Есть одна интересная особенность практически всех дискуссий вокруг искусственного интеллекта. Большинство спорит о том, какая модель умнее, у кого больше контекстное окно или чья нейросеть быстрее пишет код.

Скандально известную и даже в некотором смысле зловещую корпорацию Palantir, кажется, вообще не интересуют эти вопросы.

Новый манифест компании посвящен другой теме. Он почти не говорит о соревновании моделей. Вместо этого Palantir предлагает рассматривать искусственный интеллект как инфраструктуру, без которой невозможно обеспечить ни экономическую конкурентоспособность, ни национальную безопасность. При этом в центре внимания оказываются не модели, а данные: "Данные — ваше сокровище. Передадите их — и вы рискуете всем".

Базовым и самым главным принципом, которым необходимо руководствоваться в наступившем мире ИИ, для Palantir становится суверенитет: "Ваш ИИ-суверенитет определяет будущее организации. Без суверенитета нет выбора. Откажетесь от него — и решения за вас будут принимать другие. И действовать они будут в своих интересах, а не в ваших".

На протяжении последних лет компании используют ИИ по простой схеме: данные отправляются во внешние облачные сервисы, модель обрабатывает запрос и возвращает результат. Этот подход стал стандартом.

Palantir считает, что именно здесь возникает ключевая стратегическая проблема.

Данные перестают быть обычным корпоративным активом и становятся основой суверенитета. Если критически важная информация постоянно обрабатывается за пределами организации или страны, вместе с удобством возникает зависимость. Неважно, идет ли речь о государственном ведомстве, банке или промышленной компании, — контроль над данными становится частью вопроса независимости.

Именно поэтому новый документ важнее, чем может показаться.

Это уже второй манифест компании за последние месяцы. Весной 2026 года Palantir представила 22 тезиса о технологиях, государстве и роли инженеров, которые тогда многие восприняли как философское заявление о будущем индустрии.

Теперь становится ясно, что это была только первая часть более широкой концепции.

Новый документ продолжает ту же линию, но с другим акцентом: если первый манифест объяснял, почему технологии становятся основой силы современных государств, то второй уточняет, что именно необходимо контролировать, чтобы эту силу сохранить.

Ответ компании однозначен: данные, затем вычислительные мощности, модели и инфраструктуру, на которой они работают.

На первый взгляд это может показаться очевидным, однако за этим стоит более глубокая логика.

Palantir предлагает отказаться от представления об ИИ как о сервисе, который можно просто арендовать у внешнего поставщика. Настоящий суверенитет невозможен, если наиболее ценные данные находятся вне собственного контура.

Поэтому в манифесте постоянно подчеркивается необходимость полного контроля над данными — не только юридического, но и технического. Недостаточно заключить контракт с облачным провайдером: важно, чтобы данные, модели и инфраструктура не становились источником внешней зависимости.

Здесь появляется ключевой сдвиг.

Если развить логику манифеста, технологические компании перестают быть просто поставщиками программного обеспечения. Они превращаются в создателей критически важной инфраструктуры, от которой напрямую зависит способность стран и крупных организаций сохранять технологическую независимость.

Государство при этом остается главным политическим субъектом. Но его самостоятельность все сильнее определяется тем, есть ли у него собственные данные, собственная ИИ-инфраструктура и компании, способные ее поддерживать.

В итоге манифест стоит воспринимать не только как документ об искусственном интеллекте.

Речь идет о накоплении преимуществ. Если данные используются внешними системами, организация теряет не только информацию, но и способность формировать собственный интеллектуальный капитал.

По сути, это текст о том, как формируется технологическая зависимость нового типа: через данные, инфраструктуру и алгоритмы, которые в ближайшие годы будут определять устойчивость государств и компаний.

Palantir тем самым меняет и собственное позиционирование. Компания говорит уже не о программном обеспечении, а о роли технологической индустрии как создателя стратегической инфраструктуры XXI века.

И если эта логика окажется верной, главный вопрос ближайшего будущего будет не "Какая модель лучше?", а "Где находятся данные, кто их контролирует и кто получает результат от их использования?".

Александр Каменов