«Европе необходимо повышать боевой потенциал», — заявил глава Mercedes Benz Ола Каллениус в интервью The Wall Street Journal. А потому Mercedes будет заниматься военным производством. Читатель, хоть немного знакомый с историей немецкой промышленности, обязательно добавит: «Снова».

В 1926 году произошло слияние компаний Daimler и Benz — но владельцам это не принесло счастья. Мир переживал экономический кризис, а Германия — еще и последствия проигранной войны. Продажи очень дорогих по тем временам машин упали почти до нуля, рабочие места на заводах сокращались, молодой германский автопром готовился отдать концы. Но тут к власти пришел один австрийский художник — и все мгновенно изменилось.

Нацисты начали вкладывать огромные деньги в скрытое, а потом и открытое перевооружение вермахта. Daimler стал производить армейские грузовики и авиационные двигатели для Messerschmitt. Кроме того, у Гитлера была персональная любовь к Mercedes — он сделал их автомобили официальным транспортом нацистской верхушки.

На заделе тех лет немцы ехали и после войны. Например, технология непосредственного впрыска топлива была впервые опробована именно в немецких самолетах. На тяжелые военные автомобили и подводные лодки устанавливались дизели, которые тоже совершенствовались и сделали Германию лидером в производстве моторов. И конечно, тесная работа с авиационными технологиями научила Daimler работать с новыми металлическими сплавами и считать аэродинамику.

Но все рано или поздно заканчивается. В XXI веке немцы потеряли технологическое превосходство, а затем и рынки. Делать автомобили в Германии очень дорого, а «начинка» их давно уступает китайцам. Немцы клянутся и божатся, что никогда не переносили производство в Китай, но это только часть правды. Физически производственные линии не грузят на корабли и не перевозят через океан, но фактически в Поднебесной строят новые заводы (Bejing Benz в Пекине и Fujian Benz в Фучжоу), а в Германии — закрывают. Представительский сегмент, Maybach, все еще производят в Германии, но китайцы и тут нашли выход. В стране масса «тюнинговых» ателье, которые за малый прайс сделают из вашего китайского «мерина» китайский Maybach: приделают обвес, привинтят шильдик — и вуаля, люксовый автомобиль по цене эконома готов. Были еще такие русские, которые готовы были платить любые деньги за «настоящего немца», но — спасибо санкциям — и их отучили от этой привычки.

В общем, в начале XXI века немецкая индустрия оказалась буквально там же, где была в начале прошлого: сокращение рабочих мест, падение спроса, близкий крах. Но тут пришел добрый дядюшка Мерц, и автомобильный гигант воспрял духом: «руки-то помнят».

Военный заказ — это отсутствие конкуренции. Это непрозрачное ценообразование, необходимость закупать «свое», это постоянная потребность в новом железе, горящем на полях сражений. А в перспективе — новый технологический прорыв, поскольку война нового времени ставит новые задачи. Есть только одно но — придется воевать.

Дмитрий Петровский