Президент США Дональд Трамп объявил, что Луна принадлежит его стране. Хотя его заявление противоречит международному праву, за словами главы Белого дома стоит реальная борьба за будущее освоение спутника Земли и его ресурсов. США, Китай и Россия уже развивают программы, которые должны обеспечить им влияние и доступ к наиболее перспективным районам. Кому может принадлежать добытое на Луне сырье и почему за нее идет космическая гонка — в материале «Известий».

Планы захвата
• Трамп заявил о принадлежности Луны Соединенным Штатам, разместив изображение спутника с американским флагом и надписью «Луна наша». Ранее он сообщал о планах Вашингтона вернуть американских астронавтов на поверхность Луны к 2028 году, чтобы укрепить позиции страны в космосе, развивать лунную экономику и подготовить будущую экспедицию на Марс. К 2030 году США намерены оборудовать на Луне постоянный форпост и установить ядерный реактор.

• США остаются единственной страной, которая отправляла на Луну своих граждан и установила вручную на ней свой флаг. Первым человеком на Луне стал астронавт Нил Армстронг, который высадился на ее поверхность 20 июля 1969 года в рамках миссии Apollo 11. Последняя пилотируемая высадка состоялась в декабре 1972 года, после чего люди больше не ступали на Луну.

Принадлежность Луны
• Луна не может стать собственностью США или любой другой страны: это запрещает Договор по космосу 1967 года, участниками которого являются 118 государств, включая Соединенные Штаты. Документ закрепляет принцип общего достояния человечества и не допускает национального присвоения небесных тел. Статья II договора исключает возможность установить суверенитет над Луной. Государство не вправе объявить лунную территорию своей ни через прямое заявление о владении, ни посредством использования поверхности или другими способами.

• Американский флаг, установленный экипажем Apollo 11 в 1969 году, при этом не может означать захват территории, как это происходило с земными территориями в эпоху географических открытий. Он имел чисто символическое значение. Ранее США подчеркивали, что признают нормы международного космического права и продолжают придерживаться этих принципов.

Освоение ресурсов
• Интерес разных государств сегодня сосредоточен на южном полюсе Луны, где есть участки с продолжительным солнечным освещением и запасы водяного льда. Вода важна не только для будущих поселений: из нее потенциально можно получать кислород и компоненты ракетного топлива. Поэтому тот, кто первым создаст инфраструктуру в наиболее удобных местах, получит серьезное экономическое и стратегическое преимущество.

• В США распространен подход, при котором территорией Луны владеть нельзя, а добытым ресурсом — можно. Американская правовая модель космической добычи получила официальное оформление в 2015 году, когда в США приняли Закон о конкурентоспособности коммерческих космических запусков. По нему американцы проводят различие между самим объектом и тем, что с него уже добыто: Луна или астероид считаются недвижимым имуществом, а извлеченные вода, минералы и реголит — движимыми ресурсами.

• Основой такого толкования служит принцип, похожий на правила для международных вод. Океан нельзя присвоить, однако пойманная в нем рыба становится собственностью того, кто ее добыл. Аналогичную схему Вашингтон применяет к космическим ресурсам. Эта идея также отражена в «Соглашениях Артемиды» — международной системе договоренностей по освоению Луны, к которой присоединились 69 государств. Документ не рассматривает использование космических ресурсов как национальное присвоение.

• Существуют разные взгляды на такую систему. Сторонники интернациональной модели, связанной с Соглашением о Луне 1979 года, считают, что добытые материалы должны находиться под контролем международного органа, а не конкретных стран. В основном эту позицию поддерживают развивающиеся страны. Россия и Китай также выступают с критикой американской трактовки, рассматривая ее как противоречащую духу Договора о космосе.

• Главная задача американской юридической базы заключается в том, чтобы обеспечить благоприятные правила для частного бизнеса. Компании вроде SpaceX, Blue Origin и стартапов, работающих над добычей внеземных ресурсов, должны понимать, что смогут распоряжаться полученным грузом. Без такой гарантии бизнесу сложно оправдать инвестиции в проекты стоимостью миллиарды долларов, включая добычу лунного льда и металлов. Именно с этим и могут быть связаны заявления Трампа.

Конкуренция за Луну
• В настоящее время государства соревнуются за влияние, удобные районы для будущих баз и доступ к ценным ресурсам Луны. Основными центрами этой конкуренции стали американская коалиция и объединение Китая и России.

• Пекин и Москва развивают Международную научную лунную станцию (МЛНС). Китайская программа «Чанъэ» считается одной из самых активных: КНР первой доставила луноход на обратную сторону Луны и вернула лунный грунт на Землю. Пекин ставит задачу отправить экипаж на поверхность Луны к 2030 году. Россия подключает к совместному проекту накопленный опыт и будущие автоматические аппараты серии «Луна». К МЛНС уже присоединились 13 государств, включая Белоруссию, Пакистан, ЮАР, Венесуэлу, Египет, Азербайджан, Сербию и Таиланд. Китай рассчитывает расширить круг участников до 50 стран.

• США развивают собственную коалицию через программу «Артемида», а среди наиболее заметных партнеров — Япония, чье агентство JAXA успешно посадило модуль SLIM и разрабатывает герметичный луноход. При этом Европейское космическое агентство участвует в создании модулей станции Gateway, а Канада разрабатывает высокоавтономный роботизированный комплекс нового поколения. Отдельную позицию занимает Индия: в 2023 году аппарат «Чандраян-3» совершил посадку в районе Южного полюса. Нью-Дели присоединился к соглашению «Артемиды», но сохраняет самостоятельность и планирует отправить человека на Луну к 2040 году.

• В лунной гонке всё заметнее становится и частный сектор. Американские компании SpaceX Илона Маска и Blue Origin Джеффа Безоса работают над доставкой грузов, будущим туризмом и возможной добычей полезных ископаемых. Формально эти корпорации действуют в рамках законодательства США, однако их интерес выходит за пределы государственных научных программ.
Источник