Дневник киевлянки: В городе холодно — сейчас бы пригодился донецкий уголь

В Киеве мерзнут, покупают семена на рассаду и вспоминают Анну Франк

А ну кончай скорей ее, Сэмэн!

Я не знаю, как влияет блокада поставок угля на мировую политику, но могу сказать, что топить в квартире стали значительно хуже, хотя на улице и потеплело. Дома очень холодно, просто ужасно. Хожу по квартире, завернутая в шерстяной клетчатый плед. Синоптики прогнозируют очередное похолодание, хотя днем уже вовсю светит солнце. Кабмин таки ввел ЧП в области энергетики с 17 февраля, хотя премьер-министр Гройсман утверждал, что эта мера - крайняя. Чрезвычайные меры продлятся ровно месяц. Вчера видела своими глазами, как пожилая женщина купила упаковку свечей в хозяйственном отделе супермаркета.

Организатор блокады Семен Семенченко не сдается и даже записал видео с угрозами в адрес Владимира Гройсмана. На его страницу в Фейсбуке со скандальным видео тут же посыпались комментарии: «Молодец, Семен! Давай, жми олигархов!» Причем большинство тех, кто поддерживает блокаду - киевляне. Даже жители Западной Украины почему-то воздерживаются от комментариев. Запасов топлива тут ровно на неделю. Все выглядит как в блатной песне: «А ну, кончай ее, Сэмэн!» Украину, то бишь. Смотришь на эти лица в балаклавах, и делается не по себе. Как-то мало они похожи на Робин Гудов - защитников народа.

А народу сейчас ой как несладко живется! На работе вместе со мной трудятся пожилые медики и тренеры - люди пенсионного возраста, большинство из них работали на мизерных окладах всю жизнь. Если сложить пенсию и зарплату, то еще можно выжить, а так - нет. Тарифы на электроэнергию снова повышают, а с первого апреля планируют повысить цены на газ для населения на 40%.

15 февраля отметили 70-летие «Дневника Анны Франк»

Круглый стол прошел в библиотеке имени Ошера Шварцмана, названной по имени киевлянина, поэта, погибшего в 1919-м году от рук петлюровцев в гражданскую. Организаторы почему-то начали с того, что вспомнили, как «Дневник» Анны Франк в 1995-м году перевели на мову. Потом вышла девочка в вышиванке - победительница конкурса. Упитанная, голубоглазая блондинка, кровь с молоком, сельская девушка 15-и лет из Кагарлыцкого района Киевской области зачитывала цитаты из «Дневника», от волнения пила воду, а закончила выступление словами: «Во время российско-украинской войны, когда нас называли «украми» и убивали наших киборогов, Анна Франк стала мне еще ближе». И снова расплакалась.

Черное здесь по-прежнему называют белым.

Оказывается, дневник, подобный книге Анны Франк, написал еще один автор, в прошлом гражданин Украины, а теперь Израиля - Майкл Димент. В книге, которую издали при помощи благотворительного фонда из Канады написано, что украинские националисты часто опережали немецкие зондер-команды. Они нередко делали то, что не могли делать немцы. Это украинцам явно не понравится. Книжка называется «Дневник про Свинюхи и гетто в Локачах». Место происходящих событий - Волынь, которая была в составе Польши до 1939 года, а потом стала Украиной. К слову, на Волыни сейчас развернулась настоящая «янтарная» война, а вчера обладминистрацию там захватывали вооруженные люди с автоматами.

Как ни прискорбно, но спустя 75 лет после освобождения Украины от фашизма страну обламывают об колено сотни проходимцев, которым никто не указ. Вспоминаю, как валили ЛЭП в Крыму «активисты», как здесь их называют. Ничего, кроме позора, граждане Украины тогда не получили.

А пока украинские школьники в рамках школьной программы изучают подвиги «Небесной сотни» и Майдана.

Сегодня один депутат на 112-м канале предложил возвести между Украиной и непризнанными республиками бетонную стену и лишить Восток Украины воды, света, тепла и еды. А блокаду, мол, надо продлевать и очень поддержал Семена Семенченко. В любой цивилизованной стране таким людям, как этот депутат, сразу надели бы наручники непосредственно в студии, но у нас таким аплодируют.

16 февраля. Институт Национальной памяти отчитался за год работы.

Институт Национальной памяти потратил 8 млн. 226 тыс. гривен из бюджета на свои программы по декоммунизации, переименованиям, переписыванию истории, отмене исторических терминов, уничтожению мемориальных досок и советских памятников. Мне кажется, что эти деньги можно было бы использовать с более гуманными целями. Например, отдать больным детям. Но, увы.

Чиновники мэрии вчера провалили голосование и отказались назвать улицу в Киеве именем актера Олега Борисова. Аргументы были «железные»: русский актер, родился в России и умер в России. То, что Борисов играл в Киевском театре Русской драмы и был ярчайшим Голохвастовым в комедии «За двумя зайцами» - это так…

Бывшая улица В.Чкалова в Киеве уже давно носит имя О.Гончара. Там, где она переходит в одноименный сквер, по счастливой, наверное, случайности стоит памятник легендарному летчику. Сквер и небольшой парк предложили назвать именем Павла Шеремета, убийство которого до сих пор не расследовано, как и многие другие преступления, совершившиеся при этой власти. Интересно, что будет с памятником Валерию Чкалову? Его уберут, уничтожат, декоммунизируют?

* * * * *

Узнала недавно, что меня читают в России, некоторые даже уверены, что я живу в России и сочиняю свои заметки оттуда. Но я действительно живу в Киеве.

Мои переживания чаще всего носят эмоциональный характер. Ведь я - обычный хроникер, который облекает происходящие события в Украине в некую литературную форму. Анна Франк вела свой дневник четыре года, ровно до момента отправки ее в лагерь, где она умерла от тифа.

Часто боюсь за своих детей, просыпаюсь с тревогой за их будущее и с теми же мыслями пытаюсь уснуть. Но они, в отличие от меня, не боятся ничего, потому их дом - здесь. Он сложный, продуваемый со всех сторон, бестолковый, неубранный, а теперь еще и холодный, но это - их дом. Захотят ли они навести тут порядок? Не знаю. Моя дочка, к примеру, не очень-то и любит уборку. Идеальная чистота - это не ее конек. Мои дети знают два языка, но говорят они на русском и думают - тоже. Они неплохо знают английский, дочка читает по-польски. Я никогда не спрашиваю у них, хотят ли они жить там, где лучше. Разве что иногда.

- «Лучше» надо делать там, где ты живешь, - говорят мои дети и никуда не планируют уезжать.

Если говорить философски, то жизнь человека подобна полевой траве. Вот она пробивается после долгой зимы, всходит, становится сильной и мощной и вот, наконец, увядает, чтобы потом прорасти вновь.

Кстати в Киеве во всех магазинах уже продаются семена на рассаду. Народ покупает и готовится к весне: сажать, выращивать сеять, копать. Украинцы любят землю. Но вот только вот что вырастет на этой земле, обильно залитой кровью и удобренной яростной ненавистью к России за эти три года, для меня - загадка. Источник


Украинский “политолог” из телешоу угрожает автору “КП” за ее “Дневник киевлянки”

Вячеслав Ковтун постоянно живет в Москве, но в эфире Первого канала заявил, что записки Полины Орловской о нелегких буднях в украинской столице - “туфта” и “чистая ложь”

“Самый большой позор Украины” (так называют украинского “политолога” Вячеслава Ковтуна некоторые журналисты) продолжает отстаивать свое первенство в данной номинации. Ох, не зря его приложил прямо в студии антимайдановец Юрий Кот. Жаль, что Кот ходит на ток-шоу значительно реже “политолога”…

В программе “Время покажет” на Первом Ковтун пообещал плюнуть в лицо журналистке Полине Орловской, публикующий свой “Дневник киевлянки” в “КП”.

В программе процитировали несколько пассажей из материала, описывающего суровые будни цеевропейской столицы: холодные батареи, темные улицы Киева, напуганные «чрезвычайщиной» в энергетике жители. К слову, многие мои знакомые мечутся в поисках - куда пристроить замороженные овощи и фрукты, которые есть почти в каждом доме. С понедельника обещают вырубить холодильники – в ходе веерных отключений из-за энергоблокады Донбасса…

Но Ковтун, благополучно и сыто проживающий в Москве, в новой, как говорят, квартире, категорически отказывается верить в такие майданные “покращення”, как ЧП в энергетике, веерные отключения, блокаду автодорог... Конечно, оно из России виднее, как процветает страна победившей гидности, марширующая с факелами под крики «Юде-геть» и вешающая портреты Бандеры на фасад польского посольства (видимо, с целью укрепления дружбы между народами)…

Но, по мнению Ковтуна, виновата в этом не власть, пришедшая на волне госпереворота, а Полина Орловская – “мразь” и “фальсификатор”. Именно такими словами Ковтун обозвал совершенно незнакомую ему журналистку, а также начал угрожать, что при встрече плюнет женщине в лицо. И можно сколько угодно говорить, что Ковтун - платный провокатор, можно даже насмехаться над его заявлениями. Но только до тех пор, пока не вспоминаешь убитого Олеся Бузину, которому тоже угрожали и с экранов телевизоров, и в социальных сетях. Потом от угроз перешли к делу. Поэтому виртуальные плевки и обещания расправы – не так уж безобидны…

И что ж так задело Ковтуна? Политика и геополитика тут не причем. Не причем Путин, Трамп, Меркель, Порошенко. Впал в экстаз Ковтун от обычной хроники киевских будней: повышения тарифов с марта сего года, растоптанных пенсионеров, у которых власть отбирает последние крохи, от бегущих коллективами в ЕС и РФ врачей. Очень неприятно признавать, что ставшая нацистской Украина, застыла в полушаге от диктатуры, еврейских погромов и ночи длинных ножей.

И хотелось бы ему обвинить Орловскую в том, что пишет она-де свои «клеветнические измышлизмы» из-за поребрика, да вот беда: смелая журналистка живет в оккупированном Киеве, и все ее заметки об окаянных днях - пропущены через себя. Из-за поребрика орет и брызгает как раз «разжигатель». Это означает одно: Полина попала в самое больное место украинских пропагандистов, когда им нечем крыть. ЧП в энергетике, грядущий рост тарифов и цен – не воображение экзальтированных дамочек, а политика правительства, официально заявленная и подкрепленная делами. Тут не спишешь на «попередников» (укр. “предшественников” - Ред.), не обвинишь в сепаратизме. Остается одно: угрожать журналисту.

Я знаю, что чувствует сейчас Полина Орловская, с которой я лично не знакома. Ведь нечто похожее, только в реале, я пережила на радиостанции «Вести», где меня затравили лишь за то, что в соцсети я назвала Майдан переворотом, а «хероев АТО» - карателями Донбасса. Но мне было легче - от массовой поддержки, которую я получила от знакомых и незнакомых единомышленников в соцсетях. А вот у Орловской такого плеча не оказалось - никто и не подумал осадить сыплющего угрозами и проклятиями Ковтуна. Источник