Оба самолёта упали: фашистский - в Таврический сад, «Чайка» - в Басков переулок, а лётчикам удалось спастись, выпрыгнув с парашютом. Немцев задержали сами ленинградцы, наблюдавшие за боем, и доставили куда следует. Задержали и Севастьянова, которому пришлось доказывать, что он свой.
Позже Алексею довелось встретиться с пленным пилотом «Хейнкеля». Тот улыбался и всё пытался пожать руку «русскому асу». Севастьянов руки ему не подал и попросил переводчика сказать, что он не «ас», а обыкновенный советский лётчик, каких много. И добавил: «Я тоже рад встрече с ним. Рад, что он отлетался... стервятник...».
