Душин Валерий Викторович. Позывной «Мармон»

01.09.1984 – 21.10.2016

г. Макеевка


Поселок Трудовские на окраине Донецка – это особый населенный пункт. Здесь не просто шахта и обосновавшиеся вокруг нее шахтерские семьи, здесь проходит межа, разделяющая Марьинку и Донецк. Жители поселка запросто могли поехать в Марьинку, которая всегда славилась прекрасными молочными продуктами, а марьинцы приезжали в Донецк, чтобы приобрести… Да мало ли причин и оснований для мирных жителей быть хозяевами одной земли?


Валерий Душин родился в поселке Трудовские. Родная улица, школа, друзья, любящие родители, отстроившие дом, который должен был стоять вечно. В этот дом Валера с младшим братом часто приносили уличных щенков и котят, ежей и выпавших из гнезда птенцов. Лечили, ухаживали, кормили…

В семьях часто бывают непредвиденные ситуации, когда приходится все бросить и обживаться на новом месте. Ирина Владимировна с двумя сыновьями, старшему тогда было двенадцать, а младшему десять, переехали в Макеевку, поселок Восточный. Выросший на земле Валера тяжело привыкал к многоэтажному дому. Какие ежи и щенки? Увлекся шахматами, у него был математический склад ума. Появились новые друзья — активный, веселый, улыбчивый мальчишка собирал вокруг себя такую же добрую компанию.

В 1996-м, когда на многих свалились проблемы безденежья, Ирина Владимировна, мать двоих сыновей, еле концы с концами сводила, и тогда Валера, совсем еще мальчишка, решил помочь. Вместе с младшим братом собирали металлолом и сдавали на приемный пункт. На заработанные деньги покупали пирожки и приносили матери на работу в больницу. Мать вместе с куском пирожка глотала слезы — кормильцы…


После девятого класса Валера с друзьями ушел в 19-е авторемонтное училище, но так и не полюбил это занятие. Трудовые навыки осваивал на шахте «Трудовская», затем на шахте им. Засядько. Работал и горнорабочим, и электрослесарем.

Военные события 2014 года застали Валерия в Москве. Как и многие молодые люди, он был в строительной бригаде, изредка наведывался домой, чтобы повидаться с родными, ведь дома уже подрастал младший брат. Иногда Валерий смеялся, глядя на Пашку, мол, вот кто может помочь матери.

Мысль о том, что родной город в опасности и родной поселок Трудовские, не давала Валерию покоя. Он знал, что некоторые друзья давно охраняют рубежи Донецка, что кто-то погиб, но весть о гибели товарища не остановила. Трудовские, Александровка, Марьинка…

Когда Ирину Владимировну спросили, как она могла отпустить сына на войну, она уверенно ответила: «Он взрослый мужчина. Он пошел ради нас, ради того, чтобы мы могли жить». Так же думала и жена Валерия – Ольга.

В этой семье иначе быть не могло. Трое братьев хорошо знали историю своего прадеда Федора Пименовича Сорокина, прошедшего Финскую, а затем Великую Отечественную войну и встретившего Победу в Берлине. Вместе с матерью ухаживали за его могилой, вместе с горожанами в одной колонне в «Бессмертном полку» несли портрет прадеда.

Где бы ни выполнял боевые задания рядовой Валерий Душин (позывной «Мармон»), он стойко хранил тайну, никогда не рассказывая матери, что пришлось пережить. Женщина с больным сердцем могла не вынести тяжкого груза боли и сострадания. Для нее было огромным подарком и успокоением, когда сын оставил службу. Но разве могла мать предвидеть, что сын втайне от нее и своей жены готовится уйти в Ясиноватую, которая постоянно подвергалась обстрелам со стороны украинских бандформирований?

22 октября 2016 года зазвонил телефон. Сердце Ирины Владимировны дрогнуло, когда услышала трагическую весть…

Мать не смогла поверить в то, что ее старшего сына больше нет.

Хоронили Валерия Душина (позывной «Мармон») с воинскими почестями в Макеевке, на кладбище поселка Лесное. Она не слышала сослуживцев сына, которые рассказывали, что погиб их товарищ в бою, находясь в окопе, что снаряд разорвался у ног Валерия, что он был настоящим защитником… Она гладила посеченные осколками руки сына и все пыталась их согреть.

Валерий Душин награжден медалью «За боевые заслуги». Посмертно.

9 мая семья шла в одной колонне «Бессмертного полка». Рядом с портретом прадеда Федора несли портрет правнука – Валерия Душина.

Будяк Дмитрий Алексеевич «Шахтер»

11.04.1979 — 22.09.2014

Город — Снежное


Девятилетний Алёша Будяк гордо носит на груди отцовские медали. Ему было всего 4 года, когда папа погиб. Детская память цепко хранит теплый взгляд, добрую улыбку, и крепкие руки, которые подбрасывали его высоко в небо…


Галина Владимировна, мать Дмитрия, работает в аптеке. Когда после телефонного разговора с родными из Харькова к ней обратилась коллега с вопросом, где лучше выбрать даром квартиру: в Донецке или Луганске, — вздрогнула. И тут входит сын, кладет ключи от своей квартиры на стол со словами: «Мама, мы вчетвером бригадой уходим в ополчение». Сердце оборвалось. Потом она узнала, что это была Саур-Могила.


Хорошее наследие получил Дмитрий Будяк: его родной дед был разведчиком, воевал на Саур-Могиле. Каждый год, надевая на пиджак ордена и медали, брал с собой внука. В этот день Дима понимал, что его дед, простой шахтер, — настоящий герой. Если шахтеры такие герои, значит, и он будет настоящим шахтером. После успешного окончания школы Дмитрий поступил в Днепропетровский горный институт и с дипломом вернулся в родной город Снежное.


Работа была в радость и удовольствие. Никогда не демонстрировал превосходства над подчиненными. Наравне с простыми рабочими выполнял любые задачи. Пока не случилась авария, которая выбила мужчину из колеи. В это время жена Ирина находилась в декретном отпуске с сыном Алёшей. После семейного собрания вынесли вердикт: в декретном отпуске будет Дмитрий, а Ирина вернется на работу. К концу «декретного отпуска» и сын подрос, и Дмитрий окреп. Именно с тех пор между отцом и сыном родились самые настоящие трепетные отношения.

Дежурство на баррикадах весной 2014 года поначалу было секретным, пока Дмитрия Будяка не назначили командиром Дмитровского блокпоста. Это его блокпост первым принимал артобстрелы со стороны ВФУ, это они первыми видели кровь и смерть своих ополченцев и противника. И это он, Дмитрий, звонил матери погибшего укровояки с сообщением, чтобы приехала забрать и по-христиански похоронить тело сына, на что получил грубый ответ, что ее сын не на войне.


Служба коменданта была трудной и ответственной. Добрый и отзывчивый Дмитрий часто навещал в городе Снежное прикованных к постелям стариков. Принимая из рук неизвестного солдата пакеты с сухпайками, они с удивлением узнавали, что за окнами их квартир идет война.


Дмитриевка, Амвросиевка, Никишино, Дебальцево. Дмитрий был уверен, что именно в Дебальцево будет остановлен натиск врага. Именно отсюда попрут эту нечисть, посягнувшую на святая святых всех шахтеров – Донбасс.

С самого детства воспитанный на примерах отца, деда, старшего брата, Дмитрий по жизни прошел честно, гордо и уверенно. В его сердце вместилось столько положительных качеств, которых хватило бы не на одну жизнь. Словно знал, что его не станет, словно хотел успеть сделать на земле больше хороших дел и оставить о себе добрую славу. И только от матери не ускользнуло при последней встрече с сыном: он стал выглядеть на десять лет старше. Ведь поступки его были сродни поступкам грамотных командиров, прошедших долгий путь войны. Военный путь Дмитрия был короток, но он выполнил свою задачу – быть нужным здесь и сейчас.


22 сентября 2014 года под Никишино, в Рассыпном полуразбитая машина с выломанной со стороны пассажира дверью двигалась в направлении населенного пункта. Внезапно начался минометный обстрел. «Шахтер» принял на себя смертоносные осколки. Водитель остался жив.

Игорь Дермелёв (позывной «Погранец») вспоминает о боевом товарище с легкой улыбкой:

— Сколько горя и беды мы видели! Сколько раз мы друг друга считали погибшими! Из каких трудных переделок приходилось выходить, рискуя жизнью. Однажды случайно встретились на Саур-Могиле и словно окаменели: ты жив! Как бы хотелось, чтобы памятник, который стоит у подножия Саур-Могилы, был ошибкой. Вышел бы Дмитрий из-за огромной плиты, обнялись бы, похлопали друг друга по плечу – жив! Но с гранитной плиты на меня смотрит добрый, чуть с поволокой взгляд друга, а рядом с могилой стоит его сын Алёша и на его груди переливаются золотом отцовские медали, которые мальчишка носит вместо отца.

«За боевые заслуги»

«За освобождение Донбасса»

«Участник боев за Саур-Могилу»

Памятная медаль «100 лет Красной Армии»

— Сын остался сыном, которого любила, и всегда буду любить, — сокрушается Галина Владимировна. – Он всегда перед глазами живой.

У Ирины Николаевны, вдовы погибшего воина, и сегодня не высыхают слезы. Очень тяжело без любимого:

— Я ему благодарна за сына. Ради ребенка и живу.


Алёша заглядывает матери в глаза в поисках поддержки. Вдруг резко отворачивается: по его щеке покатилась слеза…