Восточная Азия не будет вечно оставаться самым спокойным регионом мира. И дело не только в том, что США не скрывают намерений всеми силами сдерживать рост влияния Китая в его домашнем регионе, в том числе препятствуя воссоединению с КНР Тайваня, возвращение которого является для Пекина абсолютным императивом. Для сдерживания Китая Штаты поощряют постепенную милитаризацию Японии, а это приводит к дополнительному росту напряженности в регионе. Потому что начинает возмущаться Корея — не Южная (отношения с Японией у нее очень непростые), а КНДР. Еще вчера расценивавшаяся Западом как изолированный от мира изгой, а сегодня одна из девяти мировых ядерных держав, союзник России и Китая. Отказавшись от давно уже пустой мечты про воссоединение с югом, Пхеньян обратил внимание на восток, где гораздо ближе Америки располагается Япония — американский "непотопляемый авианосец" и бывший оккупант Кореи.

Милитаризация Японии неприемлема для КНДР — и это уже не рассуждения политологов, а официальная позиция Пхеньяна. Сестра Ким Чен Ына, занимающая знаковый пост заведующего общим отделом ЦК Трудовой партии Кореи, выступила вчера с заявлением, в котором обвинила Японию в стремлении возвратить себе статус "военной державы" и амбициях "военной экспансии". Токио хочет использовать изменения геополитической обстановки в мире, заявила Ким Ё Чжон, и при поддержке США сформировать потенциал для нанесения превентивного удара. На это указывают недавние испытания крылатых ракет большей дальности, развертывание новых ракетных систем и участие в совместных с Соединенными Штатами маневрах на Филиппинах. В связи с этим Пхеньян не намерен оставаться пассивным наблюдателем: "Надо сделать так, чтобы Япония раскаялась в своих поступках. Мы ни в коем случае не будем допускать процесс военной эволюции Японии, которая может стать серьезной угрозой для безопасности КНДР. По поручению заявляю, что Вооруженные силы и военное руководство КНДР проработают дополнительные ответные возможности реагирования военного характера".

Конечно, можно отнестись к заявлениям Пхеньяна как к простому сотрясению воздуха — мол, попугаем японских милитаристов, а заодно и стоящих за ними американских империалистов. Однако Ким, выстоявший перед американским давлением во второй половине прошлого десятилетия, когда Трамп поверил в свою способность добиться денуклеаризации КНДР и пытался остановить ее ядерную и ракетную программы, сейчас чувствует себя более чем уверенно и без всяких громогласных заявлений. Положение Пхеньяна значительно укрепилось за последние годы: открытый военный союз с Россией, крепкие связи с Китаем в сочетании с фактическим прекращением Москвой и Пекином соблюдения санкций против КНДР позволяют Пхеньяну не только сохранять высокие темпы роста экономики, но и серьезно модернизировать свою армию. Просто так угрожать Токио Ким бы не стал — он действительно реагирует на потенциальную угрозу японской милитаризации.

Да, пока ее масштабы и темпы не так велики, но важен сам вектор. Япония пока что не отказывается от трех "не" — не производить, не владеть и не ввозить на свою территорию ядерное оружие, но периодически появляются вбросы о необходимости обсуждения этого вопроса. Однако и без этого признаков милитаризации достаточно: растет военный бюджет, создаются новые виды вооружений, расширяется их экспорт. Да, на словах Токио продолжает придерживаться стратегии исключительно оборонной политики, однако ее трактовка меняется. Вскоре после прихода к власти в ноябре прошлого года нынешний премьер Такаити назвала возможное нападение Китая на Тайвань угрозой выживанию Японии, дающей ей право на коллективную самооборону. Это вызвало резкий протест Китая, но и в КНДР не могли не заметить изменения японской риторики. Потому что для Кореи Япония — не просто сосед.

Более полувека — до 1945-го — Корея была в подчинении у Японии, а последние 35 лет просто являлась ее частью. При этом корейцы считались недоделанными японцами, людьми второго сорта — им меняли имена и отказывали в праве на собственный язык. Так что у корейцев накопилось множество претензий к бывшим оккупантам, да и само образование КНДР было во многом реакцией на предшествующий колониальный период. Обособление от внешних воздействий и желание жить полностью самостоятельной жизнью — в отличие от Южной Кореи, где прямое влияние США и косвенное Японии было очень большим. В итоге Южная Корея стала экономическим гигантом — страна занимает 14-е место в мире по ВВП, а КНДР вошла в девятку ядерных держав.

У всех свои приоритеты? Да, но отношения как между двумя Кореями, так и между берегами Японского (оно же Восточное) моря после завершения в 1953-м войны все же оставались мирными, хотя обе части Кореи имели претензии не только друг к другу (считая только себя настоящей властью на всем полуострове), но и к Японии. Сейчас Токио хочет стать более независимым от США, хотя прямо и не говорит об этом, и наращивает свою военную мощь. И если раньше Пхеньян воспринимал Японию как полностью послушную американцам силу, то теперь уже начинает видеть в ней стремящегося к самостоятельности игрока. И потенциальную угрозу. Опыт утихомиривания американской угрозы у Кима уже есть — почему бы теперь не заняться успокоением японской?

Петр Акопов