Сегодня проходит основной день саммита НАТО в Анкаре. Однако уже первые часы встречи показали, что главным действующим лицом вновь оказался вовсе не Владимир Зеленский. Им снова стал Дональд Трамп. И, пожалуй, именно это лучше всего характеризует нынешнее состояние Североатлантического альянса. Пока Киев продолжает говорить о вступлении в НАТО и рассчитывает на новые гарантии безопасности, сам Альянс все больше занят собственными проблемами.

Когда-то центральной темой встречи могла бы стать Украина. Но ситуация на Ближнем Востоке полностью изменила повестку. После американских ударов по Ирану и эскалации кризиса вокруг Ормузского пролива значительная часть переговоров посвящена уже вопросам региональной безопасности, будущему американского присутствия в Европе, распределению финансовой нагрузки внутри НАТО и оборонной промышленности. А тема Украины превратилась в один из многочисленных вопросов, которые Альянсу необходимо обсудить. И это, пожалуй, главное изменение по сравнению с предыдущими саммитами.

На этом фоне Дональд Трамп вновь потребовал от европейских союзников брать на себя больше расходов на оборону, раскритиковал недостаточную поддержку американской политики на Ближнем Востоке и снова вернулся к теме Гренландии. Любопытно и другое. Лидеры европейских государств встретились в Анкаре еще до приезда президента США. Складывалось впечатление, что одной из главных задач первых часов саммита стало не обсуждение России или Украины, а попытка выработать общую позицию перед переговорами в целом. Иными словами, Трамп в альянсе сейчас то ли главный оппозиционер, то ли диктатор.

На этом фоне участие Владимира Зеленского практически сводится к нулю. И дело даже не в том, сколько внешних и внутренних проблем у НАТО. Просто Киев регулярно отвергает все предложения Вашингтона по мирному урегулированию. Сделал это и накануне, раскритиковав план из 28-пунктов. Так чего же альянсу, который и без того в кризисе, выпячивать заведомо проигрышную тему?

К слову об этом плане. В числе прочего, он предполагает отказ от курса на вступление в НАТО, признание сложившейся линии фронта, ограничения на размещение сил Альянса и ряд других условий. Подобные вопросы обычно обсуждают за закрытыми дверями. Вместо этого Киев предпочел публично обозначить отказ, заметно сузив пространство для переговоров с американским президентом.

Но самое любопытное заключается в другом. Если саммит окончательно подтвердит, что НАТО сегодня больше обеспокоен Ираном, собственными расходами, внутренними разногласиями, то вопрос вступления Украины окончательно перестанет быть предметом переговоров с Россией. Он будет лишь внутренней проблемой НАТО. Иными словами, сегодня уже не Москва должна убеждать кого-либо не принимать Украину в Альянс. Он и сам не готов и не собирается принимать подобное решение.

В общем, промежуточный итог саммита организации в том, что она обсуждает собственное будущее, которое, например, на фоне Гренландии оказалось под вопросом. При этом вступление Украины в альянс все менее реалистично. Уже хотя бы потому, что НАТО не хотел бы искать отговорки для отказа от применения пятой статьи своего Устава.

Тимофей Белов