Индия: постколониальный период

После обретения Индией независимости жизнь спокойнее не стала. Что, впрочем, и понятно: происходила ломка старого колониального устройства и рождалось новое. При этом у новорождённого были особенности, на которые в СССР, имевшем с Индией прекрасные отношения, было не принято обращать внимание. И которые позволяют назвать политический строй новорождённой страны словом, которое употреблять не хочется. Но которое к нему более чем приемлемо. Только не кидайтесь в автора тухлыми яйцами, это не ругательство, а политологический термин — «фашизм»!

Власть в стране на многие десятилетия получил клан Неру — Ганди. Нет, к Мохандасу Ганди его представители никакого кровного отношения не имели от слов «вообще» и «совсем». Даже не однофамильцы! Махатма — Gandhi, а супруга дочери Джавахарлала Неру звали Феруз Ghandy. Звучит похоже, но звучанием всё и ограничивается: Мохандас был из варны вайшьев, Неру — брахман, а муж его дочери вообще парс, то бишь не входящий в кастовую систему зороастриец.

Задачи перед новым индийским руководством стояли настолько разнообразные, трудные и практически нерешаемые, что перед политическими и экономическими талантами оного стоит снять шляпу! Начнём с того, что экономика полуострова была намертво привязана к бывшей метрополии и требовалось её срочно отвязывать, иначе о реальной независимости можно было забыть. Кроме того, англичане бережно сохраняли и культивировали в Индии феодальные пережитки: княжества, крупное феодальное землевладение, вот это вот всё. Да и с промышленным развитием бывшей колонии дела обстояли, прямо скажем, печально. Для того чтобы решить данные проблемы, требовалось сильное государство, не просто не стремящееся остаться «ночным сторожем» при частном капитале, но активно лезущее в экономику и не боящееся наступать на любимые мозоли представителям вчерашних элит.

В 1948–1949 годах 48 процентов экономики страны приходилось на сельское хозяйство. Ещё 11,5 процента ВНД давали кустари и ремесленники. На относительно современный фабрично-заводской сектор приходилось только 8,3 процента. Производительность труда была на одном из самых низких уровней в мире. Годовой ВНД на душу населения — 246 рупий, что в 10 раз меньше, чем аналогичный показатель в бывшей метрополии, и в 20 раз меньше, чем в США. При этом самому крупному сектору — сельскохозяйственному — срочно требовалась аграрная реформа.

Засилье иностранного капитала в Индии было полным! В нефтяной и нефтеперерабатывающей промышленности — 97 процентов, в резинотехнической — 93 процента, в узкоколейных железных дорогах — 90 процентов, в джутовой промышленности — 89 процентов, в чайно-плантационном хозяйстве — 86 процентов, в горнодобывающей промышленности — 73 процента. Как вы догадываетесь, большая часть иностранного капитала была английской — 72 процента. Ежегодно иностранные компании выводили из страны 1,2–1,5 миллиарда долларов прибыли. Тех долларов, которые стоили в десятки раз дороже нынешних. 52 процента экспорта Индии приходилось на сырьё и продовольствие, 60 процентов импорта — на продовольствие и промышленные товары широкого потребления. Как так получалось, что страна и импортировала, и экспортировала продовольствие? Ну, схема была сложной. Если упростить, продавали зерно за наличные, а под импорт получали кредиты: Индии были жутко нужны деньги... Всего в 1947–1950 годах было вывезено порядка 10 миллионов тонн зерна. Вывозили из страны, где и в хорошие годы народ недоедал, а после войны был самый натуральный голод!

В Великобритании индийских авуаров было на 15 миллиардов рупий. Пять миллиардов британцы забрали в счёт поставок оружия и военного снаряжения, переданного вооружённым силам Индии, и на пенсии английским чиновникам, служившим на полуострове. 10 миллиардов ушло на закупку продукции британской промышленности. Надо отдать должное руководству нового государства: закупали не «товары народного потребления» ради получения политических дивидендов, а капитальное оборудование для проведения индустриализации.

Впрочем, до индустриализации ещё надо было дожить, ведь на повестке дня стояла аграрная реформа, в ходе реализации которой «не сносить головы» было вполне реальной перспективой. В Индии политические противники даже Махатму Ганди не пожалели, а уж у него-то заслуг было выше Эвереста! Особенность реформирования сельского хозяйства в том, что в момент проведения реформ производство сельхозпродукции снижается: если государство решило переделить землю, крестьянин предпочтёт не спешить с работами — зачем отдавать вспаханное и засеянное поле соседу? Проблема в том, что кушать люди хотят каждый день...

Здесь Индии помогла помощь продовольствием от КНР и Советского Союза, позволившая продержаться до закупок зерна в США в 1951 году. Основой реформ стала ликвидация помещичьего землевладения. Проведены они были, на мой взгляд, идеально! Индийское руководство сумело «проскочить между капель дождя»: с одной стороны, не скатившись в коллективизацию, с другой — заменив старую систему с помещиками-заминдарами на небольшие крестьянские хозяйства, потолок размеров которых был в пределах 15–30 акров, а средняя площадь — 5 акров.

Сама схема перераспределения земельной собственности была сложна и хитроумна: Индия большая, в каждой провинции свои особенности, которые было необходимо учесть. Но влезть на кактус и не слишком сильно поколоть руки у Неру и компании получилось. Дабы не быть обвинённым в коммунизме (а эти обвинения могли затруднить получение кредитов в США), был проведён выкуп земли у бывших владельцев. При этом землевладельцам оставляли их усадьбы и небольшие приусадебные участки, а арендаторы продолжили платить арендную плату в прежнем объёме, но уже государству. А государство из части полученных денег проводило выкупные платежи заминдарам. В результате удалось не сильно обидеть (не обидеть совсем никого в ходе проведения аграрной реформы невозможно) и крестьян, которым стало жить малость полегче: помещикам, помимо арендной платы, приходилось выплачивать всевозможные поборы и участвовать в разного рода отработках (государству — нет!), — и заминдаров, которые какие-никакие деньги получили и домов не лишились. Таким образом в собственность государства было переведено около 60 процентов сельхозугодий, которые впоследствии были по фиксированным ценам проданы. К 1961 году в аренде оставалось всего 7,7 процента от всех хозяйств, остальные перешли в собственность крестьян. В общем, Epic win!

Я не зря охарактеризовал политическую систему Индии в первые годы существования государства как фашизм (повторюсь, это не оценочное суждение, а политологический термин). Судите сами, в плане экономики Индийский национальный конгресс (ИНК) ориентировался на государственный капитализм. Государство непосредственно участвовало в крупных индустриальных проектах, а средний и мелкий бизнес поддерживало дотациями, налоговыми льготами и прочими преференциями. В политической сфере ИНК также не церемонился: когда коммунисты и прочие социалисты стали набирать силу и теснить конгресс, их лидеров и активистов начали самым натуральным образом сажать. Причём специально для этого был принят «Закон о превентивном аресте». Кто интересовался юридической системой III Рейха, знает, что это такое (аналогичный был принят в Веймарской Германии и стал юридической основой нацистского террора), а для тех, кто не знает, объясню на пальцах. Это когда любого человека можно упрятать за решётку на год без предъявления обвинения, просто для профилактики. Да, в сравнении с Германией Гитлера или Италией Муссолини в Индии правоприменительная практика была сильно мягче, но основание у неё такое же.

А ещё в Индии принимались пятилетние планы! Первый — на 1951–1952 — 1955–1956 годы, в ходе его выполнения промышленность была подготовлена к перестройке. Затем были второй (1955–1956 — 1960–1961) и третий (1961–1962 — 1965–1966) планы индустриализации страны. В планах содержался курс на преимущественное развитие государственного сектора экономики, устанавливались контрольные задания по выпуску основных видов промышленной и сельскохозяйственной продукции, объёмы, направления инвестиций, источники денежных накоплений. Настолько детально, как в СССР, ничего не прописывалось, но практику Рейха за номером три весьма напоминает, там Герман Геринг имел должность «уполномоченного по четырёхлетнему плану» с примерно такими же полномочиями.

Подобное экономическое развитие привело к тому, к чему и должно было привести: появлению крупных монополий, подминавших под себя всю остальную экономику страны. В 1956–1960 годах на компании с уставным капиталом более 10 миллионов рупий приходилось 68 процентов выпущенных акций, в 1961 году — 70 процентов, 1962 году — 78 процентов. В начале 60-х годов прошлого века в Индии было шесть корпораций с капиталом свыше миллиарда рупий. С банковским делом было примерно то же самое — семь крупнейших банков контролировали весь финансовый сектор. Мелкий бизнес стал, по сути дела, субподрядчиком крупных корпораций, отчего масса малых предпринимателей стала «уходить в тень». Но довести концентрацию производства в ограниченном числе особо привилегированных рук до конца (как в Японии или Южной Корее) малый бизнес не дал, а у правительства не хватило ресурсов, чтобы его подмять окончательно: Индия большая.

Государственный капитализм, который начал строить Джавахарлал Неру, вызвал понимание у советского руководства: уж больно много схожих черт в экономической политике наблюдалось. А индийскому руководству было интересно диверсифицировать свою торговлю, чтобы не зависеть от бывшей метрополии и активно вкладывающихся в местную экономику США. СССР выделил Индии кредиты на сумму 600 миллионов рублей, на которые был построен, в частности, Бхилайский металлургический комбинат, выплавивший в 1966 году треть всей индийской стали, и аналогичное предприятие в Бокаро. Также Советский Союз активно поставлял в страну нефть и нефтепродукты. Да и Россия продолжает этим заниматься. Ну и электроэнергетика: 11 электростанций не шутка!

Чем индийская политика не походила на итало-германскую, так это многопартийностью. С 25 октября 1951 года по 24 февраля 1952 года прошли первые всеобщие выборы. В парламент и законодательные собрания выбирались представители примерно 80 партий! Теоретически. Потому что реальная политическая сила в стране была ровно одна — ИНК. На выборах ИНК получил 74,3 процента мест в парламенте, компартия с союзниками — 10 процентов мест, правые социалисты — 5 процентов мест, а оставшиеся крупные партии («Хинду махасабха», «Рам раджья паришад» и «Джан сангх») — все вместе 10 мест из 480 возможных. На выборах в законодательные собрания штатов соотношение было примерно таким же.

26 января 1950 года Индия приняла конституцию. Она полностью переформатировала административно-территориальное устройство страны. Вместо провинций, нарезанных англичанами «по живому» ради создания национально-религиозных противоречий, страну поделили на 28 штатов. Впрочем, штаты были нарезаны не по принципу единства языка или национальности, а на основе объединения десятков старых княжеств в более крупные административные единицы. Это не устроило никого. В штате Андхра, населённом народом телугу, начались массовые выступления, забастовки. Один из депутатов Потти Шри Рамалу даже объявил голодовку из-за несогласия с определением границ штата, причём довёл её до конца: умер от голода! Поэтому 1 ноября 1956 года был принят новый закон об административно-территориальном делении, вводивший 14 новых штатов и шесть территорий, управляемых центральным правительством.

Если вы думаете, что на этом национальный вопрос в Индии был закрыт, ошибаетесь! В 1960 году после многолетней борьбы был создан штат Махараштра со столицей в Бомбее. Затем — Гуджарат с Ахмадабадом в качестве столицы. Потом — Пенджаб с уникальным набором региональных особенностей (здесь даже государственных языка было два!). 1960 год — Нагленд. Всё вышеозначенное сопровождалось бурными дебатами по поводу государственного языка — в Индии их сотни. Поначалу хотели сделать таковым хинди, коим к 1965 году должны были заменить английский язык в качестве языка межнационального общения, но встала на дыбы южная Индия, где хинди такой же чужой язык, как финский или японский. В конце концов вопрос о языке просто задвинули в долгий ящик и продолжили пользоваться английским.

В общем, Индия в 50–60 годы прошлого века жила бурно и весело: политические страсти кипели, экономика росла как на дрожжах, строились промышленные предприятия и шла земельная реформа, но... любое государство, получившее такой мощный импульс, приходит в точку, где продолжение развития наталкивается на интересы соседей по планете. И начинается война.

Фёдор Ступин