Все происходящее имеет разумное объяснение. Разумное не всегда бывает правильным, поскольку зачастую люди действуют неразумно. Кроме того, разные люди иногда считают разумными диаметрально противоположные объяснения одной и той же проблемы. Тем не менее, поскольку до сих пор политика является процессом более аналитичным, чем хаотичным, наше стремление разумно объяснить те или иные действия политиков имеют под собой практические основания. По крайней мере, мы имеем возможность определить для каждого отдельного случая наиболее ресурсосберегающую стратегию и далее оценивать во-первых, близость реальной стратегии конкретных политика, партии или государства определенному нами идеальному образцу, во-вторых, причины отклонений от «генеральной линии» (ошибка, расчет на неправильную реакцию оппонента, непреодолимость внешних воздействий и т.д.).

Заявление Германа Грефа на очередном гайдаровском форуме произвело в «интернете» взрывной эффект. В основном оно оценивается крайне негативно и эмоционально. Ограниченное число его защитников в основном указывают на то, что не будучи формально государственным служащим Греф имеет право на любые, в том числе самые нелицеприятные, оценки деятельности правительства.

И это правда, право он имеет. Но он же имеет и возможность решать когда и с какой целью этим правом пользоваться. Нельзя не отметить, что с точки зрения интересов правительства, лично Грефа и той части политического истеблишмента России, которую принято называть «либеральным блоком», заявление сделано явно не вовремя. Общество и так настроено настолько антилиберально, что не затрудняется попытками отличить либерал-патриотов от либерал-компрадоров, а готово санкционировать посадки и расстрелы всех, кто не только был замечен в симпатиях к либерализму, но и просто мимо проходил.

Именно поэтому заявление Грефа не может быть объяснено личными карьерными соображениями. В иных условиях можно было бы предположить, что чиновник, ушедший из правительства в сентябре 2007 года (таким образом не несущий ответственности за «медведевский период»), пытается предложить себя вместо не справившихся коллег. Однако сейчас, с учетом нарастающей непопулярности в народе именно экономического блока правительства (обвиняемого в излишнем либерализме) заявления Грефа (имеющего репутацию чуть меньшего либерала, чем Чубайс) явно бьют по нему самому. Требования отставки Грефа с поста руководителя «Сбербанка» уже прозвучали.

Нельзя объяснить появление подобного заявления и глупостью или неадекватностью заявителя. Герман Оскарович бесспорно умен и высококвалифицирован. Он не только качественный экономист, но и весьма матерый политик. Более того, заявление Грефа не первое и, думаю, не последнее в ряду весьма спорных заявлений правительственных чиновников, наперегонки пытающихся повторить подвиг унтер-офицерской вдовы. Людей, которые умудрились пройти путь «от Ильича до Ильича», начав карьеру еще при советской власти, продолжив ее при Ельцине (когда многих советских чиновников «потеряли»), а затем и при Путине (в правление которого «потерялось» уже немало ельцинских фаворитов) трудно заподозрить в коллективной неадекватной оценке политической реальности, Если они что-то делают, делают упорно и последовательно, значит им это зачем-то надо.

А что они делают? Они явно умышленно раздражают жесткими радикальными заявлениями и без того не любящее их население. Они фактически провоцируют в обществе и СМИ шум с требованиями их отставки. При этом к их работе претензий у президента нет. Они действительно предельно аккуратно проводят корабль российской экономики сквозь рифы санкций и идеальный шторм глобального системного кризиса.

Что получаем в итоге? В идеале, рано или поздно, недовольство общества финансово-экономическим блоком правительства в частности и либералами в целом достигнет того предела, за которым Путин вынужден будет санкционировать отставку правительства. Президент внимательно прислушивается к мнению народа и старается, по возможности, с ним не конфликтовать. То есть, либералы сами же инициируют свой уход из власти.

Зачем? Наступил 2016 год. Президентские выборы в России состоятся 11 марта 2018 года (первый тур). Осталось чуть больше двух лет. Самое позднее с сентября 2017 года развернется подготовка госструктур к ведению избирательной кампании. В том числе и переформатирование правительства, если это понадобится.

А понадобится практически неизбежно, поскольку 2016 год будет для Российской экономики тяжелым. Если даже на 2017 год оправдаются оптимистичные прогнозы (что еще вилами по воде писано), то, учитывая неизбежный полугодичный (а то и годичный) люфт, позитивные изменения население начнет ощущать не ранее конца 2017 – начала 2018 года (это если позитивные изменения вообще будут). Таким образом, правительство, которое будет руководить страной в 2016-2017 годах практически неизбежно должно быть принесено в жертву избирательной кампании 2018 года. Следовательно, сейчас надо уйти, чтобы в конце 2017 – начале 2018 года триумфально вернуться.

Как раз двух лет достаточно, чтобы новое правительство успело исчерпать кредит доверия и народ начал ностальгировать о предшественниках, при которых «было намного лучше». Причем правда «было намного лучше», поскольку любой кабинет, который придет на смену правительству Медведева как минимум не улучшит ситуацию, а, скорее всего ухудшит. Организационные перетряски, неизбежные при смене правительства, наложившись на усиливающийся глобальный кризис должны будут снизить управляемость финансово-экономическими процессами, а значит заметно ухудшить общее положение в стране.

Таким образом, в 2018 году уже те, кто сегодня окажется во власти будут балластом на президентских выборах, а сегодняшние отставники смогут триумфально вернуться в команду президента, доказав свою незаменимость.

Почему надо идти таким сложным путем, если можно просто подать в отставку? Потому, что уход правительства в отставку по собственной инициативе будет воспринят Путиным, как бегство команды с корабля (на котором остались капитан и пассажиры) в шторм. Они не первый десяток лет работают с президентом и легко прогнозируют его реакцию на те или иные действия. Если они уйдут сами – они будут дезертирами, которых Путин никогда больше, ни при каких условиях не возьмет на работу. Если их отправит в отставку Путин под давлением общественности, а без них все настолько ухудшится, что их вновь должны будут призвать для спасения положения, президент еще и будет чувствовать себя виноватым перед ними. Да и всем критикам правительственного курса можно будет отвечать: «Вам уже дали попробовать порулить. Дорулились!»

Так что, с моей точки зрения, люди, желающие остаться во власти и на период четвертого срока Путина, пытаются совершить вполне разумный политический маневр – уйти, чтобы вскоре вернуться. Однако особенности характера президента, который не терпит предательства (даже по политическим мотивам и ограниченного политическим пространством) заставляют их идти на сложный информационно-политический маневр, придающий отставке правительства по собственной инициативе вид естественного хода вещей.

Так что, думаю, мы еще не одно заявление подобное грефовскому услышим. Прекратятся они только в том случае, если до конца 2016 года правительству не удастся добиться собственной отставки. Одного не полного 2017-го не хватит, чтобы произошла полная дискредитация преемников (которые будут обладать достаточно большим кредитом народного доверия, дополняющимся предвыборными ожиданиями). В таком случае, придется менять тактику и любой ценой удерживаться во власти, поскольку если действующее сегодня правительство уберут в 2017 году, да еще поближе к выборам, то оно за два кризисных года успеет впитать столько негатива, что возвратиться будет очень сложно. Тем более, что кризис же когда-нибудь должен закончиться. И преемникам вполне может повезти.

Так что игра идет на грани фола, но кто не рискует, тот не пьет шампанское.

Ростислав Ищенко