого государства и не принадлежит ему. Он существует отдельно, а ветви к нему прикреплены – законодательная, исполнительная, судебная. Когда тем, кто владеет стволом нужно, они просто обрубают эти ветви, и те легко падают.

Конечно же, структура общества и государства отнюдь не ограничивается ветвями власти, структурой органов власти, социальными группами и слоями населения. Есть ещё много других организационных элементов. Например, такой очень важный элемент как средства массовой информации (печатные, электронные, телевидение, радио и прочие). Опять-таки, мы не будем сейчас это рассматривать подробно, иначе наш материал станет бесконечным. Мы обозначаем, что относится к данному приоритету управления и кратко это комментируем. Очевидно, во всяком случае, что средства массовой информации имеют огромное значение в жизни общества и государства, поэтому они не могут быть «по определению» какими-то совершенно «свободными». Это примерно как в организме человека левая рука совершенно свободна от остального организма. То есть отрублена и вообще действует сама по себе. Когда захочет – съездит кулаком по лицу, когда захочет – закроет человеку глаза на что-то, чтобы он не видел чего-то важного у себя под ногами или по сторонам, и так далее. Понятно, что такого быть не должно. Поэтому понятие «независимых СМИ» изначально абсурдно, точно также как и некая «полная свобода слова». Свобода слова не должна означать вседозволенность, а независимость СМИ не должна мешать обществу гармонично жить и развиваться в интересах человека. И если, к примеру, какое-то «независимое» СМИ начинает проводить политику, направленную против государства, общества и человека, оно должно быть совершенно на законных основаниях ликвидировано, а его хозяева и руководители должны быть осуждены и отправлены в интересах страны мыть золото куда-нибудь на рудники или что-то другое в том же роде. И это не какой-то «кровавый режим», а самый что ни на есть демократичный в интересах общества и человека.

Отдельно нужно сказать несколько слов об интернете, который конечно же является частью структуры общества и государства в сегодняшних условиях. Недавно в комментариях был вопрос, куда он (интернет) относится. Именно сюда – в организационную структуру общества и государства он и относится, в общественно-социологический (общественно-социальный) приоритет управления. Это достаточно очевидно.

При этом существенное отличие интернета в том, что его нельзя рассматривать как некое СМИ. Это среда, в которой существуют СМИ в электронном виде. Но интернет имеет при этом важное отличительное свойство как среда – в интернете каждый может создавать свои собственные информационные ресурсы. То есть интернет в его сегодняшнем виде есть среда, в которой происходит самоорганизация и саморегуляция общества. Понятно, что те силы, которые обладают более мощными ресурсами (неизмеримо более мощными), чем отдельные люди, создают в интернете свои центры влияния. И многие люди становятся их «жертвами». Но интернет сегодня не является средой, в которой каждый жёстко ориентирован, поэтому каждый пользователь сам выбирает, что в интернете он делает (создаёт или изучает). Поэтому на уровне личной свободы выбора интернет становится действительно самоорганизующейся и саморегулирующей средой, в которой происходят как процессы, направленные на разрушение общества и государства, так и процессы, направленные на восстановление общества и государства. И если люди проявляют достаточный уровень самосознания, то интернет их усилиями, сложенными вместе, становится той средой, в которой восстанавливается здоровое общество, несмотря на усилия по его уничтожению со стороны глобального управления.

На этом рассмотрение указанных приоритетов управления заканчиваем.

Источник Источник 1