Саммит ШОС 2026: триумф символической дипломатии

С 31 августа по 1 сентября 2026 года в Бишкеке проходило 26-е заседание Совета глав государств Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), приуроченное к 25-летию организации. Присутствовали главы всех десяти государств-членов: Белоруссии, Китая, Индии, Ирана, Казахстана, Киргизии, Пакистана, России, Таджикистана, Узбекистана, — а также лидеры других государств.

Был принят ряд рутинных документов, а также «Бишкекская декларация двадцатипятилетия Шанхайской организации сотрудничества», в которой дана важная оценка войне на Ближнем Востоке: удары по Ирану осуждаются, агрессия признаётся незаконной, выражается поддержка суверенитету и территориальной целостности Ирана.

С одной стороны, ШОС отреагировала на кризис вокруг Ирана как единый дипломатический фронт, предоставив Тегерану политическую поддержку и международную площадку для озвучивания своих требований, с другой — от этого никакой практической военно-политической пользы не будет.

Сигналов саммит послал миру много. ШОС подтвердила приверженность построению более демократичного, представительного и справедливого многополярного миропорядка, выступив против односторонних принудительных мер и санкций. ШОС продемонстрировала стремление стран Евразии и Глобального Юга стать площадкой для отстаивания своих интересов вне рамок, задаваемых западными структурами, при сохранении суверенитета и многовекторности внешней политики. ШОС встала на защиту ООН и нового многополярного типа глобального управления. В области дипломатического символизма — полный триумф.

Прошлогоднему саммиту в Тяньцзине западная пресса уделила куда больше внимания в духе «Полундра, ось зла разрастается». В этом же году «Рейтер» и «Вашингтон пост» только написали про встречу Путина и Пезешкиана на полях саммита. Флагманский, но дежурный материал подготовила «Ассошиэйтед пресс». В статье саммит ШОС представляется как встреча, призванная показать, что Китай и Россия способны выстраивать отношения вне западной системы и бросать вызов глобальному влиянию США. Организация, по мнению американцев, выросла, но остаётся расплывчатой. Многие ведущие СМИ пересказали этот материал, а некоторые вообще ничего не написали про Бишкек.

То, что западные СМИ в этот раз не так возбудились, объясняется, скорее всего, административно-управленческими особенностями внешней политики США при администрации Трампа. В Госдепе теперь господствует, во-первых, ручное управление, во-вторых, концепция «все берём лопаты и копаем». Поскольку всё внимание к Ирану, постольку про ШОС забыли.

Но при этом США, судя по всему, держат руку на пульсе… Нарендры Моди.

Дело в том, что тройственный союз Россия — Китай — Индия означал бы моментальный и окончательный крах всяких попыток США удержать мировую гегемонию.

Что может быть более тревожным для западного имперского мышления, чем кооперация бывших колониальных народов с Россией, которая, во-первых, в своё время вдохновила их на национально-освободительную борьбу, во-вторых, остаётся единственной страной с главным стратегическим козырем — гарантированной способностью нанести ответно-встречный ядерный удар возмездия по США.

Премьер-министр Индии в этом плане американцев не подвёл. Нью-Дели последовательно отвергает попытки превратить ШОС в единый антизападный блок или инструмент проведения политики Китая и России. Индия тормозит финансовую интеграцию ШОС. Индия остаётся единственным государством — членом ШОС, которое не поддерживает инициативу Китая «Один пояс, один путь». Моди на саммите сделал выпад против китайско-пакистанского экономического коридора.

Так что неожиданная реплика Моди по поводу Украины: «Мы должны перейти от бесконечной войны к окончанию войны», — не является такой уж неожиданной и сделана, чтобы символично продемонстрировать свою роль «внутреннего балансира» в ШОС.

Россия традиционно ждёт от ШОС прежде всего углубления экономического сотрудничества, и по этому вопросу в Бишкеке произошёл важный сдвиг. Центральной темой стало обсуждение создания Банка развития ШОС и расширения расчётов в национальных валютах. В Бишкеке сложилась широкая коалиция сторонников инициативы: Россия, Китай, Казахстан, Иран, Белоруссия, Узбекистан. Однако пока банк не создан, ведутся переговоры о деталях, прежде всего потому, что Индия опасается доминирования Китая. Тем не менее cаммит перевёл идею Банка развития ШОС из стадии предложений в стадию активных переговоров с фиксацией в итоговой декларации.

Аналитики по обе стороны границ ШОС рассматривают Бишкекский саммит как попытку Китая и России продвигать альтернативное видение мирового порядка, выступающее в качестве институционального противовеса США и Западу. Владимир Путин подчеркнул, что за 25 лет ШОС превратилась в один из самостоятельных и влиятельных центров формирующегося многополярного мира.

Однако, если отбросить дипломатический символизм, декларации и прогнозы, ШОС остаётся прежде всего системой договоров о ненападении Китая, России и их соседей. ШОС — это не военный альянс и не оборонительный блок по типу НАТО, чья логика исторически строится на поиске внешнего врага. Главная миссия организации — создать в сердце Евразии бесшовную территорию мира, где вековые пограничные трения и военная напряжённость уходят в прошлое, уступая место суверенитету и добрососедству.

Суть политики США в регионе десятилетиями сводилась к тому, чтобы сталкивать соседей, натравливать их на Китай и Россию, выстраивать пояс сдерживания и напряжённости. ШОС изначально была ответом на политику США «разделяй и властвуй».

С момента присоединения к ШОС Индии и Пакистана в 2017 году и Ирана в 2023 году организация переживает эволюцию, о которой и рассуждают политики и аналитики. Из формата урегулирования локальных, по сути пограничных, споров ШОС трансформируется в глобальную альтернативу западному миропорядку, «авангард многополярного будущего». ШОС по замыслу должна стать каркасом нового мира, где страны Востока и Глобального Юга, опираясь на «шанхайский дух», сами и без оглядки на Запад определяют контуры общей судьбы. Сегодня в мероприятиях ШОС участвуют не только Монголия, Армения, Лаос, Того и Вьетнам, но и Турция, Азербайджан и Египет.

25 лет существования ШОС являются примером упорства китайской дипломатии и стратегического видения Россией развития мировой политики. Но результаты трансформации ШОС в некий высший тип международного партнёрства и мирного сосуществования, «выражающий подлинный дух Устава ООН», переоценивать не стоит. Пока развитие ШОС активно движется по пути сотрудничества в экономике, культуре, технологиях, борьбе с преступностью, но не в военно-политическом аспекте. Лиха беда начало. С 2017 года в масштабах исторического процесса прошло не так много времени.

Саммит в Бишкеке продемонстрировал две вещи: Индия пока играет роль «засланного казачка», а небольшие государства-члены используют ШОС как фактор многовекторности и баланса между Западом и Востоком. Только Лукашенко в своём стиле призвал Путина, Си Цзиньпина и Моди переходить от слов к делу, то есть играть более активную роль в формировании нового миропорядка.

Впрочем, китайцы вместе со стратегическим и даже романтическим упорством демонстрируют и чисто деловой подход. Так, подноготную отношения к ШОС в Китае можно увидеть по опубликованному для местных властей «Списку мероприятий КНР по содействию и развитию ШОС в 2025–2026 гг.» из более чем ста пятидесяти позиций, в котором каких мероприятий только нет: от экологии, искусственного интеллекта и антитеррора до тематических летних лагерей, форума для судей, обмена опытом в хирургии врождённых сердечных заболеваний и профилактики заболеваний раком в Узбекистане и Киргизии.

Анатолий Широкобородов