Памяти общепита

Одна из любимых тем просоветской/антисоветской ЖЖ-ки — это советский общепит, который тоже не всегда был одинаковым — в какие-то годы лучше, в какие-то — совсем убогим и даже — кошмарным. Исключение всегда составляли некоторые рестораны (кафе, пельменные, пирожковые, которые сейчас вспоминаются, как образец общественного питания) и — фабрично-заводские столовые. Вот тут всегда было — на высоте.

Вот вам в заголовке прекрасная, тёплая картина, повествующая об обеденных перерывах на производстве. Данциг Май Вольфович (1930-2017). «В рабочей столовой». 1963 год.

Как писал тогда поэт — «и сдается мне — уценят ложки, как в кукурузном памятном году».

В начале 1955 года пленум ЦК КПСС утвердил «кукурузный проект» Хрущева, благодаря которому тот надеялся «Догнать и перегнать Америку» в сфере сельского хозяйства. Действительно, урожайность кукурузы в США и Канаде в те годы составляла 25-30 центнеров с гектара, тогда как в СССР собирали зерна всего 7,2 центнера с гектара. Однако что-то пошло не так. Из-за увлечения кукурузой резко упали урожаи пшеницы и ржи, и уже в 1962 году ЦК КПСС и Совмин издали постановление «О наведении порядка в расходовании ресурсов хлеба», ограничив продажу хлеба до 2,5 килограмма в одни руки. Белый хлеб и пшеничная мука во многих регионах покинули прилавки, в черный хлеб, оставшийся в булочных, подмешивали кукурузную и гороховую муку.


Вот этот 1962 год, когда в стране стало нечего жрать — в народе и называют «кукурузным». Данциг Май Вольфович рисовал свою картину через год. Присмотритесь к ней: на стойках столовой нет ничего, кроме компота и чая. Хлеба нет. Повариха наливает поварешкой в глубокие тарелки из окутанных паром баков какую-то похлебку — очевидно, кукурузную. На подносе у уходящего работяги нет ничего, кроме такой же тарелки с похлебкой и стакана с компотом. У ряботяги нехорошее, злое лицо, повернутое к поварихе. Видимо, он рассказывает ей о том, как трудовой коллектив выполняет решения 20-го съезда КПСС.

Такую страну потеряли…

Источник