Сирия сохранена. Надолго ли?
«Сирия получила шанс»: эксперты оценили результаты военной операции ВС РФ в САР
В результате военной операции в зоне сирийского конфликта САР не была уничтожена и продолжила существовать с прежним руководством. Сегодня Сирия получила шанс, которым сможет воспользоваться при комплексной военной, гуманитарной и политической поддержке, считает политолог Евгений Сатановский.
По словам Сатановского, террористические группировки не отступят, в настоящее время их спонсоры будут искать новые варианты реализации проекта по уничтожению законного правительства Сирии, пишет ANNA-News.
Эксперт подчеркнул, что в этом заинтересованы определенные лица в Саудовской Аравии, Катаре, Турции, США, Франции, Германии, Великобритании. В то же время боевиков ИГ (террористическая организация, запрещена в России) Сатановский назвал только «легкой пехотой».
Сатановский считает, что слабым местом Сирии остается общая низкая боеспособность правительственной армии. Еще одна проблема – ситуация в Ираке, где по-прежнему находятся террористы.
Эксперт обратил внимание на то, что, несмотря на частичный вывод российских войск из Сирии, в настоящее время сохраняются военные базы Хмеймим и Тартус. Таким образом, Россия пока сохраняет свои военные возможности в Сирии.
Устойчивость сирийского правительства сейчас будет зависеть от реальной поддержки, поскольку в результате военно-политических процессов само оно над рядом территорий, где сейчас пытаются создать «альтернативную Сирию», утратило контроль.
Напомним, в начале недели президент России Владимир Путин отдал приказ о частичном выводе российских войск из Сирии. Военные РФ уже начали возвращаться на родину. Так, прибыли в Калужскую область после выполнения задач в САР Ту-22М3. Накануне главком ВКС РФ Сергей Суровикин рассказал изданию, какие еще части и техника покинут Сирию в ближайшее время. Алексей Громов
План для Сирии
Депутат Зелимхан Муцоев — о потенциальных инвесторах в экономику пострадавшей от войны страны
На протяжении шести лет в Сирии шла война, в которую так или иначе были вовлечены более десятка иностранных государств. За это время экономике страны был нанесен большой ущерб — по последним оценкам, более $250 млрд. Несмотря на то что политическое урегулирование близится к завершению, восстановление хозяйства может занять 15–25 лет.
Многие экономисты говорят про новый «план Маршалла», но до создания такого плана пока далеко. Сейчас важно завершить политические процессы и сформировать правительство, включая экономический блок. Но все сходятся в одном: восстанавливать Сирию нужно сообща. Вопрос в другом — какие для этого потребуются реформы и чьи инвестиции будут преобладать.
Восстановление Сирии должно быть поэтапным. Вначале необходимо восстановить инфраструктуру. Это дома, дороги, электростанции. Разминировать объекты на захваченных территориях. Всё это в совокупности даст толчок для восстановления промышленности. Ее развитие привлечет инвесторов.
Уже сейчас Россия, Китай и Иран обсуждают инфраструктурные проекты, связанные со строительством, промышленностью и нефтегазовым сектором. По существующему плану, например, Москва и Тегеран в равной степени будут участвовать в базовых инфраструктурных проектах.
На словах, конечно, всё это выглядит простым и понятным. Но так ли всё легко на практике?
Начнем с того, что страны западного мира пока не готовы к проектам в послевоенной Сирии. Что их останавливает? Для Запада, конечно, камнем преткновения служит то, что у власти находится правительство Башара Асада, на отставке которого всё это время настаивали Брюссель и Вашингтон, и неоднозначность позиции США по ситуации в стране и ее дальнейшему урегулированию.
К тому же до тех пор, пока американцы сохраняют на территории Сирии военное присутствие и поддерживают некоторых участников вооруженного конфликта, потенциальные западные инвесторы очень внимательно будут наблюдать за развитием ситуации. И не станут спешить вкладывать собственные средства.
События последних месяцев указывают на то, что, увы, череда вооруженных конфликтов и дестабилизация военно-политической ситуации на Ближнем Востоке не закончится с победой над ИГИЛ (деятельность организации запрещена в РФ) в Сирии. Мы уже наблюдаем, как зарождаются потенциальные очаги новых конфликтов в Йемене, Ливане, Ираке, какая борьба за лидерство в регионе разворачивается между Саудовской Аравией и Ираном. Подобное положение дел вряд ли сможет убедить инвесторов приступить к реализации некоторых действительно крупных и серьезных региональных проектов.
Если с позицией Запада всё более или менее ясно, то с точки зрения инвестиционного потенциала ключевых региональных игроков всё несколько сложнее. К примеру, недавние события в Саудовской Аравии вполне вероятно смогут изменить вектор политики правящей династии в регионе. Ротация элит «вручную» ставит эту страну перед выбором новой экономической политики.
К тому же до сих пор неизвестно, как будут выстраиваться дальнейшие отношения саудитов с США, что, возможно, подразумевает поиск новых потенциальных вариантов для инвестиций в другие страны. Причем Эр-Рияд уже склонен не увязывать возможность вложить деньги в Сирию с необходимостью отставки Асада. Непреодолимой преградой для саудовцев может стать лишь растущее влияние Ирана.
Говоря о Китае как о потенциальном инвесторе, нужно понимать, что Пекин в принципе предпочитает выстраивать свою политику и наращивать влияние в тех или иных странах как раз через экономику и инвестиции. При этом нынешнее правительство Асада ближе официальному Китаю, чем любое другое, которое может прийти ему на смену.
Возможно, интерес Китая к Сирии обусловлен поисками новых партнеров для экспорта углеводородов в страну из-за неопределенной ситуации с Ираном и недавних событий в Саудовской Аравии. К этому можно добавить и заинтересованность в борьбе с ИГИЛ, в рядах которого, по некоторым данным, находятся несколько сотен этнических уйгуров. Общеизвестно, что китайское правительство рассматривает уйгурский автономный район как потенциальный очаг сепаратизма в стране.
Без сомнений, важнейшая победа над ИГИЛ еще не означает окончательной стабилизации обстановки в Сирии. Несмотря на ликвидацию террористических формирований и их лидеров, идеология, взгляды и пропаганда по-прежнему оказывает значительное влияние на часть мусульманского мира. Не факт, что на смену «Исламскому государству» не придет новая организация, способная изменить ситуацию на Ближнем Востоке в целом.
Следует также понимать, что после завершения войны с террористами в Сирии по-прежнему остается масса противоречий между различными сторонами конфликта. Это территориальные, межэтнические, политические и религиозные проблемы. Для их окончательного урегулирования требуется еще много времени. Здесь очень многое зависит от синхронности тех решений и договоренностей, которые, возможно, будут достигнуты в ходе переговоров в Женеве и Сочи.
Поиск политического компромисса, создание новой конституции, решение территориальных вопросов, новые права и свободы, предоставленные этническим и религиозным группам, населяющим Сирию позволят перейти к постоянной стабильности, а это, в свою очередь, даст понимание ситуации для потенциальных инвесторов.
Зелимхан Муцоев, член комитета ГД по международным делам
В результате военной операции в зоне сирийского конфликта САР не была уничтожена и продолжила существовать с прежним руководством. Сегодня Сирия получила шанс, которым сможет воспользоваться при комплексной военной, гуманитарной и политической поддержке, считает политолог Евгений Сатановский.
По словам Сатановского, террористические группировки не отступят, в настоящее время их спонсоры будут искать новые варианты реализации проекта по уничтожению законного правительства Сирии, пишет ANNA-News.
Эксперт подчеркнул, что в этом заинтересованы определенные лица в Саудовской Аравии, Катаре, Турции, США, Франции, Германии, Великобритании. В то же время боевиков ИГ (террористическая организация, запрещена в России) Сатановский назвал только «легкой пехотой».
«ИГИЛ всего лишь использовали как легкую пехоту, политическая игра здесь не заканчивается, а продолжается», — отмечается в статье.
Сатановский считает, что слабым местом Сирии остается общая низкая боеспособность правительственной армии. Еще одна проблема – ситуация в Ираке, где по-прежнему находятся террористы.
«Террористов ИГИЛ (организация запрещена в России) американское командование просто выпустило из Ракки под проект создания сложностей для сирийской правительственной армии», — сообщается в материале.
Эксперт обратил внимание на то, что, несмотря на частичный вывод российских войск из Сирии, в настоящее время сохраняются военные базы Хмеймим и Тартус. Таким образом, Россия пока сохраняет свои военные возможности в Сирии.
Устойчивость сирийского правительства сейчас будет зависеть от реальной поддержки, поскольку в результате военно-политических процессов само оно над рядом территорий, где сейчас пытаются создать «альтернативную Сирию», утратило контроль.
«В конфликт на территории Сирии по-прежнему прямо или косвенно вовлечены все основные региональные игроки: Саудовская Аравия, Катар, Турция, Иран и Израиль. США, страны НАТО и Россия также ведут активную военно-политическую работу. Сирия сохранена», — заключается в публикации.
Напомним, в начале недели президент России Владимир Путин отдал приказ о частичном выводе российских войск из Сирии. Военные РФ уже начали возвращаться на родину. Так, прибыли в Калужскую область после выполнения задач в САР Ту-22М3. Накануне главком ВКС РФ Сергей Суровикин рассказал изданию, какие еще части и техника покинут Сирию в ближайшее время. Алексей Громов
План для Сирии
Депутат Зелимхан Муцоев — о потенциальных инвесторах в экономику пострадавшей от войны страны
На протяжении шести лет в Сирии шла война, в которую так или иначе были вовлечены более десятка иностранных государств. За это время экономике страны был нанесен большой ущерб — по последним оценкам, более $250 млрд. Несмотря на то что политическое урегулирование близится к завершению, восстановление хозяйства может занять 15–25 лет.
Многие экономисты говорят про новый «план Маршалла», но до создания такого плана пока далеко. Сейчас важно завершить политические процессы и сформировать правительство, включая экономический блок. Но все сходятся в одном: восстанавливать Сирию нужно сообща. Вопрос в другом — какие для этого потребуются реформы и чьи инвестиции будут преобладать.
Восстановление Сирии должно быть поэтапным. Вначале необходимо восстановить инфраструктуру. Это дома, дороги, электростанции. Разминировать объекты на захваченных территориях. Всё это в совокупности даст толчок для восстановления промышленности. Ее развитие привлечет инвесторов.
Уже сейчас Россия, Китай и Иран обсуждают инфраструктурные проекты, связанные со строительством, промышленностью и нефтегазовым сектором. По существующему плану, например, Москва и Тегеран в равной степени будут участвовать в базовых инфраструктурных проектах.
На словах, конечно, всё это выглядит простым и понятным. Но так ли всё легко на практике?
Начнем с того, что страны западного мира пока не готовы к проектам в послевоенной Сирии. Что их останавливает? Для Запада, конечно, камнем преткновения служит то, что у власти находится правительство Башара Асада, на отставке которого всё это время настаивали Брюссель и Вашингтон, и неоднозначность позиции США по ситуации в стране и ее дальнейшему урегулированию.
К тому же до тех пор, пока американцы сохраняют на территории Сирии военное присутствие и поддерживают некоторых участников вооруженного конфликта, потенциальные западные инвесторы очень внимательно будут наблюдать за развитием ситуации. И не станут спешить вкладывать собственные средства.
События последних месяцев указывают на то, что, увы, череда вооруженных конфликтов и дестабилизация военно-политической ситуации на Ближнем Востоке не закончится с победой над ИГИЛ (деятельность организации запрещена в РФ) в Сирии. Мы уже наблюдаем, как зарождаются потенциальные очаги новых конфликтов в Йемене, Ливане, Ираке, какая борьба за лидерство в регионе разворачивается между Саудовской Аравией и Ираном. Подобное положение дел вряд ли сможет убедить инвесторов приступить к реализации некоторых действительно крупных и серьезных региональных проектов.
Если с позицией Запада всё более или менее ясно, то с точки зрения инвестиционного потенциала ключевых региональных игроков всё несколько сложнее. К примеру, недавние события в Саудовской Аравии вполне вероятно смогут изменить вектор политики правящей династии в регионе. Ротация элит «вручную» ставит эту страну перед выбором новой экономической политики.
К тому же до сих пор неизвестно, как будут выстраиваться дальнейшие отношения саудитов с США, что, возможно, подразумевает поиск новых потенциальных вариантов для инвестиций в другие страны. Причем Эр-Рияд уже склонен не увязывать возможность вложить деньги в Сирию с необходимостью отставки Асада. Непреодолимой преградой для саудовцев может стать лишь растущее влияние Ирана.
Говоря о Китае как о потенциальном инвесторе, нужно понимать, что Пекин в принципе предпочитает выстраивать свою политику и наращивать влияние в тех или иных странах как раз через экономику и инвестиции. При этом нынешнее правительство Асада ближе официальному Китаю, чем любое другое, которое может прийти ему на смену.
Возможно, интерес Китая к Сирии обусловлен поисками новых партнеров для экспорта углеводородов в страну из-за неопределенной ситуации с Ираном и недавних событий в Саудовской Аравии. К этому можно добавить и заинтересованность в борьбе с ИГИЛ, в рядах которого, по некоторым данным, находятся несколько сотен этнических уйгуров. Общеизвестно, что китайское правительство рассматривает уйгурский автономный район как потенциальный очаг сепаратизма в стране.
Без сомнений, важнейшая победа над ИГИЛ еще не означает окончательной стабилизации обстановки в Сирии. Несмотря на ликвидацию террористических формирований и их лидеров, идеология, взгляды и пропаганда по-прежнему оказывает значительное влияние на часть мусульманского мира. Не факт, что на смену «Исламскому государству» не придет новая организация, способная изменить ситуацию на Ближнем Востоке в целом.
Следует также понимать, что после завершения войны с террористами в Сирии по-прежнему остается масса противоречий между различными сторонами конфликта. Это территориальные, межэтнические, политические и религиозные проблемы. Для их окончательного урегулирования требуется еще много времени. Здесь очень многое зависит от синхронности тех решений и договоренностей, которые, возможно, будут достигнуты в ходе переговоров в Женеве и Сочи.
Поиск политического компромисса, создание новой конституции, решение территориальных вопросов, новые права и свободы, предоставленные этническим и религиозным группам, населяющим Сирию позволят перейти к постоянной стабильности, а это, в свою очередь, даст понимание ситуации для потенциальных инвесторов.
Зелимхан Муцоев, член комитета ГД по международным делам
Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
