Телеканал Euronews провел интервью с премьер-министром Ливана Саадом Харири. Ливанский премьер коснулся вопросов внутриполитического положения в арабской республике, региональной безопасности, ситуации в Сирии, отметив роль России в сирийском урегулировании.
«Силы оппозиции в Сирии, по сути, капитулировали — держатся какие-то остатки в Идлибе. Но появляются сообщения о готовящемся наступлении — и возможном окончании войны в Сирии. Что это означает для Ливана?», — спросил корреспондент Euronews.
Ответ ливанского премьера был предельно лаконичен: «Я думаю, что к тому времени Россия докажет, что контролирует ситуацию в Сирии, поэтому мы будем вести дела с русскими».
Свои отношения с Россией глава правительства Ливана, который известен тесными связями с королевской семьёй Саудовской Аравии, назвал «очень хорошими, замечательными» «У меня очень хорошие отношения с Россией и с Владимиром Путиным лично, которого я очень уважаю. И я уверен, что это человек, с которым мы сможем работать вместе», — подчеркнул он.
«То есть Вы не думаете, что вам придется вести дела с (президентом Сирии) Башаром Асадом?», — поинтересовался европейский телеканал. «Я предпочёл бы иметь дело с президентом Путиным», — парировал Саад Харири.
Часто кажется, что Ливан балансирует на краю пропасти. 15-летняя гражданская война почти на всём оставила свой след, а продолжающиеся конфликты испытывают на прочность последовавшее за ней хрупкое политическое урегулирование. Это, несомненно, сложная страна, почти головоломка. И для многих здесь единственный, кто способен удержать фрагменты этого пазла вместе, - это Саад Харири.
Аннлиз Боржес, Euronews:
"Премьер-министр Харири, спасибо, что согласились поговорить с нами на Euronews. Этот год особенный для Ливана, в стране впервые за последние 10 лет прошли парламентские выборы, но это было еще в мае, а вы до сих пор так и не смогли сформировать правительство. Почему это вызывает сложности? Означает ли это, что вы практически не сможете управлять страной?"
Саад Харири, премьер-министр Ливана:
"Нет, я думаю, что у нас получится сформировать правительство. Как мне кажется, люди должны понять, что это правительство должно находиться у власти 4 года - и, как вы правильно отметили, оно пришло к власти после десятилетия без выборов. Сейчас у нас новый парламент с новыми лицами, изменились размеры и состав фракций. Так что сформировать правительство национального единства или правительство консенсуса будет сложнее, потому что у нас столько разных партий, с которыми нужно прийти к общему мнению, нужно понять, чего хотят разные политические силы. Это единственная причина, по которой возникают сложности".
Аннлиз Боржес, Euronews:
"Управлять такой страной, как Ливан, сложно. У вас - непростая история, сложные соглашения о разделе власти между представителями различных вероисповеданий, и вокруг сейчас идет война. Многие мои собеседники здесь убеждены, что вы - именно тот человек, который способен удержать эти части пазла вместе. Как по-вашему, почему вас считают тем, кто достоин вести Ливан за собой?"
Саад Харири:
"Я думаю о Ливане больше, чем думаю о себе самом. Я считаю, что нам нужен лидер, способный найти общий язык со всеми политическими силами в парламенте. Если вы хотите, чтобы правительство работало слаженно, каждый должен пойти на компромисс, иногда я иду на уступки больше, потому что я уверен: страна важнее, чем моя политическая партия или что-то другое".
Euronews:
"В прошлом году вы почти сдались, можно сказать - когда объявили об отставке в телеобращении из Саудовской Аравии. Я думаю, тот факт, что вы подали в отставку, а также то, как именно вы это сделали, шокировало народ, стало неожиданностью не только для ваших сторонников, но и для всего мира. Что произошло? Почему вы именно так поступили?"
Саад Харири:
"Необходимо было системное потрясение. Как мне казалось, правительство не было беспристрастным - люди действовали в чьих-то интересах, и управлять они были не в состоянии. Вы знаете нашу роль в регионе. Нам нужно, чтобы Ливан оставался беспристрастным. Моя отставка стала положительным шоком, таким сигналом народу: "Послушайте, так идти вперед нельзя. Двигаться вперед нужно не по пути нейтральности, а отстраняясь ото всех внутренних арабских конфликтов".
Euronews:
"Ещё раз, я думаю, что потряс людей не столько сам мощный сигнал, а то, как вы говорили тогда и где находились. Не могли бы вы рассказать нам больше об отношениях с Саудовской Аравией?"
Саад Харири:
"У меня прекрасные отношения с Саудовской Аравией. В интересах Ливана и в интересах Саудовской Аравии мы должны понять, что Персидский залив сегодня в очень опасном положении, учитывая то, что происходит в Йемене. Именно поэтому мы в Ливане должны думать о наших национальных интересах. То есть вмешательство в конфликт в Йемене или в Сирии принесет Ливану проблемы. Я понимаю, что в Ливане есть политические партии, которые иначе смотрят на вещи, и именно это в прошлом губило - нет, не так - калечило страну: когда политические разногласия ставились превыше блага государства".
Euronews:
"Что нужно сейчас Ливану, на чём вы ставите акцент?"
Саад Харири:
"Реформы! Мы должны реформировать нашу систему, мы должны сконцентрироваться на экономике. Наша проблема - беженцы, у нас 1,5 миллиона беженцев. Решение этой проблемы требует единства позиций в стране. Ряд инициатив исходят то от одних, то от других. Сейчас есть российская инициатива, по которой мы собираемся работать и сделать её реализацию возможной. Мы хотим, чтобы беженцы вернулись к себе по собственной инициативе, и нам нужна помощь Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, мы хотим, чтобы они вернулись, но нам нужны средства для этого, и мы должны предоставить им гарантии того, что режим на их родине им не навредит. Мы живем с этим каждый день. И если мы не начнем вырабатывать стратегию по выходу из этой ситуации, то мы лишь навредим Ливану, нанесём удар по интересам самих ливанцев".
Euronews:
"Я хочу вернуться ещё раз к вашей отставке потому что, как вы упомянули в прошлом году, вы обвиняли Иран "в беспорядках и разрушениях в Ливане". Вы говорили, что "Хезболах - это орудие влияния Ирана в вашей стране и что Хезболах навязала сложившееся положение в Ливане силой оружия". Сейчас Хезболах и ее союзники контролируют большую часть парламента. Что это означает для страны?"
Саад Харири:
"У них нет большинства, это мнение бытует в международном сообществе или некоторых СМИ, но у Хезболах в парламенте от силы 30 или 40 представителей, а парламент сегодня состоит из 3-4 блоков, где есть те, кто занял нейтральную позицию, есть правые и левые, есть правоцентристы и левоцентристы. И, как мне кажется, в момент отставки я обо всем этом говорил. У нас есть политические разногласия, Хезболах знает об этом, и я знаю. Они никогда не примут мою политику в отношении арабских стран залива. И я никогда не приму их позицию по отношению к Ирану или по другим вопросам. Но это не означает, что страна должна перестать функционировать. Поскольку у нас будут всегда различия в политических взглядах, то мы всегда будем спорить по этому поводу.
Но что нам делать? Нужно ли сконцентрироваться на этом или на налаживании диалога? Необходимо обсудить это всё спокойно и понять, какие есть решения. Объединяет нас куда больше, чем то, что разделяет. То есть мы способны сделать очень многое для страны и экономики, конечно - все заинтересованы в борьбе с коррупцией, всем нужны реформы".
Euronews:
"Силы оппозиции в Сирии, по сути, капитулировали - держатся как-то остатки в Идлибе. Но появляются сообщения о готовящемся наступлении - и возможном окончании войны в Сирии. Что это означает для Ливана?"
Саад Харири:
"Я думаю, что к тому времени Россия докажет, что контролирует ситуацию в Сирии, поэтому мы будем вести дела с русскими".
Euronews:
"Какие у вас отношения с Россией?"
Саад Харири:
"Очень хорошие, замечательные. У меня очень хорошие отношения с Россией и с Владимиром Путиным лично, которого я очень уважаю, и я уверен, что это человек, с которым мы сможем работать вместе".
Euronews:
"То есть вы не думаете, что вам придется вести дела с Башаром Асадом?"
Саад Харири:
"Я предпочёл бы иметь дело с президентом Путиным".
Euronews:
"Есть ещё один мировой лидер, с которым вы, кажется, прекрасно ладите, президент США – Дональд Трамп. Вы заявляли, что "цените его лидерство в регионе". Как по-вашему, Дональд Трамп работает на благо Ближнего Востока?"
Саад Харири:
"Я думаю, что президент Трамп - человек очень прямой. Сказал - сделал. В прошлом было проблемой, когда мы не могли разобраться - какова была политическая линия. По крайней мере сейчас политическая линия ясна. Сегодня я хотя бы могу понять, как взаимодействовать с этой линией или пытаться обойти ее, наконец есть кто-то, с кем можно поговорить и обсудить нашу ситуацию. Я согласен с вашей оценкой происходящего в Сирии - что война, похоже, заканчивается: но во многом это результат неспособности мирового сообщества реально помочь сирийскому народу. А кто лидеры международного сообщества? США и Европа. В то время, в прошлом, тогдашние стратегии не сработали, и, думаю, до 2015 года никаких ИГИЛ или "Ан-Нусры" там не было, ничего такого, были просто недовольные властью, бунтари, но из-за разобщенности народа и использования всех этих газов и прочих жестокостей тогда-то и появился ИГИЛ и вся эта кучка безумцев, которые сейчас получают по заслугам - они-то и погубили всю сирийскую революцию".
Euronews:
"Премьер-министр Харири, спасибо за эту беседу".
Аннлиз Боржес, Euronews:
"Премьер-министр Харири, спасибо, что согласились поговорить с нами на Euronews. Этот год особенный для Ливана, в стране впервые за последние 10 лет прошли парламентские выборы, но это было еще в мае, а вы до сих пор так и не смогли сформировать правительство. Почему это вызывает сложности? Означает ли это, что вы практически не сможете управлять страной?"
Саад Харири, премьер-министр Ливана:
"Нет, я думаю, что у нас получится сформировать правительство. Как мне кажется, люди должны понять, что это правительство должно находиться у власти 4 года - и, как вы правильно отметили, оно пришло к власти после десятилетия без выборов. Сейчас у нас новый парламент с новыми лицами, изменились размеры и состав фракций. Так что сформировать правительство национального единства или правительство консенсуса будет сложнее, потому что у нас столько разных партий, с которыми нужно прийти к общему мнению, нужно понять, чего хотят разные политические силы. Это единственная причина, по которой возникают сложности".
Аннлиз Боржес, Euronews:
"Управлять такой страной, как Ливан, сложно. У вас - непростая история, сложные соглашения о разделе власти между представителями различных вероисповеданий, и вокруг сейчас идет война. Многие мои собеседники здесь убеждены, что вы - именно тот человек, который способен удержать эти части пазла вместе. Как по-вашему, почему вас считают тем, кто достоин вести Ливан за собой?"
Саад Харири:
"Я думаю о Ливане больше, чем думаю о себе самом. Я считаю, что нам нужен лидер, способный найти общий язык со всеми политическими силами в парламенте. Если вы хотите, чтобы правительство работало слаженно, каждый должен пойти на компромисс, иногда я иду на уступки больше, потому что я уверен: страна важнее, чем моя политическая партия или что-то другое".
Euronews:
"В прошлом году вы почти сдались, можно сказать - когда объявили об отставке в телеобращении из Саудовской Аравии. Я думаю, тот факт, что вы подали в отставку, а также то, как именно вы это сделали, шокировало народ, стало неожиданностью не только для ваших сторонников, но и для всего мира. Что произошло? Почему вы именно так поступили?"
Саад Харири:
"Необходимо было системное потрясение. Как мне казалось, правительство не было беспристрастным - люди действовали в чьих-то интересах, и управлять они были не в состоянии. Вы знаете нашу роль в регионе. Нам нужно, чтобы Ливан оставался беспристрастным. Моя отставка стала положительным шоком, таким сигналом народу: "Послушайте, так идти вперед нельзя. Двигаться вперед нужно не по пути нейтральности, а отстраняясь ото всех внутренних арабских конфликтов".
Euronews:
"Ещё раз, я думаю, что потряс людей не столько сам мощный сигнал, а то, как вы говорили тогда и где находились. Не могли бы вы рассказать нам больше об отношениях с Саудовской Аравией?"
Саад Харири:
"У меня прекрасные отношения с Саудовской Аравией. В интересах Ливана и в интересах Саудовской Аравии мы должны понять, что Персидский залив сегодня в очень опасном положении, учитывая то, что происходит в Йемене. Именно поэтому мы в Ливане должны думать о наших национальных интересах. То есть вмешательство в конфликт в Йемене или в Сирии принесет Ливану проблемы. Я понимаю, что в Ливане есть политические партии, которые иначе смотрят на вещи, и именно это в прошлом губило - нет, не так - калечило страну: когда политические разногласия ставились превыше блага государства".
Euronews:
"Что нужно сейчас Ливану, на чём вы ставите акцент?"
Саад Харири:
"Реформы! Мы должны реформировать нашу систему, мы должны сконцентрироваться на экономике. Наша проблема - беженцы, у нас 1,5 миллиона беженцев. Решение этой проблемы требует единства позиций в стране. Ряд инициатив исходят то от одних, то от других. Сейчас есть российская инициатива, по которой мы собираемся работать и сделать её реализацию возможной. Мы хотим, чтобы беженцы вернулись к себе по собственной инициативе, и нам нужна помощь Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, мы хотим, чтобы они вернулись, но нам нужны средства для этого, и мы должны предоставить им гарантии того, что режим на их родине им не навредит. Мы живем с этим каждый день. И если мы не начнем вырабатывать стратегию по выходу из этой ситуации, то мы лишь навредим Ливану, нанесём удар по интересам самих ливанцев".
Euronews:
"Я хочу вернуться ещё раз к вашей отставке потому что, как вы упомянули в прошлом году, вы обвиняли Иран "в беспорядках и разрушениях в Ливане". Вы говорили, что "Хезболах - это орудие влияния Ирана в вашей стране и что Хезболах навязала сложившееся положение в Ливане силой оружия". Сейчас Хезболах и ее союзники контролируют большую часть парламента. Что это означает для страны?"
Саад Харири:
"У них нет большинства, это мнение бытует в международном сообществе или некоторых СМИ, но у Хезболах в парламенте от силы 30 или 40 представителей, а парламент сегодня состоит из 3-4 блоков, где есть те, кто занял нейтральную позицию, есть правые и левые, есть правоцентристы и левоцентристы. И, как мне кажется, в момент отставки я обо всем этом говорил. У нас есть политические разногласия, Хезболах знает об этом, и я знаю. Они никогда не примут мою политику в отношении арабских стран залива. И я никогда не приму их позицию по отношению к Ирану или по другим вопросам. Но это не означает, что страна должна перестать функционировать. Поскольку у нас будут всегда различия в политических взглядах, то мы всегда будем спорить по этому поводу.
Но что нам делать? Нужно ли сконцентрироваться на этом или на налаживании диалога? Необходимо обсудить это всё спокойно и понять, какие есть решения. Объединяет нас куда больше, чем то, что разделяет. То есть мы способны сделать очень многое для страны и экономики, конечно - все заинтересованы в борьбе с коррупцией, всем нужны реформы".
Euronews:
"Силы оппозиции в Сирии, по сути, капитулировали - держатся как-то остатки в Идлибе. Но появляются сообщения о готовящемся наступлении - и возможном окончании войны в Сирии. Что это означает для Ливана?"
Саад Харири:
"Я думаю, что к тому времени Россия докажет, что контролирует ситуацию в Сирии, поэтому мы будем вести дела с русскими".
Euronews:
"Какие у вас отношения с Россией?"
Саад Харири:
"Очень хорошие, замечательные. У меня очень хорошие отношения с Россией и с Владимиром Путиным лично, которого я очень уважаю, и я уверен, что это человек, с которым мы сможем работать вместе".
Euronews:
"То есть вы не думаете, что вам придется вести дела с Башаром Асадом?"
Саад Харири:
"Я предпочёл бы иметь дело с президентом Путиным".
Euronews:
"Есть ещё один мировой лидер, с которым вы, кажется, прекрасно ладите, президент США – Дональд Трамп. Вы заявляли, что "цените его лидерство в регионе". Как по-вашему, Дональд Трамп работает на благо Ближнего Востока?"
Саад Харири:
"Я думаю, что президент Трамп - человек очень прямой. Сказал - сделал. В прошлом было проблемой, когда мы не могли разобраться - какова была политическая линия. По крайней мере сейчас политическая линия ясна. Сегодня я хотя бы могу понять, как взаимодействовать с этой линией или пытаться обойти ее, наконец есть кто-то, с кем можно поговорить и обсудить нашу ситуацию. Я согласен с вашей оценкой происходящего в Сирии - что война, похоже, заканчивается: но во многом это результат неспособности мирового сообщества реально помочь сирийскому народу. А кто лидеры международного сообщества? США и Европа. В то время, в прошлом, тогдашние стратегии не сработали, и, думаю, до 2015 года никаких ИГИЛ или "Ан-Нусры" там не было, ничего такого, были просто недовольные властью, бунтари, но из-за разобщенности народа и использования всех этих газов и прочих жестокостей тогда-то и появился ИГИЛ и вся эта кучка безумцев, которые сейчас получают по заслугам - они-то и погубили всю сирийскую революцию".
Euronews:
"Премьер-министр Харири, спасибо за эту беседу".
Euronews
