Второй репост блога Ларри Джонсона - бывшего сотрудника ЦРУ и Государственного департамента по борьбе с терроризмом. На этот раз он рассуждает о причинах той зависимости в которую угодил Вашингтон. И поскольку автоперевод получается с достаточно серьезными перекосами, будет добавлено логическое редактирование до приемлемого по смысловой связности уровня.

Ссылка (отвечает не всегда) на англоязычный оригинал прикреплена к блогу. Скрины ниже - многие добавил сам для улучшенного восприятия и ориентирования в тексте.

Зависимость, накапливающаяся десятилетиями: как Вашингтон позволил пяти минералам — и Китаю — взять в заложники американский арсенал

В исследовании оборонной промышленности 2025 года есть одно предложение, которое должно положить конец определённому виду самодовольства в Вашингтоне. Исследователи из компании Govini, занимающейся картированием цепочек поставок Пентагона, обнаружили, что более 80 000 деталей примерно в 1900 оружейных системах содержат всего пять обработанных минералов — и что в глобальном предложении всех пяти доминирует Китай. Вывод, по словам самого доклада: потенциально затронуты почти 78% всех систем вооружения Министерства войны (DoW). Переименование департамента в «Департамент войны» меняет фирменный бланк, но не арифметику. Почти четыре из пяти американских систем вооружения зависят в цепочке поставок от материалов, контролируемых страной, против которой они с наибольшей вероятностью будут использованы.

Пять элементов — это сурьма, галлий, германий, вольфрам и теллур. Вместе они образуют бутылочное горлышко американской военной мощи, более опасное, чем ракета любого противника, и неудобная часть истории не в том, что её построил сам Китай. Дело в том, что Соединённые Штаты создали его намеренно, постепенно и вопреки предупреждениям на протяжении десятилетий решений о закупках, которые производились по принципу у самого дешёвого поставщика.


Таблица показывает форму проблемы: по двум элементам, без которых арсенал меньше всего может обойтись — галлия и вольфрама — у США практически нет внутреннего производства, а контроль Китая доминирует почти тотально. Это не портфель диверсифицированного риска. Это пять отдельных точек отказа с одним и тем же адресом.

Число и то, что оно действительно измеряет

Цифра 78% взята из одного конкретного источника — доклада Говини «От камня к ракете: критически важные минералы и торговая война за национальную безопасность» [the Govini report From Rock to Rocket: Critical Minerals and the Trade War for National Security] — и впоследствии была процитирована Defense One и ежегодным отчетом Комиссии по экономическому и безопасному обзору США и Китая за 2025 год. Утверждение не в том, что 78% оружия перестанут работать в тот день, когда Китай сократит поставки. Дело в том, что 78% систем вооружения DoW содержат хотя бы одну часть, цепочка поставок которой проходит через эти пять контролируемых Китаем минералов, это — показатель воздействия, а не мгновенного паралича.


Эта оговорка — повод серьёзно относиться к цифре, а не отмахиваться от нее. Тот же анализ проследил более 43 000 цепочек поставок по шести уровням поставщиков и показал, что 88% из них содержат как минимум одного китайского поставщика. Некоторые виды войск под воздействием значительно хуже среднего: ВМС занимают примерно 91–92% всех подверженных вооружений — эсминцы Arleigh Burke, авианосцы Nimitz, амфибии класса America с корпусом морской пехоты — около 62%. Ядерная ракета Minuteman III, F-16 и подводная лодка класса Virginia - все включены в список зависимых. И экспозиция продолжает расти: контракты DoW на детали, содержащие эти минералы, росли более чем на 23% ежегодно с 2010 года, а контракты, связанные с галлием, выросли почти на 42% в год. Зависимость не появилась незаметно. Детали намеренно покупали из года в год.

Чей это был выбор?

Здесь подотчётность должна перейти от абстрактного к конкретному, потому что «цепочка поставок проходит через Китай» — это пассивная конструкция, скрывающая цепочку решений, принимаемых людьми с властью.

В течение тридцати лет американские оборонные закупки оптимизировались с учётом затрат и эффективности на глобализированном рынке, где предполагалось, что поставки всегда будут присутствовать. Переработка этих минералов — грязная, энергозатратная, низкомаржинальная работа, и США были довольны тем, что Китай поглощал экологические и капитальные затраты, в то время как американские производители покупали готовый материал дешево. Каждый офицер по закупкам, выбравший наиболее дешевую квалифицированную часть, каждая программа, отказавшаяся финансировать избыточный внутренний источник из-за того, что это обрушило бы бюджет, каждая администрация, рассматривавшая предупреждения о критически важных минералах как проблему для следующей — каждая принимала локально рациональное решение, которое в итоге приводило к стратегической катастрофе. Данные Govini, показывающие ежегодный рост этих контрактов на 23% с 2010 года, являются бумажным следом. Эта зависимость усилилась под руководством нескольких администраций обеих партий давно и после того, как риск был осознан.


Уязвимость цепочек поставок редкоземельных и критически важных минералов уже более десяти лет является предметом правительственных отчётов, предупреждений аналитических центров и показаний в Конгрессе. Китай тоже дал понять свои намерения — он продемонстрировал принуждение к добыче полезных ископаемых Японии ещё в 2010 году. Информация никогда не была недостающим ингредиентом. Политическая воля была таковой.

Китай нажал на спусковой крючок и Вашингтон назвал это победой

Это не скрытый риск. Пекин уже показал пьесу на сознательных этапах, и американский ответ показал, насколько мало свободы у системы.

Китай начал с лицензирования галлия и германия в августе 2023 года, добавил сурьму в 2024 году, а в декабре 2024 года перешёл к полному запрету на экспорт галлия, германия, сурьмы и сверхтвердых материалов в США, а также к полному запрету на любые поставки двойного назначения для американских военных пользователей. Давление намеренно распространялось на саму технологию обработки, чтобы соперники не могли найти выход. Стоимость быстро выросла: Геологическая служба США оценила, что только запрет на галлий и германий может обойтись экономике США в 3,4 миллиарда долларов, а цены на оборонные детали с галлием выросли примерно на 6% за три месяца, тогда как все остальные компоненты DoW выросли на 1,4%. Китай доказал, что может замедлить производство американского оружия и повысить стоимость без единого выстрела.


Затем наступил ноябрь 2025 года. После встречи Трампа и Си, Пекин приостановил запрет на галлий, германий и сурьму до 27 ноября 2026 года — и приостановка была широко воспринята как деэскалация, победа, оттепель. Читайте мелкий шрифт — это совсем не так. Минералы остались в списке двойного назначения Китая, поэтому для каждой поставки всё еще нужна лицензия, выданная Пекином, которую можно медленно оформлять или отклонять по отдельности. Запрет на экспорт товаров для конечных пользователей вооружённых сил США так и не был снят. Вся система истекает в конце 2026 года по усмотрению Пекина. А в марте 2026 года Китай пошёл в противоположном направлении, введя специальную систему безопасности цепочки поставок, объединяющую экспортный контроль в единый режим национальной безопасности, специально созданный для этого рычага.

Рассматривать это как решенную проблему — именно то самодовольство, которое и породило зависимость изначально. Рычаг всё еще в руках Пекина. Он был временно ослаблен на условиях, которые написал Китай и может отменить — и подменяя приостановку отменой, КНР ограждает себя от срочности, необходимой для реального устранения основного риска для США.

В крайний срок 2027 года никто не верит

У правительства действительно есть жёсткая цель: правила Федерального регулирования по закупкам обороны призваны запретить попадание критически важных минералов китайского происхождения в ключевые цепочки поставок оружия до 1 января 2027 года. Я отмечал это в своей предыдущей статье о ракете PAC-3. На бумаге — наконец-то ответственность. На практике крайний срок иллюстрирует разрыв между политическими заявлениями и возможностью реализации.


Отрасль открыто заявляет, что его нельзя выполнить. Очистка и переработка минералов занимают от пяти до десяти лет: получение разрешений, химия, экологическая экспертиза и квалификационные циклы, которые должны пройти материалы защитного класса, прежде чем попасть в оружие. В США нет внутреннего первичного источника галлия, германия или вольфрама вообще. Производители вольфрама, приближающиеся к дедлайну, категорически предупреждают, что переработка займет годы, и подрядчикам придётся продолжать закупать материалы, связанные с Китаем. Срок, который люди, ответственные за его выполнение, публично называют невозможным — это не план. Это стремление с установленной датой, но установить ее без многолетнего финансирования промышленной базы для достижения — это отдельная форма безответственности.

Деньги здесь не являются обязательным ограничением, и именно это делает провал политики таким острым: ограничения — это время для уточнения возможностей и квалификации, все это должно было быть осуществлено много лет назад, если бы существовала воля. Недавние федеральные инвестиции, действия по Закону об оборонном производстве, упрощённая выдача разрешений в горнодобывающих компаниях — это реально и давно назрело. Но это ответ, который надо было запускать на десять лет раньше, а не тот, который запускается после того, как противник уже продемонстрировал оружие.

Как это произошло? Глобализация после холодной войны сделала китайскую переработку действительно дешевле и надёжнее на целое поколение. Создание резервных внутренних мощностей означало бы более высокие затраты на оружие и реальные экологические и разрешённые бои внутри страны, которым сообщества сопротивлялись. Диверсификация не бесплатна, и часть зависимости отражает логику рынка, которая тогда казалась разумной. Разумные судьи принимали оправданные индивидуальные решения.


Но это объяснение — не отпущение грехов. Вся цель стратегического планирования в оборонном учреждении — преодолевать локально рациональные решения по затратам, когда они создают единую иностранную узкую зону для национального выживания. Это и есть моя работа. Предупреждения были официально зафиксированы, готовность противника была продемонстрирована, и тенденция шла не в ту сторону пятнадцать лет подряд. «Это было дешевле» — именно тот аргумент, по которому существует серьёзная оборонная политика.

Цифра 78% сохраняется, потому что она называет то, что обычно скрывает споры о авианосцах и бюджетах: американская военная мощь состоит из запчастей, и поразительная доля этих деталей прослеживается через пять малоизвестных минералов к одному конкуренту-поставщику, который уже не раз показывал, что использует эту позицию как рычаг давления.

Никакие деньги не решают это по военному графику. Ограничение — это доработка мощностей и времени квалификации, а не финансирование. Приостановка китайского запрета не решает зависимость — она откладывает расплату на дату, контролируемую Пекином. А крайний срок 2027 года, предназначенный для прекращения воздействия, — это тот, в который ответственные отрасли заявляют, что не могут уложиться. Ответственных определить несложно: система закупок, которая вознаграждала самого дешёвого поставщика, последующие администрации, подавшие предупреждения под «позже», и рефлекс — что снова видно в аплодисментах временной приостановке — ошибочно принимать паузу в давлении за его окончание. Пока Соединённые Штаты не смогут отделить и обработать эти пять материалов внутри страны и в больших масштабах, арсенал ведущих вооружённых сил мира будет продолжать работать в критически важной зависимости от обрабатывающих заводов своего главного противника — и всех, кто имеет полномочия изменить это, знали это уже много лет.

Комментарий автора:

На АШ частенько сетуют на ту самую обезьяну, которая никак не желает слезать с дерева. Но в данном случае Джонсон достаточно популярно объясняет, что она и со своего дерева неплохо контролирует ситуацию.

Безусловно, США уже сегодня работают над созданием схем замещения, пытаясь высвободить хотя бы часть своих производственных цепочек, но если вы хоть сколько-нибудь внимательно читали блог и запомнили цифры, то наверное теперь понимаете, почему два своих собственных последних блога, я предлагаю начать "бить морду" конкретно США. Не потому, что они теперь бессильны или лишились возможности использовать спектр своих инструментов. Просто сегодня у них физический дефицит комплектующих, преодолеть который печатным станком невозможно.

Оптимизация, стремление побольше заработать и эта крылатая идеологическая фраза: "Почему я должен думать о будущих поколениях, разве они что-то сделали для меня?" - сыграли с ними очень скверную шутку. ВПК гегемона попал в зависимость от главного геополитического соперника, который теперь с пролетарским рационализмом выкручивает руки своим классовым врагам.
Источник