Юлия Мендель, на заре президентской карьеры Зеленского работавшая его пресс-секретарём, жалуется американской публике и всем людям доброй воли, что её бывший шеф ввёл против неё санкции.

«Санкции неконституционны», – говорит Мендель.

И это правда: санкции по-украински – способ внесудебной административной расправы со своими политическими противниками.

Игорь Коломойский*, которого на Украине судят-судят, но никак не осудят, прямо в зале суда клеймит прокуроров за коррупцию, а режим Зеленского – за провальную политику, приведшую Украину к катастрофе. Это тоже правда. На Украине коррумпированы не только прокуроры, но вся власть, начиная с самого нижнего бюрократического уровня и заканчивая президентом. Если Саакашвили в свое время, согласно утверждениям его политических оппонентов в Грузии, искоренил низовую коррупцию в пользу верхушечной, то Зеленский развил тотальную коррупцию на Украине до гомерических размеров (объединив этим низы с верхами). И, конечно, довел украинское государство до полной катастрофы.

Но есть нюансы.

Во-первых, Зеленский всего лишь продолжает дело всех предыдущих президентов. Да, с остервенением, без оглядки на последствия. Да, он не использовал последний шанс изменить политику, но ехал он с Кравчуком, Кучмой, Ющенко, Януковичем и Порошенко* в одних санях, строго держа заданное ими направление на Запад.

И у него, безусловно, было меньше возможностей изменить прозападный курс на пророссийский, чем у того же Кучмы, так как за прошедшие между их президентствами два десятилетия резко сократилась электоральная база пророссийских политиков, а русофобия стала на Украине политическим мейнстримом.

Во-вторых, и Мендель, и Коломойский* вспомнили о законах, конституции, государственных интересах, борьбе с коррупцией и кокаиновой зависимости Зеленского не тогда, когда поддерживали его и могли как-то влиять на проводимую им политику. И даже не тогда, когда Зеленский вышвырнул их из своей команды, а Коломойского* даже посадил в тюрьму. Пока режим был в силе, поддерживался коллективным Западом, негативные качества лично Зеленского и антинародный характер режима их не волновали. Кстати, и сейчас нацистский характер режима Зеленского не критикуется ни Мендель, ни Коломойским*. С их точки зрения плохи не нацисты у власти, а коррупция, нарушения закона и т.д.

Конечно, коррупция, беззаконие и президент-наркоман – это плохо. Но все это – результат государственного переворота, итогом которого стало установление неконституционного нацистского режима. Переворот же стал результатом длительного дрейфа украинской власти (при всех президентах) к «европейским ценностям» и членству в ЕС и НАТО, предполагавшему проведение русофобской политики и коррупционные связи с западными политиками.

Это замкнутый круг «европейского выбора», сделанного Украиной изначально.

Но ведь Мендедь и Коломойский* – не против «европейского выбора», они не против государственной русофобии. Наоборот, они этот курс поддерживали и пропагандировали, а Коломойский* в 2014 году даже обещал 10 тысяч долларов «за москаля» (не уточняя, живого или мертвого).

Они не против американских и европейских санкций против России. Хоть эти санкции также незаконны с точки зрения международного права, ибо введены без согласия Совета безопасности ООН – единственного международного органа, имеющего право вводить санкции в отношении суверенных государств. Без искренней поддержки миллионов мендель и коломойских Зеленский не мог бы проводить русофобскую политику.

Таких «жертв режима» на Украине много, Мендель и Коломойский* – лишь верхушка айсберга. Когда-то Владимир Корнилов в компании киевских русофилов говорил об адептах майдана: «А когда они окончательно проиграют, они обвинят нас в том, что мы против них плохо боролись».

Похоже, это время пришло: Коломойский* и Мендель – главные борцы с диктатурой Зеленского. Это примерно как Гиммлер и с Герингом, которых Гитлер накануне самоубийства снял со всех постов и приказал арестовать и расстрелять за измену ему лично, на основании этого факта провозгласили бы себя борцами с гитлеровской диктатурой.

Мендель и Коломойский* объявили себя борцами с диктатурой Зеленского. Геринг, Гиммлер и целый ряд позднее казненных или получивших большие тюремные сроки генералов и чиновников рейха в Нюрнберге заявляли о своем несогласии лично с Гитлером по ряду вопросов. Германским нацистам это не помогло. Вряд ли поможет и украинским.

Американцы, конечно, Мендель не выдадут, но и ее политическая роль закончится вместе с режимом Зеленского, а больше капитализировать ей нечего. Что же касается Коломойского*, то крайне сомнительно, что его смогут вывезти за границу и даже вообще захотят вывозить. Ведь за пределами Украины Зеленский не сможет его контролировать, а обозленный заключением олигарх способен рассказать много интересного.

Такого проще убить, но могут не успеть, да и охрану можно подкупить – когда власть валится, деньги важнее лояльности. В таком случае Коломойский* будет отвечать уже перед российским судом, который вряд ли решит, что «борьба» с диктатурой Зеленского компенсирует активную роль Коломойского* в установлении на Украине нацистского русофобского режима.

Геринг и Гиммлер плохо кончили. Но были иные примеры – более сообразительные люди. Например, начальник генерального штаба сухопутных войск гитлеровской Германии (ОКХ) в 1938–1942 голах, генерал-полковник Франц Гальдер, которого летом 1944 года арестовали по подозрению в причастности к организации покушения на Гитлера. Держали в концлагере до апреля 1945 года, затем его освободили американцы.

Наличие у Гальдера «разногласий с Гитлером» было очевидно, хоть он и не участвовал в подготовке июльского покушения 1944 года. Генерал был активным заговорщиком в 1938–39 годах, когда боялся, что гитлеровский авантюризм ввергнет Германию в войну с Великобританией и Францией до достижения вермахтом готовности к такому противостоянию. Но когда генерал понял, что Лондон и Париж сдают своих восточноевропейских союзников, он, хоть и не полюбил нацистов, верой и правдой служил режиму.

При его непосредственном участии и даже под его руководством разработаны все наиболее успешные наступательные операции рейха. С уходом Гальдера кончился и блицкриг. Конечно, блицкриг кончился не потому, что сняли Гальдера, а потому, что у Германии кончились необходимые для такой войны ресурсы, она потеряла необходимое превосходство на фронте, но снятие Гальдера с должности стало все же знаменательным моментом, потому что произошло на переломе не только Великой Отечественной, но и всей Второй мировой войны.

Любил Гальдер нацистов или не любил, но он несет полную ответственность за все военные преступления вермахта в 1938–1942 годах, так как осуществлял непосредственное руководство войсками на большинстве театров военных действий. Его коллегу Кейтеля (начальника штаба вооруженных сил – ОКВ) за подобное руководство повесили по итогам Нюрнберга, где Гальдер выступал в качестве свидетеля. А все потому, что генерал оказался одним их немногих умных в верхушке рейха.

Он не понадеялся на то, что западные союзники всем все простят, так как нацизм им еще понадобится, и упирал в защите не свои разногласия с Гитлером, а на свою «борьбу с нацизмом». Он выступил не борцом с личной диктатурой во благо системы, а борцом с системой.

После войны Гальдер служил одновременно ФРГ и США и даже был награжден американской премией «За заслуги в гражданской службе». То есть Гитлер награждал его за военные заслуги перед нацистским режимом, а американцы – за гражданские заслуги перед борцами с нацистским режимом.

Мендель и Коломойский* – первые ласточки. «Борцы с диктатурой» ради сохранения режима, верящие, что украинские нацисты американцам еще понадобятся. Где-то за их спинами роятся украинские гальдеры. Таковых будет куда больше, чем было в послевоенной Германии. Они уже поняли, что американцы спокойно сдадут украинских нацистов, как сдали ими же выращенных немецких.

Если у Вашингтона будут желание и возможность, он вырастит себе новых нацистов (была бы Украина). Сейчас же важно дистанцироваться не только от одиозных личностей, но и от одиозных людей, заявить: «Мы просто солдаты, просто исполняли свой гражданский долг – родину защищали, а в политике мы не разбираемся, какой там был режим в Киеве не понимали. Мы, можно сказать, пострадавшие – нуждаемся в срочной помощи международного сообщества». Американцы и европейцы их поддержат, так как это – питательная среда, из которой в любой момент можно воспроизвести украинский русофобский нацизм.

Поэтому, хоть поймать и посадить удастся не всех, вердикт суда (пусть и заочный) должен быть вынесен по каждому: и по Мендель, и по Коломойскому*, и по их более сообразительным коллегам, уже занятым созданием себе «антинациских» биографий. Иначе головы у этой гидры будут отрастать вечно.

* Лицо, признанное экстремистом и террористом на территории РФ

Ростислав Ищенко