Иногда вспоминаю интересные разговоры в марте 2014-го года, которые велись мной с тремя ребятами из Днепропетровска. Разговоры происходили... в Чикаго, куда мы все приехали для закупки фирмой из этого города американской линии резки листового металла. Я там был переводчиком и сопровождающим этой группы от американцев. Ребята были такие: первый был инженером компании, второй – механиком, третий, самый молодой – типа менеджера...
Жили мы все в гостинице. Причём, американцы сняли мне номер, а вот им, всем троим, по настоятельной просьбе отсылающей, украинской стороны, сняли номер на троих сразу (по величине как мой, т. е. однушка такая непритёртая). Я ещё помню очень удивился, когда пришёл к ним знакомится по приезде: вижу, они сидят в одном номере, на столе водка, порезанная колбаса, солёные огурчики, ну, всё как надо для гаражного выпивания (с собой приволокли)... Спрашиваю их, вы, что, в одном номере жить, что ли, будете? Они говорят, ну да, наше начальство на нас же экономит. Я говорю, а сколько вам посуточных выделили. Они говорят, по 30 баксов в день.
Ну это мелочь, которая, правда, меня неприятно задела, напомнило чем-то советские отсылы за границу, когда наши брали с собой кучу еды, чтобы там валюту экономить, хоть подарков на неё каких родне привезти... Но ребята особо не принимали это близко к сердцу, потому что своей собственной валюты привезли для такого.
Распорядок дня у нас был такой: с утра завтрак в гостинице, он прилагался, там на первом этаже был такой зальчик, вот там всё и выставлялось: покушать, попить, даже блинчики-вафли сварганить на специальном запекающем аппарате (рядом стояла бутыль с блинной, уже разведённой и размешанной блинной смесью, только наливай в вафельницу эту электрическую, 2 минуты и готово). Затем мы ехали на целый день на завод к американцам, затем к вечеру нас привозили обратно в гостиницу. Скукота, в общем, зелёная. Завод – он и в США такой же завод.
Есть вечером после обильного и сытного завтрака, а на заводе ещё и обеда (американцы привозили нам всякие пиццы), совершенно не хотелось, но делать было нечего совершенно, поэтому мы всё же куда-то там ходили: в окрестные забегаловки. Чтобы просто время убить, да пивка всосать.
Так и было две целых недели. Затем мы все дела завершили, да и вернулись обратно: я в Тай улетел, а они – в Днепропетровск свой.
По понятным причинам мне было крайне интересно с ними общаться. У них только что, вот прямо с пару недель назад прошёл победоносный февральский майдан, войны ещё не было, Гиркин ещё не появился, в общем всё только как-то предвещало, но ещё ничего кровавого не началось.
Что удивительно – и им было крайне интересно общаться со мной. Причём, я заметил, что двое заводских из них... сторонились третьего своего, который менеджер. Постоянно от него уходили, общение с ним – свёртывали, что было трудно, жили-то они в одном номере, но вот на заводе они с ним даже грызлись: инженер открыто посылал его от машин куда подальше, так и говорил, иди отсюда, всё равно ничего не понимаешь, второй, механик, молча поддакивал, не мешай людям работать. Ну, менеджер и уходил куда-нибудь, в курилку. За всем этим очень любопытно было наблюдать. Просекли это скоро и американцы, и не стали трогать Менеджера вообще, будто бы его и не было. А вот с Инженером и Механиком постоянно были разговоры, ну и понятно почему: ребята задавали вопросы по существу, ходили, нюхали эти машины, смотрели, трогали, щупали и т. д. Я в основном при них и был, переводил постоянно.
Я ребят спросил, что же вы так своего Менеджера гнобите-то? Они посмеялись, говорят, а это родственничек владельца нашей компании, послан с нами просто так, чтобы в США съездил, но по сути – абсолютно не нужный нам, работягам машинным, хвост.
В общем, такая вот была ситуация. Американцы, кстати, догадались сами, что «не пришей к кобыле...» был довеском, вероятно, типа родственничка, ну у них же такое тоже бывало и бывает. Поржали все, в общем.
Поэтому разговоры мои происходили лишь с Инженером да Механиком. Менеджер предпочитал дня через два всегда куда-то деваться, даже на перекурах его не было. Но я заметил, что был он всё же себе на уме. Внимателен и осторожен, даже насторожен как-то. Видимо, всё понимал и понимал правильно, не светился и не возбуждался, хотя и был «старшим» по группе т. с.
Ребята же рассказали, что их завод был новенький, располагался в пригородах Днепропетровска, весь из себя такой металлургический, нулевой т. с., одновременно закупалась куча оборудования со всех концов света, вот, в том числе и по резке листового металла тоже. Я прямо-таки восхитился, думаю, ну надо же, нищая Украина, а тут прямо по теме так – первым делом промышленность, да не просто, а самая сердцевина: металлообработка по наивысше возможным стандартам тогдашним.
Инженер оказался духовитым таким «имперцем». Но украинского разлива, потому что называл Державой именно Украину, подчёркивал, что мы – русские украинцы (так и говорил) поднимаем из руин свою Родину. Я про русскость и имперскость помалкивал, чтобы не вызывать излишних пересудов, но на ус его разговоры мотал. Они, кстати, тоже не акцентировали ничего такого в отношениях с Россией. Избегали этих вопросов. В связи с этим и майдан даже не обсуждался: ну прошло там что-то в Киеве, и прошло, мы в своих провинциях, мол, делом занимаемся, а не по площадям бегаем с каменюками. И дело наше важнее, чем вся эта белиберда.
Механик же был менее разговорчив, но в один день, отвёл меня в сторону, говорит, обсудить надо кое-что личное. Ну отошли мы в сторону, курим, он говорит, Андрей, ты вот часто в США бываешь, подскажи, как лучше сюда свалить. Я ему говорю, пользуйся случаем, что США пока благоволят к Украине, выдают даже визы на 10 лет, вот получай визу и приезжай сюда. Он говорит, а семья, мои двое детей? Я говорю, до семьи – приступай к изучению английского, ведь тебе же надо будет как-то общаться?! Поэтому год на изучение языка (заодно и жена чтобы тоже и дети), этот же год на получение визы или там участвуй в конкурсе на грин-карту, вдруг повезёт, в общем, разузнавай и т. д. Он говорит, а с работой как здесь? Я ему: ну ты сам же видишь, заводов пока полно, работы для тебя тоже будет полно, главное, по приезде: ходи, тыркайся в разные места, английский учи, и всё получится.
Затем я его спросил, а чего свалить-то хочешь с ридны неньки? Он говорит, да всё же в задницу идёт. Постепенно так, но неуклонно. Я говорю, а завод вот ваш новенький оптимизма разве не внушает? Он говорит, нет, почему-то кажется каким-то нонсенсом.
В общем, далее все и так знают, что произошло. В уже апреле понеслись события, одно хуже другого. Но связь с ними я не имел больше, поэтому не знаю, что с ними произошло.
Думаю, что Инженер, с его «имперскостью» всё же оказался раньше или позже на фронте, Менеджер, думаю, свалил заблаговременно куда-нибудь, видимо, в Америку ту же, но больше всего мне как-то жалко парня Механика. Блин, обыкновенный работяга такой, а вот ишь-то – размышлял дальше всех остальных. В точку самую.
Источник
