«Грязное белье» политиков больше не манит

На прошлой неделе один за другим были опубликованы громкие компроматы о «тайной жизни президента» и «эротическом скандале Касьянова». Но, к удивлению политтехнологов, они не вызвали большого резонанса и не смогли кардинально поменять отношения людей к политическим деятелям, ставших объектами атак. Если несколько лет назад пикантные подробности и «грязное белье» вызывали у людей шок и разочарование, то сейчас ничего подобного не случилось. В чем причины низкой эффективности «черного пиара»?
Вместе с демократизацией 90-х в политическую жизнь России пришли технологии, искусственно формирующие имидж политиков. Образ политтехнолога, с легкостью меняющего реальность и восприятие миллионов людей, стал одним из самых популярных и востребованных у творческой молодежи. Постепенно для общественных деятелей так называемый черный пиар становился страшнее самого Страшного суда . Сознательное очернение имиджа политика могло иметь личину вполне дружелюбную: поданный под соусом борьбы за права и свободы, равноправие, честную конкуренцию на выборах и демократические основы «черный пиар» обличал коррупционеров, вскрывал тайны личной жизни и вытряхивал «грязное белье» на глазах общественности. В итоге избиратель не мог с уверенностью сказать, кем в действительности является человек, напротив фамилии которого он поставил заветную галочку.

Во второй половине 2000-х после разборок с олигархами и атак на Путина наступила небольшая пауза, вызванная относительной стабильностью внутри России и на международной арене. Однако события 2014 года на Украине и предельное обострение отношений России с Западом породили новую волну «черного пиара» - обвинения в коррупции, грязные вбросы и громкие «расследования». Предполагалось, что эти методы вызовут прежний сногсшибательный эффект у российского общества, однако на самом деле громкие компроматы о «тайной жизни президента» и «эротическом скандале Касьянова» не вызвали большого резонанса и не смогли кардинально поменять отношения людей к политическим деятелям, ставшими объектом атак.

Скандалы, интриги, расследования

Напомню, в конце марта общественность узнала о расследовании OCCRP (Organized Crime and Corruption Reporting Project) о царских подарках Путина знакомым женщинам в виде дорогостоящих объектов недвижимости. Западные пиарщики настолько постарались, что даже откопали имена, явки и пароли предполагаемых требовательниц «цветочка аленького». Как водится, российские либералы с дикими криками и выпученными глазами разнесли этот «вброс» во все стороны.

Не успели остыть клавиатуры от виртуальных боев, как последовал другой, еще более замысловатый политический «вброс». На этот раз он был уже правдивым и куда более пикантным. Немолодой и неатлетичный Михаил Михайлович Касьянов, лидер партии ПАРНАС, превратился в порно звезду государственного масштаба. Телеканал НТВ показал получасовой фильм об изменах Касьянова стране, партии, которую вскоре интернет-пользователи переименовали в «ПОРНАС», и собственной жене с Натальей Пелевиной, коллегой по несистемному цеху. Разумеется, господа либералы сдали себя с головой: то отрицали все сказанное и продемонстрированное, то грозились НТВ судом, то внезапно отменяли все претензии к телеканалу. Впрочем, инфантильно-радостное барахтанье российских несистемщиков в собственных экскрементах никогда не удивляло.


Еще каких-то шесть лет назад блогосфера буквально взорвалась от секс-скандала с Катей Герасимовой, Эдуардом Лимоновым, Ильей Яшиным и Виктором Шендеровичем. Все эти прекрасные оппозиционеры на видеокадрах, снятых скрытой камерой, предавались плотским утехам вперемешку с политическими откровениями. Скандальные ролики обнажили все неприглядные места российской оппозиции. Общественность всколыхнулась – политтехнологии сработали на «отлично».

Десятилетием ранее пикантные подробности интимной жизни генпрокурора РФ Юрия Скуратова вызывали помимо общественного осуждения еще и легкий румянец даже на лицах его же коллег. Но это был далекий 1999 год, и каплей подобного черного пиара можно было убить любую лошадь, более–менее пробившуюся наверх.

Сейчас искушенного читателя не удивить смакованием кадров атлета Касьянова. Во времена, когда в метро ездят подростки в одном нижнем белье, подобная желтуха выглядит, по крайней мере, скучно и жалко. В чем секрет?

Причины малоэффективности «вбросов»

Первым делом, срабатывает феномен под названием «окно Овертона», принципы работы которого заключаются в сдвиге моральных границ дозволенного и норм восприятия. Каждый новый «вброс», пробивая какое-то понимание пристойности, как бы раздвигает в сознании рамки допустимого. То, что когда-то было немыслимым в публичном пространстве, под воздействием постоянного обсуждения и влияния СМИ постепенно становится приемлемым, затем популярным и плавно превращается в норму.


Во-вторых, стоит упомянуть пресловутый эффект «ореола» (или «гало-эффект») в восприятии того или иного деятеля. Он заключается в том, что у общества уже более-менее сформирован некий образ политических деятелей, замороженный в сознании как нечто целое и нерушимое. Подобные обличительные «вбросы» настолько скучны и нелепы, что никоим образом не влияют на него. Встраиваясь в уже сложенную мозаику, такая информация поддается влиянию эффекта, и дальше происходит нечто совсем обратное ожидаемому авторами «черного пиара»: общее хорошее впечатление от человека заставляет взглянуть на новую информацию положительно, и наоборот.

Подтверждают это и цифры: по данным ВЦИОМ, рейтинг Касьянова неустанно крутится вокруг 26%, относящихся к нему положительно и 44%, воспринимающих фигуру политика негативно. Индекс доверия к Путину колеблется вокруг отметки в 55% и также существенно не меняется после подобных «вбросов». Стабильность, как известно, признак мастерства.

В-третьих, в эпоху ужесточения внешнеполитической риторики и на фоне активно идущих международных конфликтов внимание общества попросту переключается на более значимые события и факты. Наступил период новой холодной войны, еще более жёсткой и даже развязной, чем в XX веке. Уровень информационной войны и градус обвинений в ходе ее зашкаливает и не имеет аналогов. Россию объявляют державой-агрессором и обвиняют в сбитом малазийском «Боинге», «аннексии Крыма» и нарушении прав человека на его территории.

Мы, в свою очередь, официально предъявляем обвинения Турции в поддержке террористов ДАИШ (запрещенная в России террористическая организация) и ее деятельности, разоблачаем жестокость США в Гуантанамо. Весь мир содрогается от известий о прослушке телефонных разговоров Ангелы Меркель и откровений «Викиликс» о международном шпионаже.

Английские телевизионщики разыгрывают сценарий третьей мировой войны и нанесения ядерных ударов между НАТО и Россией из-за Прибалтики, а Минобороны РФ неоднократно называет тех самых английских журналистов и западных правозащитников «отматрошенными живопырками».


За что боролись

Выводы, с одной стороны, неутешительны - грустно наблюдать сдвиг границ общественной морали и нравственности на таком уровне. Где то время, когда политики строже уголовного кодекса чтили кодекс моральный? Думается, его не застали ни я, ни Вы. Печально, что любовная возня Касьянова пропущена в эфир одного из российских каналов. Не говоря уже о жалких попытках найти в информации о Путине хоть что-то компрометирующее. Факт того, что мораль стала какой-то рыхлой и склизкой субстанцией, в которой размываются приличное и неприличное, налицо и на наших телеэкранах.

Но есть и положительный аспект. «Желтые вбросы» и «черный пиар» с треском проваливаются среди современных зрителей на фоне ошеломительных информационных войн МИДов разных стран, обличительных заявлений Сноудена и прочих действительно громких дел. Выходит, несмотря на вязкость морали, критичность мышления все же сохранена, и голыми руками по локоть в «желтухе» нас больше не возьмешь, как ни старайся. Современным политтехнологам придется сильно постараться, чтобы склонить искушенного зрителя на «нужную сторону». Какие методы они для этого изобретут, покажет время. Источник