История «Мариупольского котла»
Этиология «пробуксовки» глазами местного эксперта
Разрушенные «сталинки» Жовтневого района на фоне металлургического комбината «Азовсталь» (г. Мариуполь)
Начало масштабных наступательных действий 1-го армейского корпуса НМ ДНР и подразделений крымской группировки Сухопутных войск России на мариупольском направлении стало едва ли не первоочередным и наиболее ожидаемым среди большинства мариупольцев этапом специальной военной операции ВС России. Не стала исключением и наша семья…
Добровольно-принудительный порядок изучения одного лишь украинского языка с полным отказом от прививания азов родного в нашем регионе русского языка стал наиболее ярким олицетворением того оголтело-националистического облика «так званої «нової української школи», который на протяжении семи лет взращивался в Украине такими русофобскими деятелями, как ярый завсегдатай Бандеровских чтений — западноукраинская публицистка Ирина Фарион и её более мелкие сателлиты. Естественно, подобная специфика формирования школьной программы была встречена в мариупольских семьях шквалом негатива и автоматически стала предметом недоумения и неприязни со стороны младшего поколения, включая мою дочь Маргариту.
Свою лепту в переполнение чаши нашего терпения внесла и необходимость регулярного сокрытия следов собственной информационной деятельности на ряде российских аналитических изданий, которую я вел на протяжении последних 8 лет с IP-адресов, принадлежащих государству с идеологически враждебным режимом. Любая, даже минимальная, ошибка была чревата отправкой в застенки СБУ с соответствующими и хорошо известными нашей аудитории последствиями.
И это не говоря уже об уходе с украинских продовольственного и фармацевтического рынков того перечня незаменимой и полюбившейся продукции, которая была представлена на прилавках до 2014 — 2015 годов. Рано или поздно подобной малоадекватной концепции бытия должен был прийти конец…
Являясь достаточно объективным и осведомлённым военным экспертом в области военно-технического/-политического прогнозирования, я был убеждён в наличии прямой причинно-следственной связи между столь спешным признанием независимости Луганской и Донецкой народных республик в их конституционных границах (с незамедлительным началом СВО в Украине) и заметно интенсифицировавшемся возведением военно-морской инфраструктуры ВМС США и Королевского ВМФ Великобритании в Очакове и Одессе.
Ведь даже незначительная «пробуксовка» Москвы в вопросе сроков начала специальной военной операции обернулась бы для Генштаба ВС России развёртыванием в зоне ответственности Черноморского флота мощнейшей смешанной корабельной ударной группировокой ОВМС НАТО на базе портовой инфраструктуры вышеуказанных городов.
Подготавливаемые же к отправке в черноморский бассейн в рамках формирования КУГ эсминцы УРО класса Daring (пр. 45) и противолодочные фрегаты класса Duke (пр. 23), оснащённые противоракетами Aster-30 и гидроакустическими станциями на базе гибких буксируемых антенн, могли частично парировать потенциал развёрнутых в Крыму береговых ПКРК «Бастион», а также вскрывать местоположение малошумных дизель-электрических ПЛ пр. 636.3 «Варшавянка».
Стало быть, в качестве ключевого casus belli для начала специальной военной операции в Украине нужно рассматривать не столько дипломатическую пикировку с торпедированим штаб-квартирой НАТО гарантий безопасности в Европейском регионе, предложенных главой МИД РФ Сергеем Лавровым в начале 2022 года, сколько реальное возведение мощнейшей военно-морской инфраструктуры альянса буквально в «двух шагах» от крымской группировки войск Южного военного округа России.
Это и ежедневно осуществляемая оборонными ведомствами Великобритании и США милитаризация Мариуполя и всего Северного Приазовья, включая возведение учебно-тренировочных лагерей в окрестностях Мелекино и Юрьевки, а также поставки на ряд опорных пунктов 36-й отдельной бригады морской пехоты в Мариуполе сотен единиц британских противотанковых ракетных комплексов малой дальности NLAW, а также американских ПТРК FGM-148E Block I Javelin.
С целью прикрытия данных объектов от вероятных ракетно-авиационных ударов Воздушно-космических сил России командование Воздушных сил Украины в 2015-м году отдало распоряжение о переброске и развертывании в окрестностях Мариуполя мощной смешанной зенитно-ракетной группировки позиционной, зонально-объектовой и региональной ПВО-ПРО. Сформировна данная группировка была несколькими зенитно-ракетными дивизионами С-300ПС, а также парой батарей войсковых ЗРК С-300В, «Бук-М1» и «Оса-АКМ».
Именно эти средства ПВО первыми подверглись массированным ракетному и ракетно-авиационному ударам со стороны Черноморского флота ВМФ и Воздушно-космических сил России утром 24 февраля 2022 года, с целью снятия противоракетного заслона ВСУ над Таганрогским заливом и Южным Донбассом.
В тот день, когда под аккомпанемент «Криптонов» и «Калибров», наносивших первые противорадиолокационные и ракетные удары по пунктам радиотехнической и радиолокационной разведки ВСУ, а также опорным пунктам «Азова» и 36-й ОБрМП в окрестностях Мариуполя, мы с коллегами дорабатывали последнюю смену в шихтовом отделении Кислородно-конвертерного цеха на комбинате «Азовсталь», практически каждый из нас был полон уверенности в том, что высокая интенсивность ударов ВКС, а также активная работа «корпусных» РСЗО из Гранитного и Коминтерново повергнет в бегство дислоцированные в городе украинские гарнизоны.
Тем не менее, спустя всего неделю данным грёзам суждено было разбиться о суровую действительность мощных мариупольских укрепрайонов полка «Азов» и ВСУ, фортифицировавшихся на протяжении последних 7,5 лет в плотной городской инфраструктуре, а также бункерной архитектуре металлургического комбината «Азовсталь».
Первые миномётные удары 120-мм миномётов 2Б11 по «Тихому» сектору Орджоникидзевского района, заставившую нашу семью спуститься в подвал, были в ночь на 29 февраля. Данная кровавая акция была начата блуждающими миномётными расчётами 36-й ОБрМП ВСУ и «Азова», регулярно меняющими позиции в плотной городской застройке 6-го участка и частном секторе посёлка Калиновка.
Идентификация принадлежности миномётных расчётов не представляла особых затруднений ни для рядовых мариупольцев, осведомлённых о тактической ситуации в данном секторе и специфике применения миномётов с 2014 года, ни для меня, детально изучавшего тактико-технические параметры и баллистические качества изделий 2Б11 (с параметрами мин) в соответствующей справочной литературе.
Звуки стрельбы доносились исключительно с западного и северо-западного операционных направлений, после чего, буквально спустя буквально 1,5 — 2 секунды, наблюдался прилёт боеприпасов в радиусе 70 — 150 м от нашей застройки, что указывало на относительно небольшую удалённость позиций миномётных расчётов (от 2,5 до 3 км в направлении «Азовстали»).
На тот период времени районы данных позиций были под полным контролем подразделений украинской армии, что полностью разрушает всяческие мифы украинских СМИ о намеренных обстрелах городской застройки Мариуполя артиллерийскими подразделениями 1-го армейского корпуса Народной милиции ДНР и Ракетных войск и артиллерии России.
Вполне очевидно, что руководством к подобным действиям командиров миномётных расчётов ВСУ стала соответствующая разнарядка командования с требованием дискредитировать 1-й корпус НМ ДНР и подразделения российской армии посредством подобного рода провокационной акции. Вполне логичным следствием данных вечерних, ночных и утренних ударов стали выбитые стёкла и оконные проемы в ряде соседних домов. Позднее ситуация коренным образом изменилась…
Заняв окрестности микрорайона «Восточный» к началу марта, подразделения 9-го мотострелкового полка морской пехоты 1-го армейского корпуса НМ ДНР приступили к беглой артиллерийской подготовке по подавлению укрепрайонов украинских формирований в жилой застройке от ул. Орджоникидзе до бульвара 50 лет Октября (в центральной части Левого берега).
Ключевым опорным пунктом в данном квадрате являлся оперативный штаб полка «Азов», зоной ответственности которого были новоазовское и тельмановское операционные направления. Для подавления данного объекта «корпусные» задействовали батарею 122-мм РСЗО «Град», буксируемые 122-мм гаубицы Д-30 / САУ «Гвоздика», а также 152-мм САУ «Акация».
Использование 122-мм и 152-мм осколочно-фугасных снарядов (с учетом посредственной баллистики орудий «Гвоздики» и «Акации», обеспечивающей не лучшую кучность ведения огня по дальности) стало причиной критических повреждений жилой инфраструктуры «Тихого». Пробитые и выломанные несущие стены и межкомнатные перекрытия двух- / трёх- и пятиэтажных «сталинских» домов стали неотъемлемым атрибутом практически всего Орджоникидзевского района Мариуполя. И это не говоря уже о десятках очагов возгорания, затянувших жилые кварталы едким густым смогом.
Ещё более низкая кучность «Градов» также сделала своё дело. Осколочно-фугасные и кассетные боевые части 122-мм реактивных снарядов 9М22У/522 и 9М218, «приходящие» с радиусом рассеяния порядка 70 — 120 м метров, превращали кровлю домов и стены в настоящее «решето», в то время как стволы тополей и каштанов «вскрывались» по лепестковому типу, словно громадные поделки из дерева. В итоге, окончательное уничтожение командного пункта полка «Азов» на базе здания школы № 61 привело к полному разгрому нашего микрорайона «Тихий».
Один из домов по улице Владимирской
Подобные разрушения Мариуполя на этапе артиллерийской подготовки могут объясняться следующими факторами.
➤ Во-первых, острым дефицицтом в арсеналах артиллерийских подразделений 1-го армейского корпуса НМ ДНР более-менее современных 152-мм управляемых артиллерийских снарядов «Краснополь-М2», 122-мм управляемых снарядов КМ-3 «Китолов-2М», а также 120-мм управляемых мин КМ-8 «Грань», что могло быть обусловлено посредственным логистическим обеспечением поставок данных изделий из арсеналов Ракетных войск и артиллерии России.
➤ Во-вторых, отказом оборонного ведомства республики и командования 1-го корпуса ДНР от применения данных высокоточных снарядов из сугубо экономических соображений, от чего жителям Мариуполя уж точно не легче.
Наш дом № 13 по ул. Владимирской уцелел, хоть и с незначительными повреждениями
Далее наш многострадальный «Тихий» принимал артиллерийские удары вновь со стороны подразделений ВСУ и «Азова», фортифицировавшихся в промзоне за Таганрогским шоссе. Мы же с женой, дочерью, а также тестем и тёщей приняли решение покинуть Левый берег и переместиться с соседкой и её дочерью в их частный дом в Жовтневом районе (на Правом берегу). Перемещение прошло в чудовищной давке десантного отделения полноприводного (4×4) бронетранспортёра «Казак-2». Но кто бы мог подумать, что после размещения в уютном доме на Николаевской улице вся жесть контрбатарейных «дуэлей» настигнет нас и в этом районе…
Первые полторы недели марта проходили в бесконечном поиске сигарет, продуктов питания, воды, медикоментов, предметов первой необходимости, одежды и обуви и т. д., остатки чего изымались из складов магазинов, взломанных украинскими военнослужащими и местным населением. В перерывах между подобными «рейдами» мужской коллектив нашего кооператива принимал активное участие в приготовлении горячих блюд на костре и вёл беседы военно-политического характера. Вечерами же мы внимательно наблюдали за авиаударами по укрепрайонам ВСУ на «Азовстали» и близ постмоста, которые осуществлялись многоцелевым истребителем-бомбардировщиком Су-34 ВКС России.
Позднее артиллерийские подразделения 36-й бригады ВСУ развернули «кочующие» расчёты 120-мм миномётов 2Б11 и 122-мм гаубиц Д-30 в гаражном кооперативе в нескольких десятках метров севернее нашего домовладения, после чего как их огневые позиции так и наш двор начали подвергаться массированным ответным контрбатарейным ударам со сторорны ствольной и реактивного артиллерии 1-го корпуса ДНР. К сожалению, с использованием всё тех же штатных и недорогих неуправляемых артиллерийских и реактивных снарядов с внушительным круговым вероятным отклонением.
После трёх суток подобных «ответок» жена наконец-таки убедила меня перебраться из подвала дома в более защищённое и углубленное бомбоубежище, расположенное под дворцом культуры «Молодёжный» по ул. Харлампиевская 17/25. Сам же я, несмотря на всю осведомлённость в тактических вопросах, опасался выводить десятилетнюю дочь и жену на открытое пространство для 300-метровой перебежки в «Молодёжный», ведь помимо эпизодического артиллерийского «обмена любезностями» между позициями 1-го армейского корпуса НМ ДНР и ВСУ, парой кварталов ниже разразились уличные бои в городской застройке частного сектора с использованием АК-74М, СВД, крупнокалиберных 12,7-мм пулемётов и РПГ-7.
Шальные пули также не исключались, невзирая на тот факт, что наш дом на Николаевской 13 и маршрут к «Молодёжному» находились на господствующей высоте относительно квадрата наиболее активных уличных боёв (с превышением около 15 — 20 метров). Ведь рикошет мог произойти от любой бетонной обечайки и металлоконструкции близлежащих домов.
Успешно переместившись в «бомбик» под «Молодёжкой», мы вспомнили о продуктах питания, которые забыли в бытовках и коридоре на Николаевской 13. За ними я отправился с нашей приятельницей Кристиной на следующий день, около 10:30. Проживая в одном из домов нашего жилищного кооператива, она также не успела забрать в бомбоубежище целую вереницу продуктов для своей семьи из трёх детей, мамы Вики и отчима Саши.
Переждав в здании «Мариупольгаза» интенсивную ракетно-артиллерийскую ответку по позициям ВСУ в гаражном кооперативе, мы с Кристиной пересекли Николаевскую и направились к калитке нашего двора. Именно в этот момент последовала очередная четверть пакета «Града» в район нашего квадрата… Следуя в трёх метрах передо мной, Кристина попала в конус разлёта осколков и была убита прямым попаданием в переносицу… Руслан, Бодя и крошка Милана остались без мамы…
Мне же чудом удалось переждать «приход» ещё нескольких реактивных снарядов. Затем я в спешном порядке начал пробираться в 1-й корпус «Мариупольгаза», попутно обнаружив пару серьезных ранений руки и ноги. От потери крови в глазах уже мутилось, кружилась голова, но я смог найти в «Мариупольгазе» женские колготки, которыми перетянул конечности. После возврата в «Молодёжку» девушка-волонтёр Женя обработала раны и перевязала меня. Затем лечением занимались моя жена Лиза, а также Саша «Харьковский» и Жана, проколовшие мне необходимый курс «Цефтриаксона»…
Милана
Приготовление пищи на мангале во дворце культуры «Молодёжный»
Спустя примерно три недели центральные и восточные кварталы Жовтневого района перешли под полный контроль 1-го корпуса ДНР. Единственные укрепрайоны ВСУ и «Азова» остались в глуби бункеров металлургического комбината «Азовстваль». Именно поэтому город с каждым днём всё реже содрогался от контрбатарейных обменов между сторонами.
Тем не менее, полностью разрушенные жилая, промышленная и энергетическая инфраструктуры города лишили большую часть населения какой-либо здравой перспективы на скорейшее становление как взрослого поколения, так и молодёжи. Следовательно, и мы, и большинство наших родственников и знакомых приняли единственное адекватное решение о переезде в Россию.
Огромную помощь оказали нам военный корреспондент Андрей Гусельников из «Соловьёв LIVE» и его племянница Ольга. Естественно, не забываем мы и о родном Мариуполе, необходимость возврата в который даже не оспаривается, но может рассматриваться лишь после полного разминирования всех объектов и хотя бы частичного восстановления энергетического контура и инфраструктуры города силами МЧС ДНР и России.
Евгений Даманцев
Разрушенные «сталинки» Жовтневого района на фоне металлургического комбината «Азовсталь» (г. Мариуполь)
Начало масштабных наступательных действий 1-го армейского корпуса НМ ДНР и подразделений крымской группировки Сухопутных войск России на мариупольском направлении стало едва ли не первоочередным и наиболее ожидаемым среди большинства мариупольцев этапом специальной военной операции ВС России. Не стала исключением и наша семья…
Добровольно-принудительный порядок изучения одного лишь украинского языка с полным отказом от прививания азов родного в нашем регионе русского языка стал наиболее ярким олицетворением того оголтело-националистического облика «так званої «нової української школи», который на протяжении семи лет взращивался в Украине такими русофобскими деятелями, как ярый завсегдатай Бандеровских чтений — западноукраинская публицистка Ирина Фарион и её более мелкие сателлиты. Естественно, подобная специфика формирования школьной программы была встречена в мариупольских семьях шквалом негатива и автоматически стала предметом недоумения и неприязни со стороны младшего поколения, включая мою дочь Маргариту.
Свою лепту в переполнение чаши нашего терпения внесла и необходимость регулярного сокрытия следов собственной информационной деятельности на ряде российских аналитических изданий, которую я вел на протяжении последних 8 лет с IP-адресов, принадлежащих государству с идеологически враждебным режимом. Любая, даже минимальная, ошибка была чревата отправкой в застенки СБУ с соответствующими и хорошо известными нашей аудитории последствиями.
И это не говоря уже об уходе с украинских продовольственного и фармацевтического рынков того перечня незаменимой и полюбившейся продукции, которая была представлена на прилавках до 2014 — 2015 годов. Рано или поздно подобной малоадекватной концепции бытия должен был прийти конец…
Являясь достаточно объективным и осведомлённым военным экспертом в области военно-технического/-политического прогнозирования, я был убеждён в наличии прямой причинно-следственной связи между столь спешным признанием независимости Луганской и Донецкой народных республик в их конституционных границах (с незамедлительным началом СВО в Украине) и заметно интенсифицировавшемся возведением военно-морской инфраструктуры ВМС США и Королевского ВМФ Великобритании в Очакове и Одессе.
Ведь даже незначительная «пробуксовка» Москвы в вопросе сроков начала специальной военной операции обернулась бы для Генштаба ВС России развёртыванием в зоне ответственности Черноморского флота мощнейшей смешанной корабельной ударной группировокой ОВМС НАТО на базе портовой инфраструктуры вышеуказанных городов.
Подготавливаемые же к отправке в черноморский бассейн в рамках формирования КУГ эсминцы УРО класса Daring (пр. 45) и противолодочные фрегаты класса Duke (пр. 23), оснащённые противоракетами Aster-30 и гидроакустическими станциями на базе гибких буксируемых антенн, могли частично парировать потенциал развёрнутых в Крыму береговых ПКРК «Бастион», а также вскрывать местоположение малошумных дизель-электрических ПЛ пр. 636.3 «Варшавянка».
Стало быть, в качестве ключевого casus belli для начала специальной военной операции в Украине нужно рассматривать не столько дипломатическую пикировку с торпедированим штаб-квартирой НАТО гарантий безопасности в Европейском регионе, предложенных главой МИД РФ Сергеем Лавровым в начале 2022 года, сколько реальное возведение мощнейшей военно-морской инфраструктуры альянса буквально в «двух шагах» от крымской группировки войск Южного военного округа России.
Это и ежедневно осуществляемая оборонными ведомствами Великобритании и США милитаризация Мариуполя и всего Северного Приазовья, включая возведение учебно-тренировочных лагерей в окрестностях Мелекино и Юрьевки, а также поставки на ряд опорных пунктов 36-й отдельной бригады морской пехоты в Мариуполе сотен единиц британских противотанковых ракетных комплексов малой дальности NLAW, а также американских ПТРК FGM-148E Block I Javelin.
С целью прикрытия данных объектов от вероятных ракетно-авиационных ударов Воздушно-космических сил России командование Воздушных сил Украины в 2015-м году отдало распоряжение о переброске и развертывании в окрестностях Мариуполя мощной смешанной зенитно-ракетной группировки позиционной, зонально-объектовой и региональной ПВО-ПРО. Сформировна данная группировка была несколькими зенитно-ракетными дивизионами С-300ПС, а также парой батарей войсковых ЗРК С-300В, «Бук-М1» и «Оса-АКМ».
Именно эти средства ПВО первыми подверглись массированным ракетному и ракетно-авиационному ударам со стороны Черноморского флота ВМФ и Воздушно-космических сил России утром 24 февраля 2022 года, с целью снятия противоракетного заслона ВСУ над Таганрогским заливом и Южным Донбассом.
В тот день, когда под аккомпанемент «Криптонов» и «Калибров», наносивших первые противорадиолокационные и ракетные удары по пунктам радиотехнической и радиолокационной разведки ВСУ, а также опорным пунктам «Азова» и 36-й ОБрМП в окрестностях Мариуполя, мы с коллегами дорабатывали последнюю смену в шихтовом отделении Кислородно-конвертерного цеха на комбинате «Азовсталь», практически каждый из нас был полон уверенности в том, что высокая интенсивность ударов ВКС, а также активная работа «корпусных» РСЗО из Гранитного и Коминтерново повергнет в бегство дислоцированные в городе украинские гарнизоны.
Тем не менее, спустя всего неделю данным грёзам суждено было разбиться о суровую действительность мощных мариупольских укрепрайонов полка «Азов» и ВСУ, фортифицировавшихся на протяжении последних 7,5 лет в плотной городской инфраструктуре, а также бункерной архитектуре металлургического комбината «Азовсталь».
Первые миномётные удары 120-мм миномётов 2Б11 по «Тихому» сектору Орджоникидзевского района, заставившую нашу семью спуститься в подвал, были в ночь на 29 февраля. Данная кровавая акция была начата блуждающими миномётными расчётами 36-й ОБрМП ВСУ и «Азова», регулярно меняющими позиции в плотной городской застройке 6-го участка и частном секторе посёлка Калиновка.
Идентификация принадлежности миномётных расчётов не представляла особых затруднений ни для рядовых мариупольцев, осведомлённых о тактической ситуации в данном секторе и специфике применения миномётов с 2014 года, ни для меня, детально изучавшего тактико-технические параметры и баллистические качества изделий 2Б11 (с параметрами мин) в соответствующей справочной литературе.
Звуки стрельбы доносились исключительно с западного и северо-западного операционных направлений, после чего, буквально спустя буквально 1,5 — 2 секунды, наблюдался прилёт боеприпасов в радиусе 70 — 150 м от нашей застройки, что указывало на относительно небольшую удалённость позиций миномётных расчётов (от 2,5 до 3 км в направлении «Азовстали»).
На тот период времени районы данных позиций были под полным контролем подразделений украинской армии, что полностью разрушает всяческие мифы украинских СМИ о намеренных обстрелах городской застройки Мариуполя артиллерийскими подразделениями 1-го армейского корпуса Народной милиции ДНР и Ракетных войск и артиллерии России.
Вполне очевидно, что руководством к подобным действиям командиров миномётных расчётов ВСУ стала соответствующая разнарядка командования с требованием дискредитировать 1-й корпус НМ ДНР и подразделения российской армии посредством подобного рода провокационной акции. Вполне логичным следствием данных вечерних, ночных и утренних ударов стали выбитые стёкла и оконные проемы в ряде соседних домов. Позднее ситуация коренным образом изменилась…
Заняв окрестности микрорайона «Восточный» к началу марта, подразделения 9-го мотострелкового полка морской пехоты 1-го армейского корпуса НМ ДНР приступили к беглой артиллерийской подготовке по подавлению укрепрайонов украинских формирований в жилой застройке от ул. Орджоникидзе до бульвара 50 лет Октября (в центральной части Левого берега).
Ключевым опорным пунктом в данном квадрате являлся оперативный штаб полка «Азов», зоной ответственности которого были новоазовское и тельмановское операционные направления. Для подавления данного объекта «корпусные» задействовали батарею 122-мм РСЗО «Град», буксируемые 122-мм гаубицы Д-30 / САУ «Гвоздика», а также 152-мм САУ «Акация».
Использование 122-мм и 152-мм осколочно-фугасных снарядов (с учетом посредственной баллистики орудий «Гвоздики» и «Акации», обеспечивающей не лучшую кучность ведения огня по дальности) стало причиной критических повреждений жилой инфраструктуры «Тихого». Пробитые и выломанные несущие стены и межкомнатные перекрытия двух- / трёх- и пятиэтажных «сталинских» домов стали неотъемлемым атрибутом практически всего Орджоникидзевского района Мариуполя. И это не говоря уже о десятках очагов возгорания, затянувших жилые кварталы едким густым смогом.
Ещё более низкая кучность «Градов» также сделала своё дело. Осколочно-фугасные и кассетные боевые части 122-мм реактивных снарядов 9М22У/522 и 9М218, «приходящие» с радиусом рассеяния порядка 70 — 120 м метров, превращали кровлю домов и стены в настоящее «решето», в то время как стволы тополей и каштанов «вскрывались» по лепестковому типу, словно громадные поделки из дерева. В итоге, окончательное уничтожение командного пункта полка «Азов» на базе здания школы № 61 привело к полному разгрому нашего микрорайона «Тихий».
Один из домов по улице Владимирской
Подобные разрушения Мариуполя на этапе артиллерийской подготовки могут объясняться следующими факторами.
➤ Во-первых, острым дефицицтом в арсеналах артиллерийских подразделений 1-го армейского корпуса НМ ДНР более-менее современных 152-мм управляемых артиллерийских снарядов «Краснополь-М2», 122-мм управляемых снарядов КМ-3 «Китолов-2М», а также 120-мм управляемых мин КМ-8 «Грань», что могло быть обусловлено посредственным логистическим обеспечением поставок данных изделий из арсеналов Ракетных войск и артиллерии России.
➤ Во-вторых, отказом оборонного ведомства республики и командования 1-го корпуса ДНР от применения данных высокоточных снарядов из сугубо экономических соображений, от чего жителям Мариуполя уж точно не легче.
Наш дом № 13 по ул. Владимирской уцелел, хоть и с незначительными повреждениями
Далее наш многострадальный «Тихий» принимал артиллерийские удары вновь со стороны подразделений ВСУ и «Азова», фортифицировавшихся в промзоне за Таганрогским шоссе. Мы же с женой, дочерью, а также тестем и тёщей приняли решение покинуть Левый берег и переместиться с соседкой и её дочерью в их частный дом в Жовтневом районе (на Правом берегу). Перемещение прошло в чудовищной давке десантного отделения полноприводного (4×4) бронетранспортёра «Казак-2». Но кто бы мог подумать, что после размещения в уютном доме на Николаевской улице вся жесть контрбатарейных «дуэлей» настигнет нас и в этом районе…
Первые полторы недели марта проходили в бесконечном поиске сигарет, продуктов питания, воды, медикоментов, предметов первой необходимости, одежды и обуви и т. д., остатки чего изымались из складов магазинов, взломанных украинскими военнослужащими и местным населением. В перерывах между подобными «рейдами» мужской коллектив нашего кооператива принимал активное участие в приготовлении горячих блюд на костре и вёл беседы военно-политического характера. Вечерами же мы внимательно наблюдали за авиаударами по укрепрайонам ВСУ на «Азовстали» и близ постмоста, которые осуществлялись многоцелевым истребителем-бомбардировщиком Су-34 ВКС России.
Позднее артиллерийские подразделения 36-й бригады ВСУ развернули «кочующие» расчёты 120-мм миномётов 2Б11 и 122-мм гаубиц Д-30 в гаражном кооперативе в нескольких десятках метров севернее нашего домовладения, после чего как их огневые позиции так и наш двор начали подвергаться массированным ответным контрбатарейным ударам со сторорны ствольной и реактивного артиллерии 1-го корпуса ДНР. К сожалению, с использованием всё тех же штатных и недорогих неуправляемых артиллерийских и реактивных снарядов с внушительным круговым вероятным отклонением.
После трёх суток подобных «ответок» жена наконец-таки убедила меня перебраться из подвала дома в более защищённое и углубленное бомбоубежище, расположенное под дворцом культуры «Молодёжный» по ул. Харлампиевская 17/25. Сам же я, несмотря на всю осведомлённость в тактических вопросах, опасался выводить десятилетнюю дочь и жену на открытое пространство для 300-метровой перебежки в «Молодёжный», ведь помимо эпизодического артиллерийского «обмена любезностями» между позициями 1-го армейского корпуса НМ ДНР и ВСУ, парой кварталов ниже разразились уличные бои в городской застройке частного сектора с использованием АК-74М, СВД, крупнокалиберных 12,7-мм пулемётов и РПГ-7.
Шальные пули также не исключались, невзирая на тот факт, что наш дом на Николаевской 13 и маршрут к «Молодёжному» находились на господствующей высоте относительно квадрата наиболее активных уличных боёв (с превышением около 15 — 20 метров). Ведь рикошет мог произойти от любой бетонной обечайки и металлоконструкции близлежащих домов.
Успешно переместившись в «бомбик» под «Молодёжкой», мы вспомнили о продуктах питания, которые забыли в бытовках и коридоре на Николаевской 13. За ними я отправился с нашей приятельницей Кристиной на следующий день, около 10:30. Проживая в одном из домов нашего жилищного кооператива, она также не успела забрать в бомбоубежище целую вереницу продуктов для своей семьи из трёх детей, мамы Вики и отчима Саши.
Переждав в здании «Мариупольгаза» интенсивную ракетно-артиллерийскую ответку по позициям ВСУ в гаражном кооперативе, мы с Кристиной пересекли Николаевскую и направились к калитке нашего двора. Именно в этот момент последовала очередная четверть пакета «Града» в район нашего квадрата… Следуя в трёх метрах передо мной, Кристина попала в конус разлёта осколков и была убита прямым попаданием в переносицу… Руслан, Бодя и крошка Милана остались без мамы…
Мне же чудом удалось переждать «приход» ещё нескольких реактивных снарядов. Затем я в спешном порядке начал пробираться в 1-й корпус «Мариупольгаза», попутно обнаружив пару серьезных ранений руки и ноги. От потери крови в глазах уже мутилось, кружилась голова, но я смог найти в «Мариупольгазе» женские колготки, которыми перетянул конечности. После возврата в «Молодёжку» девушка-волонтёр Женя обработала раны и перевязала меня. Затем лечением занимались моя жена Лиза, а также Саша «Харьковский» и Жана, проколовшие мне необходимый курс «Цефтриаксона»…
Милана
Приготовление пищи на мангале во дворце культуры «Молодёжный»
Спустя примерно три недели центральные и восточные кварталы Жовтневого района перешли под полный контроль 1-го корпуса ДНР. Единственные укрепрайоны ВСУ и «Азова» остались в глуби бункеров металлургического комбината «Азовстваль». Именно поэтому город с каждым днём всё реже содрогался от контрбатарейных обменов между сторонами.
Тем не менее, полностью разрушенные жилая, промышленная и энергетическая инфраструктуры города лишили большую часть населения какой-либо здравой перспективы на скорейшее становление как взрослого поколения, так и молодёжи. Следовательно, и мы, и большинство наших родственников и знакомых приняли единственное адекватное решение о переезде в Россию.
Огромную помощь оказали нам военный корреспондент Андрей Гусельников из «Соловьёв LIVE» и его племянница Ольга. Естественно, не забываем мы и о родном Мариуполе, необходимость возврата в который даже не оспаривается, но может рассматриваться лишь после полного разминирования всех объектов и хотя бы частичного восстановления энергетического контура и инфраструктуры города силами МЧС ДНР и России.
Евгений Даманцев
Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
