«Оппоблок»: одни «ручные» против других, тоже «ручных»
Главная трагедия Украины, заключающаяся в том, что каждый новые президент оказывался хуже предшественника (хотя порой казалось, что куда уж хуже), сегодня, 3 октября 2017 года, заиграла новыми красками. Стало очевидно, что политическими методами на выборах сковырнуть с «трона» нынешнего Петра Порошенко невозможно. Некому!
Только госпереворотом. Как приходил в 2004 году Виктор Ющенко, который никак не мог победить Виктора Януковича в честной борьбе. Или как сам Порошенко в 2014-м, когда его сделали однотуровым гарантом на скороспелых досрочных выборах, чтобы хоть как-то придать новой постмайданной власти видимость легитимности. После госпереворота, в результате которого была свергнута прошлая, старая власть, именуемая «кровавой пандой».
Раньше оппонентам действующего президента всегда находился «толкач» общенационального уровня, которым и можно было столкнуть прежнего президента. Леонида Кравчука таким образом столкнул на помойку истории Леонид Кучма. Сам Кучма всегда умудрялся перессорить своих оппонентов так, что они не могли составить ему конкуренцию. Но они потенциально были, и на них можно было ставить. Например, на того же несчастного Ющенко, который сам по себе, по своим деловым и политическим качествам был полной «никакашкой», но он олицетворял иную тенденцию. Когда Ющенко же стал президентом после «оранжевой революции», а его заменить у власти собиралась в 2010 году «оранжевая принцесса» Юлия Тимошенко, то их обоих вытолкал на свалку истории вполне законно, на выборах общенациональных оппозиционный лидер Виктор Янукович, вокруг которого объединились все, кому надоели ублюдочные «оранжевые» эксперименты над страной и кто голосовал не так за Януковича, как против «оранжевых».
Сегодня стало окончательно ясно, что такой вот оппозиции, предлагающей не неонацистскую и не неофашистскую альтернативу для страны, в Украине просто нет. Формально ею называла себя партия «Оппозиционный блок» («ОБ»). Но это изначально была ручная оппозиция, разрешённая и киевской властью, и её внешними кураторами. Ей позволили пройти в раду на осенних выборах 2014-го с той же целью, что и избирали однотурового президента – с одной стороны, помочь придать видимость легитимности и демократичности постпереворотному режиму. С другой – собрать весь протестный электорат украинского юго-востока, а потом его, как это всегда делали «регионалы» во главе с Януковичем, обмануть в лучших чувствах. Со временем, когда майданные партии перегрызлись между собой, как бешеные собаки в схватке за корыто и объедки, «Оппоблоку» нарезали ещё одну задачу – в нужное время быть донором правящей коалиции. То есть «домазывать» недостающие голоса, когда власти нужно было провести через парламент её законопроекты.
«Оппоблок» отлично справился и справляется со всеми тремя главными задачами, абсолютно, разумеется, наплевав на интересы своих избирателей, которые теперь даже формально лишились своего представительства в органах власти и вождя, способного составить Порошенко хоть мало-мальски действенную конкуренцию. Только фейки и приставки «эрзац», «квази» относительно любого из «оппоблочников». В «ОБ» и в его фракции в парламенте изначально были как бы две подфракции-подгруппы, ориентирующееся либо на днепропетровско-киевских вождей (Сергея Левочкина, Юрия Бойко, Александра Вилкула и «кошелька» из Вены Дмитрия Фирташа), либо на бывшего «хозяина Донбасса» Рината Ахметова. 3 октября 2017-го «ОБ» треснул как перележавший на солнце и сгнивший изнутри арбуз. Депутаты-«оппоблочники» Вадим Новинский и Михаил Добкин из ахметовской подфракции заявили, что создают «оппозиционную платформу» внутри фракции и вообще выходят из партии. Но не из фракции, ибо это потянет за собой лишение мандата.
Формальным поводом для таких шагов стало то, что киевско-днепропетровская подфракция «ОБ» проголосовала за закон о судебной реформе, предложенный президентом Порошенко и фактически подчиняющей ему всю судебную вертикаль. Достаточно вспомнить, что согласно проголосованным новациям, единственной апелляционной инстанцией становится только Верховный суд, судей которого утверждает президент. То есть низовые суды могут принимать любые решения по любому вопросу и против кого угодно, но окончательный вердикт, нужный Порошенко, принимает в конечном итоге только Верховный суд, к которому будут апеллировать участники любых судебных процессов. «Наша внутрипартийная дискуссия не привела к единому мнению, и часть нашей фракции проголосовала «за» этот законопроект. Он позволяет президенту контролировать судебную власть», - так и сказал Новинский. По мнению Добкина, с принятым законом не идут ни в какое сравнение так называемые «диктаторские законы» 16 января 2014 года, которые чуть-чуть расширяли полномочия правоохранителей и президента Януковича в борьбе с боевиками-майдаунами, которые уже жгли покрышки в центре Киева и избивали «беркутовцев». «Все вместе взятые, так называемые, «диктаторские» законы от 16 января, ни в какое сравнение не идут с принятым сегодня позором о судебной «реформе», - высказался Добкин.
Одновременно стало известно, что в одностороннем порядке, не согласовав свои действия с коллегами, «домазала» нужные голоса группа «ОБ», ориентированная на экс-губернатора Днепропетровской области Александра Вилкула. Он решил спастись от преследований сам, не увязав в пакете таких же проблем других «оппоблочников», которых точно так же прессует власть. Как известно, Вилкулу элементарно угрожал арест за организацию спортсменов-охранников, которые защитили стариков и побили напавших на них националистов, пытавшихся сорвать 9 мая сего года праздничное мероприятие в Днепре (Днепропетровске). Вилкул попытался играть на повышение ставок и даже заявил, что оспорит в Конституционном суде новый закон об образовании, уже подписанный Порошенко, но вызвавший негативный международный резонанс. «Для подачи в Конституционный суд необходимы подписи 45 народных депутатов. Начал сбор подписей. Надеюсь, на следующей неделе внесу обращение в суд. Понимаю, на КС будут давить. Но пройти эту инстанцию важно перед подачей в Европейский суд по правам человека», — написал Вилкул на своей странице в «Facebook».
Но ему, видимо, объяснили на пальцах, кто кому Рабинович, и Вилкул «голоснул» как надо. Скорее всего, в обмен на индульгенцию неприкосновенности. Для себя и для «собратьев» по подфракции. Например, для Сергея Левочкина, которым срочно заинтересовалось и открыло дело Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ). По расследованию возможной коррупции в действиях – так звучит обвинение. А это серьезный провал, потому что НАБУ – американская креатура. И раз оно заинтересовалось Левочкиным, то значит, он вызвал недовольство внешних кураторов, которые и послали ему «черную метку». А Вилкул ее, получается, отбил. Ведь его многие просили в те самые «толкачи», способные удалить от власти даже Порошенко...
Ещё один момент заключается в том, что обидка Новинского и Добкина на Вилкула сотоварищи вполне объяснима. Раз уж Вилкул и Левочкин торговались с Порошенко, то могли бы выбить подобные индульгенции и для других «оппоблочников». Для тех же Новинского и Добкина, которые находятся в гораздо худшей ситуации, нежели Вилкул или Левочкин. С Новинского депутатский иммунитет сняли в Раде ещё 8 декабря 2016 года. С Добкиным попытались расправиться или посадить на более короткий поводок 13 июля 2017 года. В это день Верховная Рада проголосовала большинством голосов за лишение Добкина депутатской неприкосновенности, его задержание и арест. Добкина и арестовали аж на два месяца. И выпустили на свободу лишь под залог в 50 млн. грн. Залог за него внесли Новинский (30 млн.) и сопредседатель партии «ОБ» Борис Колесников тоже человек Ахметова (20 млн). И Вилкул мог частично решить эти проблемы. Слишком уж ставки были высоки, а закон о судебной реформе важен для Порошенко. Он бы мог и уступить и отступиться от Новинского с Добкиным. Без закона о судебной реформе Порошенко денег на Западе не давали, а в такой ситуации – лишь бы дали – он на всё готов и способен...
Но получилось так как получилось: внутри некогда единой ручной оппозиции образовалась ещё одна ручная оппозиция, которую нужно дёргать за совсем другие рычаги и уздечки, чтобы держать в повиновении. И Порошенко будет дергать. В этом сомневаться не приходится. Только делать ему это теперь будет гораздо легче. И использовать «оппоблочников» для совсем уж пакостных делишек – тоже. Они теперь не едины, а значит, ещё более уязвимы.
Например, Порошенко может использовать либо Новинского, либо Добкина в качестве спарринг-партнёра и мальчика для битья, которого обязательно победить во втором туре президентских выборов. Раньше на такую «должность» в Администрации президента мастырили либо какого-нибудь неонациста, либо радикала Олега Ляшко. Но они теперь, при нынешнем рейтинге популярности Порошенко и в атмосфере всеобщей ненависти к нему, эти кандидаты могут и победить. Управы на них у Порошенко с единомышленниками нет. «Ручные» же Добкин или Новинский – это победа, это запросто. Тем более что Добкин уже оказал Порошенко такую услугу – помог ему легитимироваться, когда в 2014-м принял участие в президентских выборах и таким образом легитимизовал и весь госпереворот на евромайдане. Вот и вся «оппозиция» в Украине... Источник
Инклюзивность Донбасса: губительная или спасительная?
Если все будет так, как думает (если, конечно, этот процесс в ее голове можно назвать мыслительным) первый вице-спикер Верховной Рады и член гуманитарной подгруппы Трехсторонней контактной группы по урегулированию конфликта на Донбассе Ирина Геращенко, то уже 5 октября 2017 года в парламенте может быть рассмотрен законопроект о реинтеграции Донбасса. Ну, тот, который еще несколько недель назад называли «законом о деоккупации». Но потом, похоже, что-то не срослось с «оккупантом».
И сегодня, в преддверии этого знаменательного события, есть как минимум два пожелания насчет того, что этот закон должен собой представлять.
Первое пожелание – коллективного Запада и, в принципе, России. Его от имени Европейского Союза высказал директор департамента по вопросам отношений с Россией, странами Восточного партнерства, Средней Азии и ОБСЕ Европейской службы внешних дел Люк Девинь, недавно посетивший Киев. «Важно, чтобы закон о реинтеграции, который, как я понимаю, будет рассматриваться в Верховной Раде на этой неделе, также содержал элемент инклюзивности. ...Мы нерушимы в поддержке граждан Украины. ...Мы продолжаем поддерживать мирное и стабильное разрешение конфликта посредством имплементации «Минских соглашений», – сказал он. Если учитывать то, что слово «инклюзивность» означает «включенность», и то, что Девинь упомянул соглашение «Минск-2», то можно сделать вывод: Запад хочет, чтобы новый украинский закон базировался на безусловном выполнении ранее достигнутых договоренностей. А что во что – «Минск-2» в закон или закон в «Минск-2» – будет включено («инклюзировано»), не так и важно. Тем более что «Минские соглашения-2» в пункте 4 предусматривают принятие парламентом Украины закона об особом статусе самоуправления в некоторых районах Донбасса. То есть в самопровозглашенных ДНР и ЛНР. И с этой точкой зрения, повторяю, в принципе, согласна Россия, которой выгоден «Минск-2», так как он может серьезно переформатировать Украину – из враждебного Москве государства в, как минимум, нейтральное. И спокойное, без гражданской войны...
Вторая «забаганка» (хотелка) – чисто украинская. Ее в последний раз высказала тоже упомянутая выше Геращенко. «Единственное, что я хочу сказать, – вопрос Крыма остается в центре внимания украинской власти на всех международных переговорах. Никакой сдачи Крыма и этих страшилок, что Крым можно менять на Донбасс, не происходит. Наоборот, мы сейчас значительно умножаем наши усилия для того, чтобы вопрос возвращения Крыма оставался на повестке дня», – сказала она. Другими словами, нынешние украинские власти, которые, похоже, с самого начала поняли, что «Минск-2» грозит им уничтожением, хотят максимально загрузить закон о реинтеграции всякими новациями и увязать его с возвращением Крыма. То есть соединить в одном документе, как говорится, круглое с зеленым – совместить проблемы, которые «главный враг» – Россия – хочет решать (мир в Донбассе) и о которых даже говорить не желает (возврат Крыма Украине).
Все это направлено на главное – на нежелание Киева выполнять «Минск-2» в том виде, который еще 17 февраля 2015 года поддержал своей резолюцией Совет безопасности ООН. И который Киев хочет, извините, похерить, увязав «Минск-2» с новыми дополнительными условиями. И тут проблем – выше крыши, и все они могут сорвать «Минские соглашения» и подвесить проблему мира в Донбассе.
В первую очередь, если верить Геращенко, Киев хочет увязать новый закон о реинтеграции «сепаратистских районов» Донбасса с определением «страны-агрессора». То есть России. И тут есть проблема – Запад тоже не против такой «новации», но вот Россия не согласна. По «Минску-2» она не вовлечена в конфликт, а является страной-контролером за его выполнением. В составе так называемой «нормандской четверки» (Украина, Россия, Германия и Франция). Запад тоже считает, что Россия – «агрессор», но называть ее так прямо, на официальном уровне, не решается, а обвиняет только в помощи сепаратистам. Однако Россия и не отказывается, что оказывает помощь. Но гуманитарную – населению ДНР с ЛНР, а это не возбраняется.
Во-вторых, Киев хочет, чтобы проблему Донбасса в новом законе увязали с продлением санкций против «агрессора России». «Мы будем бороться за продление санкций, и для этого будет одна новелла в законопроекте, который предложит президент Украины. В этом законопроекте будет делаться особый акцент на безопасности и на гуманитарном блоке. ...Украина не даст ни одного шанса снять санкции с РФ», – сказала Геращенко от имени гаранта нации. И тут опять разногласие: Запад с этим (с увязыванием санкций с проблемой Донбасса) согласен, а Россия полагает это вздором. Так они и живут, а Киев считает, что он от санкций «выигрывает». Но считать-то можно все. Одна беда – преференций и выгоды это практически не приносит именно Украине. А Россия приспосабливается жить под санкциями...
В-третьих, проблема миротворцев, с возможностью введения которых в воюющий Донбасс согласны вроде бы все: идея украинская, но ее поддержали и Запад и Россия. Но вот позиция Украины: «...Страна-агрессор не может быть миротворцем, не может давать представителей в миротворческую миссию. Поэтому Украина настаивает, что в возможной миссии не может быть представителей РФ». Кроме того, Киев хочет, чтобы миротворцы встали на украинско-российской границе и помешали России предотвратить зачистку украинскими войсками «сепаров», «ваты» и «колорадов». В России даже думать об этом не хотят. Москва допускает, что миротворцы могут быть по всей территории ДНР с ЛНР, но только в качестве охраны миссии ОБСЕ. И Донецк с Луганском, как полноправные участники «Минска-2» и его подписанты, согласны скорее с Москвой, нежели с Западом или – уж тем более – с Киевом. А «Минск-2» четко говорит в пунктах 9 и 11, что все вопросы по ДНР и ЛНР должны быть согласованы с их представителями. В Киеве от этих пунктов у многих мигрень делается, а Москва настаивает.
Киев, если верить главе МИД Украины Павлу Климкину, готовится подать проект резолюции о миротворцах в Донбассе, согласовав его с западными партнерами и симпатиками. И такое может быть. Но впустую – у России есть право вето в Совбезе ООН, которое она и запустит, если ее что-либо не будет устраивать. А там и Китай со своим правом вето рядом. К тому же нет единства насчет миротворцев и в самой «нормандской четверке». Недавно уполномоченный по странам Восточной Европы, Закавказья и Центральной Азии МИД Германии Андреас Пешке сообщил, что его страна и Франция только согласовывают общий подход по этому вопросу. «Мы обсуждаем сейчас этот вопрос с партнерами. Прежде всего, с нашими французскими партнерами, потому как мы тесно сотрудничаем в «нормандском формате». Я думаю, что после этого последует обсуждение конечного варианта с украинскими партнерами и российской стороной. ...Есть предложения Путина, есть предложения украинской стороны, и мы думаем, что стоит внимательно рассмотреть этот вопрос», – сказал он в блиц-интервью агентству «Интерфакс-Украина». И тоже добавил: миротворцы нужны, если они помогут выполнить «Минск-2». А это, опять же, западло для Киева...
В-четвертых, нужно определить, что происходит в Донбассе – война с внешним врагом или внутренний конфликт (гражданская война). От этого зависит судьба и «Минска-2» и закона о реинтеграции. Киев считает, что имеет место агрессия и есть «агрессор и оккупант» – Россия. Но не хочет замечать, что, называя события в Донбассе «украинско-российской войной», он сам попадает в ловушку. Если идет война, то миротворцы не вводятся, а ООН склоняет стороны к мирным переговорам. Или к миру. Миротворцы вводятся для предотвращения гражданских войн, стороны которых они (миротворцы) и разъединяют. Значит, чтобы получить миротворческую миссию к себе в Донбасс, Киев должен признать факт гражданского конфликта (войны). А он об этом и слышать не хочет. Ну а вывод вы можете сделать сами. Тут как с правоверностью иудея в бане: либо трусы наденьте, либо крестик снимите...
И, наконец, главное – Киев вообще хочет выполнять «Минск-2» или не хочет, а просто, как и между Иловайским и Дебальцевским «котлами» 2014-2015 годов, тянет время и использует передышку для усиления собственных возможностей, чтобы возобновить боевые действия и «раздавить сепаров» танками. Геращенко, в принципе, то ли по тупости, то ли сознательно, но от имени гаранта нации ответила, кажется, на этот вопрос: «Будет делаться акцент на политико-дипломатическом пути урегулирования конфликта, но при этом будут созданы все условия для того, чтобы усиливать украинскую армию, и, собственно, будет заложена и терминология, которая позволит гармонизировать украинское законодательство, международное законодательство с реальным положением вещей, которое сегодня на Донбассе».
А в Донбассе сейчас идет война, хоть и прикрытая жалкими попытками уменьшить ее эскалацию временными перемириями. Но даже спецпредставитель США по вопросам Украины Курт Волкер после первого посещения шахтерского края, как известно, признал: «...Это не замороженный конфликт, а горячая война. А цена опасно высока – человеческие жизни». Но поскольку, по его словам, «наша главная задача – восстановить целостность и суверенитет Украины», то есть выбить российское присутствие из Украины, то США и не против, чтобы Украина продолжила войну и ослабляла таким образом Россию. Но в разговоре с пранкером «Лексусом» (Алексеем Столяровым), который представился секретарем Совета нацбезопасности и обороны Украины, Волкер признал: сегодня наступление в Донбассе, которое актуально для многих нетерпеливых и горячих голов в Киеве – «это не вопрос терпения, это вопрос ума». А потом, предупредив, что «США тоже не собираются воевать с Россией», продолжил: «Понимаете, вы ведете борьбу не против этих республик (ДНР с ЛНР. – Авт.). Вы ведете борьбу против России. ...У России больше мощности, намного более серьезные мощности, чем у вас есть или когда-либо будут. Это лишь усугубит конфликты и никак не решит вопрос территориальной целостности. Поэтому конфликт станет более острым и глубоким. ...Россия просто нанесет поражение вам. Вы потеряете международную поддержку, и вы никогда не возвратите свою территорию. ...Военное нападение, военная атака… это будет просто катастрофой»...
...Четко, ясно, с чувством, тактом и с расстановкой всего по своим местам сказал мистер Волкер. Но решать-то украинским парламентариям. И они решат, какой будет желательная «инклюзивность» нового закона о Донбассе, если он все же будет принят. И что он принесет – или мир и спасительно-желательную территориальную целостность переформатированной по «Минску-2» Украины, в которой нынешняя власть может оказаться ненужной, или продолжение войны, чреватое возможным распадом страны, или же «заморозку» конфликта, которая только перенесет его судьбу по принципу «либо ишак издохнет, либо падишахи повыздыхают». Поскольку единого мнения нет, то и закон с «инклюзивностью» может быть перенесен... Источник
