ПРАЖСКАЯ ВЕСНА: Маршал Конев возвращается

Реакция России на снос памятника маршалу Советского Союза Ивану Коневу в Праге является реакцией на глупость незначительных местных политиков. Об этом 5 мая сообщил президент Чехии Милош Земан в эфире Чешского радио.

***

В Старой Праге, на вилле Крамаржа, в резиденции чешского правительства шло экстренное заседание по вопросу охраны памятников и культурного наследия.

Вилла Крамаржа, построенная в 1914 году и являющаяся памятником архитектуры, утопала в цветении яблоневого сада. Майский порывистый ветер заметал дорожки сада снегом сорванных лепестков, сгущались сумерки, и казалось, что в быстро проплывающих тёмно-серых облаках накапливается какая-то неведомая сила, готовая вмиг сорваться на землю, потрясти и сделать старый уютный город другим.

На заседании правительства отчитывался глава муниципалитета Прага-6 Ондржей Коларж. Он подробно рассказал о принятом решении снести памятник Коневу, о проведённых работах по его демонтажу и реакции на это Москвы.

– Поймите, монумент являлся собственностью Праги-6, и поэтому я обратился в Еврокомиссию с призывом осудить Россию, – произнёс дрожащим голосом Коларж. – Против меня возбудили уголовное дело, и я настоятельно прошу выделить мне охрану.

Президент Земан, до этого мирно дремавший в углу зала, на пару секунд поднял голову, отпустил короткую реплику: «Это глупость!», зевнул и продолжил обдумывать ситуацию в стране и мире.

Порывы ветра усилились, срывали с гнущихся до земли яблонь последние цветки, а стоящее неподалёку от здания дерево, наклонившись, стало бить в окно толстой веткой.

Один из министров взял слово и горячо поддержал просьбу Коларжа о предоставлении ему охраны, так как он хорошо помнил рассказ своего отца, о том, как тот в 68-м ради хохмы пытался забить картофелину в выхлопную трубу русского танка, и где та картофелина в итоге оказалась.

Президент Земан, до этого мирно обдумывавший судьбу Чехии, вновь на пару секунд поднял голову, отпустил короткую реплику: «Это глупость!», зевнул и продолжил анализировать внешнеполитическую ситуацию.

За окнами стало совсем темно.

Сверкнула молния, раздался гром, и через некоторое время в коридоре послышались шаги.

Звук шагов был размеренный, гулкий и тяжёлый. Не было никаких сомнений, что шёл большой человек. Его кованые сапоги, будто гигантский метроном, методично отсчитывали секунды. Шаг за шагом.

Все замерли и с опаской смотрели на двери. Ещё никогда не было так тихо в зале заседаний чешского правительства.

Отворились двери.

На пороге стоял двухметровый военный в маршальской форме с орденами на груди. Его каменное выражение лица и волевой взгляд заставили министров вжаться в кресла.

– Разрешите представиться, – раскатистым басом произнёс маршал. – Почётный гражданин города Прага Конев Иван Степанович.

Один из министров решил налить себе воды и смочить горло, но лишь облился, и быстро поставил графин на место.

– Мне доложили, что сегодня обсуждается вопрос о памятниках, – маршал сложил руки за спиной и стал прохаживаться по залу. – Это очень важный вопрос. Вы продолжайте, пожалуйста.

Члены правительства ещё больше вжались в кресла и потеряли дар речи.

Через некоторое время президент Земан с ужасом заметил, что министры становятся всё меньше и меньше. Они как будто растворялись в пространстве! Спустя пару минут, в зале остались двое.

Маршал и президент.

– А что по этому вопросу думает президент? – волевой взгляд пронзил Земана.

Президент хотел ответить, что это глупость, но почему-то в глазах всё время стояла картофелина из выхлопной трубы танка, и как он ни старался, его рот не мог издать ни звука.

– Что по этому поводу думает президент? – вновь и вновь звучал один и тот же вопрос.

Земан уже осознал всю ошибочность сноса монумента, раскаялся и готов был искупить вину, но не мог. Наконец, собрав силу воли в кулак, он подскочил и в отчаянье прокричал:

– Вернуть памятник на место!

– Зачем вы так кричите, господин президент? – премьер укоризненно взглянул на проснувшегося президента. – Я пять раз задал вам один и тот же вопрос.

Земан протёр глаза, оглядел присутствующих, взглянул в окно на утопающий в солнечных лучах сад и нервно прошипел:

– Вернуть памятник на место! Немедленно!

Гамбит Вепря