Известие о том, что саммит "Нормандской четвёрки" по Украине пройдет в Париже 2 октября 2015 года, дает наилучшее возможное доказательство того, что четыре руководителя будут не только обсуждать вопросы, но и принимать решения в ходе этих встреч: русская дипломатия – последовательная преемница советской дипломатии с ее принципом «нет встреч на высшем уровне без значимых решений».
Лишним подтверждением этому является встреча министров иностранных дел "Нормандской Четверки" - в Берлине 12 сентября, на которой министры работали над решениями, которые будут приниматься лидерами в Париже. Их подготовительная работа будет продолжаться в кулуарах Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке в конце сентября.
Природа формата "Нормандской четверки" очень загадочна. С начала кризиса Украина является очень эмоциональной темой для публики в России, Украине, Европе и США, не удивительно, что лидеры предпочитают обсуждать текущую ситуацию, свои позиции и соглашения за закрытыми дверями. Это лучше для внутренней политики своих стран. Несмотря на загадочную природу переговоров "Нормандской четверки", мы все же можем оценить текущее состояние конфликта Украины и различные возможные варианты.
Во-первых, мы должны признать, что вышеупомянутые эмоциональные чувства общественности и стремление как СМИ, так и "экспертов" сенсационализировать вопросы и привлечь внимание общественности к себе, делают понимание конфликта Украины затруднительным. Мы помним каким интенсивным было нагнетание обстановки в средствах массовой информации в конце августа 2015 года, по нескольку раз в день журналисты и "эксперты" обещали возобновление военных действий. Ежедневно можно было прочитать о десятках тысяч военнослужащих с обеих сторон, об их стратегии и тактике. Казалось, что все знали "секретные" планы наступления и сообщали о "беспрецедентном" движении войск.
... Тем не менее, ничего не произошло.
Причина этого проста: на самом деле никто не заинтересован в возобновлении военных действий. Ни Украина, ни Донецк и Луганск не могут выиграть в военном отношении или хоть сколько-нибудь значительно улучшить свои позиции. Чтобы оценить состояние украинских сил мы можем просто процитировать президента Порошенко. Во время своего недавнего интервью на украинском телевидении он объяснил почему европейцы и американцы отказались поставлять оружие украинской армии тремя причинами. Первая: "у вас [у Украины] нет армии"; вторая и третья были связаны с присутствием российских агентов на Украине и украинской коррупцией. Очевидно, что очень трудно воевать без армии.
Более того, тяжело понять каким образом Украина может быстро получить эффективные военные силы. С начала конфликта на Украине было шесть волн мобилизации. Сам факт, что их было шесть, означает, что первых пяти оказалось недостаточно. Результаты шестой волны не были впечатляющим: даже по данным украинского Генерального штаба, мобилизация дала не более шестидесяти процентов необходимого количества призывников.
Но, чтобы создать армию, даже из этих новобранцев, Украина нуждается в деньгах. А вот здесь ситуация становится еще сложнее. В настоящее время Украина тратит около 5% своего ВВП на оборону; военный бюджет на следующий год $4 млрд., увеличившись на $1,6 млрд. в этом году. И этот бюджет выполняется в то время, когда Украина продолжает просить спасения от иностранных кредиторов, а денег в бюджете не хватает даже чтобы покрыть расходы на вакцинацию от полиомиелита, который снова обнаружен на Украине.
Еще меньшие шансы, что наступательная кампания начнётся Луганской и Донецкой народными республиками. Какими могли бы быть задачи этой кампании? Уничтожить от пятидесяти до семидесяти пяти тысяч украинских военных? Или взять Днепропетровск, Харьков, Одессу? Киев? Утверждать, что выполнение этих задач достижимо можно, но никто не может доказать, что это будет легко.
Даже такой краткий анализ показывает, что возобновление военных действий – это последнее, что находится в киевских, донецких или луганских повестках дня. Но это не означает, что обе стороны будут искать пути к примирению. С каждым днем, конфликт все больше напоминает холодную войну - противостояние между прозападным правительством в Киеве и лидерами Луганска и Донецка, которые заявили о своей приверженности "Русскому миру". Конечно, это противостояние не в количестве оружия, не в изысканности и привлекательности идеологии, но в том, как эти конфликтующие стороны представят населению хотя бы минимально функционирующее государство.
Если Украина станет процветающим и демократическим государством, безопасным для своих граждан, уважительным к их культурному разнообразию и полностью интегрированным в Европу, "Русский Мир" потеряет свою привлекательность для населения Луганской и Донецкой республик. И наоборот, если восточно-украинские республики будут в состоянии обеспечить свое население природным газом, топливом, электроэнергией, рабочими местами и социальными службами, когда Украина погрузится в экономические и политические потрясения, ни большого количества добровольцев, ни спонсируемых олигархами батальонов (даже с лучшим западным оружием) не будет достаточно, чтобы остановить население территорий, прилежащих к этим республикам, от переноса лояльности с Киева на пророссийские образования (особенно, когда эти батальоны понадобятся в Киеве, чтобы предотвратить еще один Майдан или бороться за власть).
Понимание текущего состояния конфликта в Украине как в основном ненасильственной конкуренции двух сторон дает нам хорошую предпосылку для анализа переговоров "Нормандской четверки".
Прежде всего, очевидно, что в "Нормандской четверке" отсутствуют Соединенные Штаты – главный сторонник существующего режима в Украине. Весной посол Тефт заявил, что США не были приглашены. Тем не менее, ряд вопросов остается без ответа. Откажутся ли члены "Нормандской четверки" от участия президента Обамы, если он попросит включить его в состав переговорщиков? Готов ли президент Обама, не только сидеть на многочасовых напряженных переговорах, но и признать, что ситуация несколько сложнее, чем это изображают чиновники в Вашингтоне (что демократическая Украина успешно борется против российской агрессии и развивает свою экономику, то время как западные санкции против России успешно работают)? Кроме того, готов ли президент Обама принять на себя полную ответственность за результаты таких переговоров и их реализацию?
Во-вторых, высоки шансы, что скорее раньше, чем позже, руководители Донецкой и Луганской народных республик будут сторонами переговоров "Нормандской четверки". Ясно, что для президента Порошенко будет трудно находиться за столом с политиками, которых он считает террористами. Но он может понять преимущества, которые такие переговоры могут принести, особенно, когда они приводят к стабильному прекращению огня и дальнейшим шагам в реализации соглашения "Минск-II". Это будет означать, что Россия и Запад ведут переговоры и ищут долгосрочных решений для своих сторонников. Опять же, трудно воздержаться от параллелей с холодной войной двух конкурирующих государств, существовавших в Германии, Вьетнаме, Йемене и на Корейском полуострове. В то время конфликты между этими государствами в значительной степени регулировались Москвой и Вашингтоном. Сегодня с конфликтом на Украине имеют дело Москва и западные столицы.
В-третьих, Россия была и остается в лучшем положении в плане поддержки восточно-украинских республик, по сравнению с тем, насколько Запад может и готов поддержать Киев. Россия не только имеет географическое преимущество и обеспечивает гуманитарную помощь для населения в Луганской и Донецкой народных республик, но также снабжает их электроэнергией и природным газом, финансирует бюджеты и помогает построить функциональный государственный аппарат. По словам Александра Ходаковского, секретарь Совета Безопасности ДНР, Россия обеспечивает около 70 процентов бюджета Донецкой Народной Республики.
Зима идет, и природный газ из России будет необходим не только для Донецкой и Луганской республик (руководители которых могут рассчитывать на Россию), но и для Украины. Прошлая зима была мягкой, а Украина получила помощь от соседей, санкционированную Берлином, Брюсселем и Парижем. Но на этот раз скоординировать отношения между Брюсселем и другими государствами-членами ЕС, чтобы обеспечить поддержку Украине будет сложно. С одной стороны, ЕС должен уделять более пристальное внимание ситуации в Греции; с другой стороны, противостояние между западными и восточными европейскими государствами-членами ЕС по квотам на беженцев становится ожесточеннее. С этими нерешенными вопросами кризис на Украине будет оставаться на заднем плане, тем более, если не возобновятся крупные боевые столкновения.
Для переговоров "Нормандской четверки" такая ситуация означает, что России не нужно будет спешить, чтобы принять новые решения и таким образом, значительно изменить ситуацию в Восточной Украине – при той тяжелой экономической ситуации, как в Донецкой и Луганской Народной Республиках, они имеют поддержку России, а вот Украине помощи от Запада в достаточной степени не хватает, и она остается с собственными большими проблемами.
В заключение, мы можем констатировать, что октябрьские переговоры в Париже будут значительными, потому что обе стороны конфликта признают соглашения "Минск-II". Мы можем ожидать, что в Париже будущее "Минска-II" будет определено. Что может быть результатом этих переговоров? Поводов ожидать каких-либо важных или существенно новых решений нет, потому что ни Соединенные Штаты, главный покровитель Киева, ни руководители Донецкой и Луганской народных республик не будут представлены в Париже. Несмотря на это, все стороны заинтересованы в том, чтобы "Минск-II» реализовался. Последнее означает, что, скорее всего, в Париже будут согласованы некоторые ориентиры и контрольные сроки с целью продления жизни "Минска-II". И это частичное развитие будет в интересах России, так как чем больше времени проходит, тем сильнее становятся Донецкая и Луганская Народные Республики.
Nikolay Pakhomov for "The National Interest Magazine"
