Фильм о Владимире Путине "Президент" выйдет в эфир 26 апреля в 21:30 на телеканале "Россия". Проект приурочен к 15-летию нахождения во власти Владимира Путина. В фильме также использованы редкие съемки личных операторов Владимира Путина, документальная хроника разных лет, интервью с представителями политической и бизнес-элиты страны.
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: В воскресенье выйдет фильм, который называется "Президент". Я вчера с большим интересом прочитал якобы цитаты из меня. Я не давал никому интервью. Я только сегодня дам интервью для единственного печатного издания. У меня в два часа там будет встреча. Для "Известий". Поэтому все те цитаты со ссылкой на меня - это, я так понимаю, перепевки нашей радийной программы, притом неточные.
Шафран: Как обычно это бывает.
Соловьёв: Ну, да. То есть очень далёкие от точного. Например, цитируется якобы Путин в моём пересказе о том, что Путину не нравится быть президентом. Путин говорил несколько иначе. Если быть точным, совсем иначе. Там не шла категория "нравится - не нравится", а "от чего приходится отказываться". Об этом шла речь. И речь шла о том, что я спросил Путина, может ли он отказаться от должности. Представляет ли он себе, что он не будет президентом. И Путин сказал, что для него это очень важный вопрос, и что он вообще такой проблемы не видит для себя. Для него это такой важный критерий.
Конечно, я уже видел готовую работу. Там отнюдь не только интервью. Я не постесняюсь, это потрясающая работа, проделанная Саидой Медведевой и всей её творческой группой. Интервью - одно из частей. Гигантская работа с архивными материалами, видеохроникой, беседами с очень разными людьми - от самых простых до самых знаменитых. Множество, я уверен, будет того, что вы уже подзабыли, а может быть, никогда и не знали. Фильм смотрится на одном дыхании. То есть это такая новейшая история России. Никакого лизоблюдства, никакого чинопочитания. Абсолютно ничего нет. Так что ненавистников просьба успокоиться сразу. Им, конечно, это не поможет, но...
Шафран: Ну, это такое событие ожидаемое, как и фильм про Крым.
Соловьёв: Они очень разные.
Шафран: Я помню, все друг друга спрашивали: "Ну, что? Посмотрели?" - "Конечно. Сейчас пересматриваем".
Соловьёв: Нет. Ну, фильм про Крым потрясающий, великолепно сделанный. Но эта работа о дне сегодняшнем, об актуальных событиях. Наша задача была - сделать фильм о 15 годах. И совсем другой подход, чем в фильме о Крыме. То есть если в фильме о Крыме ты видел много реконструкций событий, то у нас только хроника-хроника. То есть жёсткая-жёсткая хроника-хроника.
Шафран: 26 апреля, друзья, - это воскресенье. Я проверила. В 21:30.
Соловьёв: Можешь не сомневаться. 26 апреля, в 21:30. Какой президент в общении? Так получилось, что в силу ряда обстоятельств я беседовал с президентами некоторых стран и у некоторых брал интервью. Это звучит, наверное, нескромно, но просто так получилось. Я беседовал с двумя американскими президентами и брал интервью у одного.
Шафран: Это у какого?
Соловьёв: Я беседовал с двумя Бушами и брал интервью у Буша-младшего.
Шафран: А какой, кстати, младший Буш в личном общении?
Соловьёв: Очень серьёзный человек. Умный, чёткий, готовящийся, прекрасно знающий, какой образ надо играть.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: В воскресенье выйдет фильм, который называется "Президент". Я вчера с большим интересом прочитал якобы цитаты из меня. Я не давал никому интервью. Я только сегодня дам интервью для единственного печатного издания. У меня в два часа там будет встреча. Для "Известий". Поэтому все те цитаты со ссылкой на меня - это, я так понимаю, перепевки нашей радийной программы, притом неточные.
Шафран: Как обычно это бывает.
Соловьёв: Ну, да. То есть очень далёкие от точного. Например, цитируется якобы Путин в моём пересказе о том, что Путину не нравится быть президентом. Путин говорил несколько иначе. Если быть точным, совсем иначе. Там не шла категория "нравится - не нравится", а "от чего приходится отказываться". Об этом шла речь. И речь шла о том, что я спросил Путина, может ли он отказаться от должности. Представляет ли он себе, что он не будет президентом. И Путин сказал, что для него это очень важный вопрос, и что он вообще такой проблемы не видит для себя. Для него это такой важный критерий.
Конечно, я уже видел готовую работу. Там отнюдь не только интервью. Я не постесняюсь, это потрясающая работа, проделанная Саидой Медведевой и всей её творческой группой. Интервью - одно из частей. Гигантская работа с архивными материалами, видеохроникой, беседами с очень разными людьми - от самых простых до самых знаменитых. Множество, я уверен, будет того, что вы уже подзабыли, а может быть, никогда и не знали. Фильм смотрится на одном дыхании. То есть это такая новейшая история России. Никакого лизоблюдства, никакого чинопочитания. Абсолютно ничего нет. Так что ненавистников просьба успокоиться сразу. Им, конечно, это не поможет, но...
Шафран: Ну, это такое событие ожидаемое, как и фильм про Крым.
Соловьёв: Они очень разные.
Шафран: Я помню, все друг друга спрашивали: "Ну, что? Посмотрели?" - "Конечно. Сейчас пересматриваем".
Соловьёв: Нет. Ну, фильм про Крым потрясающий, великолепно сделанный. Но эта работа о дне сегодняшнем, об актуальных событиях. Наша задача была - сделать фильм о 15 годах. И совсем другой подход, чем в фильме о Крыме. То есть если в фильме о Крыме ты видел много реконструкций событий, то у нас только хроника-хроника. То есть жёсткая-жёсткая хроника-хроника.
Шафран: 26 апреля, друзья, - это воскресенье. Я проверила. В 21:30.
Соловьёв: Можешь не сомневаться. 26 апреля, в 21:30. Какой президент в общении? Так получилось, что в силу ряда обстоятельств я беседовал с президентами некоторых стран и у некоторых брал интервью. Это звучит, наверное, нескромно, но просто так получилось. Я беседовал с двумя американскими президентами и брал интервью у одного.
Шафран: Это у какого?
Соловьёв: Я беседовал с двумя Бушами и брал интервью у Буша-младшего.
Шафран: А какой, кстати, младший Буш в личном общении?
Соловьёв: Очень серьёзный человек. Умный, чёткий, готовящийся, прекрасно знающий, какой образ надо играть.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
Владимир Соловьёв о фильме «Президент»
Отказ ехать в Москву на 9 мая - позор для Израиля
"Еврейский взгляд на русский вопрос". Русско-еврейское сотрудничество, иудео-христианский союз. Гость - израильский политолог и философ Авигдор Эскин.
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Ты мне скажи: а почему Израиль не присылает на 9 мая высокопоставленных представителей на парад? Якобы они отказали, потому что шабат - им нельзя ездить.
Эскин: Ты меня не можешь обвинить в том, что я не защищаю позицию Израиля обычно.
Соловьёв: Тебя - не могу. В обратном - могу, а в этом - не могу.
Эскин: И точно так же, как 95 процентов наших радиослушателей проголосовало за меня, когда я поддерживал Израиль, я надеюсь, что сегодня вы меня поймёте, когда я в прямом эфире буду осуждать конкретно действия конкретно израильских чиновников. Вот что бы там ни было в конечном счёте сказано кем-то из израильских чиновников, если (ещё есть время, кстати, изменить это решение) 9 мая Израиль не будет представлен в Москве на самом высоком уровне, то каждый из нас должен сказать: "Это позор", каждый из нас должен сказать нашему правительству именно, исходя из патриотических, израильских, еврейских позиций: "Мы это не приемлем". И в самой жёсткой форме, чтобы никому не показалось, что здесь есть какое-то "да, но".
История носит характер какой-то чиновничьей грызни. Я сейчас не хочу вдаваться в подробности, кто там начал, правильно ли повёл себя тот или иной российский чиновник в каких-то переговорах, когда там появилась тема С-300. Не 300, не 400, не 500. Мы можем сколько угодно спорить с Россией о политике на Ближнем Востоке. Но всё, что касается 70-летней годовщины Победы, мы, как израильтяне, обязаны быть в Москве, приехать, преклониться и сказать: "Спасибо русскому народу". Вот наша позиция в этот день. Всё. 10 мая мы можем продолжить споры по любым вопросам с российским правительством. Это очень важный момент.
Если мы этого не говорим открыто и чётко, то грош цена нашей позиции по всем остальным вопросам. Просто это должно быть понятно. Это, кстати, как я себе представляю, понятно и нашему премьер-министру Нетаньяху, по крайней мере. И бывшему нашему президенту Пересу это очень хорошо понятно. Я слышал выступления у тебя нашего посла Голендер, которая сказала больше, чем я даже от неё ожидал. Прекрасное выступление, чёткое - лучше не скажешь. По всем вопросам, связанным с памятью Второй мировой войны. И, не взирая на это, а воз и ныне там.
Как ты понимаешь, шабат там совершенно не при чём, поскольку главные раввины России будут на параде. Не надо лохматить бабушку, как говорит в таких случаях Задорнов. Оставьте шабат в покое. Я не думаю, что сейчас мы в прямом эфире должны с кем-то вообще вести какой-то гипотетический спор по этому вопросу. Не о том речь. Самое главное, что надо найти способ показать, что мы в этом полностью на стороне России. Наши споры по каким-то деталям ближневосточных хитросплетений сейчас касаются 8 мая, 7 мая, 10 мая. А вот 9 мая, что бы там ни было, как бы мы были с чем-то не согласны, политики России...
Я, кстати, не вижу, чтобы со стороны России по отношению к Израилю были предприняты какие-то шаги, которые нас должны сейчас особо не устраивать. Ничего нового я не вижу в этом. С-300 была оговорена заранее. С-300 Сирии не поставляется.
Соловьёв: Совершенно верно. Это очень важный момент.
Эскин: Позиция по Палестинскому государству - я не знаю, зачем это было повторять... Источник
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Ты мне скажи: а почему Израиль не присылает на 9 мая высокопоставленных представителей на парад? Якобы они отказали, потому что шабат - им нельзя ездить.
Эскин: Ты меня не можешь обвинить в том, что я не защищаю позицию Израиля обычно.
Соловьёв: Тебя - не могу. В обратном - могу, а в этом - не могу.
Эскин: И точно так же, как 95 процентов наших радиослушателей проголосовало за меня, когда я поддерживал Израиль, я надеюсь, что сегодня вы меня поймёте, когда я в прямом эфире буду осуждать конкретно действия конкретно израильских чиновников. Вот что бы там ни было в конечном счёте сказано кем-то из израильских чиновников, если (ещё есть время, кстати, изменить это решение) 9 мая Израиль не будет представлен в Москве на самом высоком уровне, то каждый из нас должен сказать: "Это позор", каждый из нас должен сказать нашему правительству именно, исходя из патриотических, израильских, еврейских позиций: "Мы это не приемлем". И в самой жёсткой форме, чтобы никому не показалось, что здесь есть какое-то "да, но".
История носит характер какой-то чиновничьей грызни. Я сейчас не хочу вдаваться в подробности, кто там начал, правильно ли повёл себя тот или иной российский чиновник в каких-то переговорах, когда там появилась тема С-300. Не 300, не 400, не 500. Мы можем сколько угодно спорить с Россией о политике на Ближнем Востоке. Но всё, что касается 70-летней годовщины Победы, мы, как израильтяне, обязаны быть в Москве, приехать, преклониться и сказать: "Спасибо русскому народу". Вот наша позиция в этот день. Всё. 10 мая мы можем продолжить споры по любым вопросам с российским правительством. Это очень важный момент.
Если мы этого не говорим открыто и чётко, то грош цена нашей позиции по всем остальным вопросам. Просто это должно быть понятно. Это, кстати, как я себе представляю, понятно и нашему премьер-министру Нетаньяху, по крайней мере. И бывшему нашему президенту Пересу это очень хорошо понятно. Я слышал выступления у тебя нашего посла Голендер, которая сказала больше, чем я даже от неё ожидал. Прекрасное выступление, чёткое - лучше не скажешь. По всем вопросам, связанным с памятью Второй мировой войны. И, не взирая на это, а воз и ныне там.
Как ты понимаешь, шабат там совершенно не при чём, поскольку главные раввины России будут на параде. Не надо лохматить бабушку, как говорит в таких случаях Задорнов. Оставьте шабат в покое. Я не думаю, что сейчас мы в прямом эфире должны с кем-то вообще вести какой-то гипотетический спор по этому вопросу. Не о том речь. Самое главное, что надо найти способ показать, что мы в этом полностью на стороне России. Наши споры по каким-то деталям ближневосточных хитросплетений сейчас касаются 8 мая, 7 мая, 10 мая. А вот 9 мая, что бы там ни было, как бы мы были с чем-то не согласны, политики России...
Я, кстати, не вижу, чтобы со стороны России по отношению к Израилю были предприняты какие-то шаги, которые нас должны сейчас особо не устраивать. Ничего нового я не вижу в этом. С-300 была оговорена заранее. С-300 Сирии не поставляется.
Соловьёв: Совершенно верно. Это очень важный момент.
Эскин: Позиция по Палестинскому государству - я не знаю, зачем это было повторять... Источник
Русский "авось" уносит больше жизней, чем войны
Виновные в распространении пожаров в Хакасии чиновники должны нести ответственность. Об этом заявил президент Владимир Путин во время общения с жителями, находящимися в пункте временного размещения в Абакане. На прямой связи - корреспондент Сергей Зыблев.
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Я в бешенстве.
Шафран: Что случилось?
Соловьёв: Я в абсолютном бешенстве. Объясните мне, пожалуйста. Я внимательно смотрю за всем тем, что происходит в Хакасии. Это трагедия. Пожары. Тысячи людей пострадавших, десятки погибших. И я не понимаю, кто виноват. Я просто не могу понять, кто виноват. Когда вчера Медведев принимает постановление правительства о том, что не надо поджигать сухостой и траву, у меня возникает ощущение, что я живу в каком-то... Я не понимаю, где я живу. Ну, давайте следующее заседание правительства будет посвящено проблеме, можно или нельзя развешивать сушиться мокрое бельё на линии высоковольтных передач. Когда здравый смысл в народе отсутствует как таковой, малейшее понимание о противопожарной службе отсутствует... Это что, первый раз такое бедствие?
Нам говорят о том, что изменения климата привели к ситуации с пожарами. Стоп. Метеорит что ли упал? Изменения климата - они что, в секунду произошли? А что, лесом никто не занимается в стране? Никто не следит, что там происходит? Нет никакого представления о расчёте угроз? Если люди живут на этой земле, это первый пожар в их жизни? Есть же технологии не только борьбы с пожарами, но и предотвращения распространения огня. Не знаю, рвы какие-то... Что-то же всегда было. И вдруг выясняется, что бах - вся страна сейчас должна бросать туда ресурсы. Туда приезжают все подряд, чтобы сказать что? Не жгите мусор во дворе и не поджигайте сухую траву? Ань, я не прав?
Шафран: Абсолютно с вами согласна.
Соловьёв: Возникает ощущение... Что, нам надо создать министерство по запрещению сжигания сухой травы? Жалко людей, очень жалко. Но я просто не могу даже оценить... Ситуация какая-то безумная. Просто реально безумная.
Шафран: С нами сейчас на прямой связи - собственный корреспондент ВГТРК в Хакасии Сергей Зыблев. Здравствуйте, Сергей.
Соловьёв: Сергей, спасибо большое, что согласились выйти в эфир. Сергей, сейчас понятно, из-за чего возникла эта трагедия?
Зыблев: Владимир, конечно, понятно. Трагедия возникла из-за того, что кто-то поджог траву. Кто именно, сейчас непонятно. Пожар распространился на огромные расстояния. То есть спичку бросили в одном месте, а дома и посёлки загорелись в десятке километров от очага, от места возникновения пожара. Поэтому понятно, что это человеческий фактор. Но каких-то персоналий называть пока сложно.
Соловьёв: А это первый пожар в этом районе?
Зыблев: Конечно же, нет. Здесь что ли традиция - сжигать весной траву. Чтобы не перепахивать поля, их попросту выжигают. Так дешевле сельхозпроизводителям производить работы и засеивать поля.
Соловьёв: А существует какая-либо технология, известная в том числе и региональным властям, о пресечении продвижения огня, пожара? Рвы противопожарные, водные преграды, встречный огонь. Или ничего не знают?
Зыблев: Владимир, вы перечислили практически всё. Сейчас все посёлки ежегодно должны опахивать по периметру, делать вспаханную полосу шириной 17 метров для противопожарной безопасности.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Я в бешенстве.
Шафран: Что случилось?
Соловьёв: Я в абсолютном бешенстве. Объясните мне, пожалуйста. Я внимательно смотрю за всем тем, что происходит в Хакасии. Это трагедия. Пожары. Тысячи людей пострадавших, десятки погибших. И я не понимаю, кто виноват. Я просто не могу понять, кто виноват. Когда вчера Медведев принимает постановление правительства о том, что не надо поджигать сухостой и траву, у меня возникает ощущение, что я живу в каком-то... Я не понимаю, где я живу. Ну, давайте следующее заседание правительства будет посвящено проблеме, можно или нельзя развешивать сушиться мокрое бельё на линии высоковольтных передач. Когда здравый смысл в народе отсутствует как таковой, малейшее понимание о противопожарной службе отсутствует... Это что, первый раз такое бедствие?
Нам говорят о том, что изменения климата привели к ситуации с пожарами. Стоп. Метеорит что ли упал? Изменения климата - они что, в секунду произошли? А что, лесом никто не занимается в стране? Никто не следит, что там происходит? Нет никакого представления о расчёте угроз? Если люди живут на этой земле, это первый пожар в их жизни? Есть же технологии не только борьбы с пожарами, но и предотвращения распространения огня. Не знаю, рвы какие-то... Что-то же всегда было. И вдруг выясняется, что бах - вся страна сейчас должна бросать туда ресурсы. Туда приезжают все подряд, чтобы сказать что? Не жгите мусор во дворе и не поджигайте сухую траву? Ань, я не прав?
Шафран: Абсолютно с вами согласна.
Соловьёв: Возникает ощущение... Что, нам надо создать министерство по запрещению сжигания сухой травы? Жалко людей, очень жалко. Но я просто не могу даже оценить... Ситуация какая-то безумная. Просто реально безумная.
Шафран: С нами сейчас на прямой связи - собственный корреспондент ВГТРК в Хакасии Сергей Зыблев. Здравствуйте, Сергей.
Соловьёв: Сергей, спасибо большое, что согласились выйти в эфир. Сергей, сейчас понятно, из-за чего возникла эта трагедия?
Зыблев: Владимир, конечно, понятно. Трагедия возникла из-за того, что кто-то поджог траву. Кто именно, сейчас непонятно. Пожар распространился на огромные расстояния. То есть спичку бросили в одном месте, а дома и посёлки загорелись в десятке километров от очага, от места возникновения пожара. Поэтому понятно, что это человеческий фактор. Но каких-то персоналий называть пока сложно.
Соловьёв: А это первый пожар в этом районе?
Зыблев: Конечно же, нет. Здесь что ли традиция - сжигать весной траву. Чтобы не перепахивать поля, их попросту выжигают. Так дешевле сельхозпроизводителям производить работы и засеивать поля.
Соловьёв: А существует какая-либо технология, известная в том числе и региональным властям, о пресечении продвижения огня, пожара? Рвы противопожарные, водные преграды, встречный огонь. Или ничего не знают?
Зыблев: Владимир, вы перечислили практически всё. Сейчас все посёлки ежегодно должны опахивать по периметру, делать вспаханную полосу шириной 17 метров для противопожарной безопасности.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
Для России на Ближнем Востоке главное - баланс
Ситуация на Ближнем Востоке, отношения Израиля и Ирана, годовщина геноцида армян и др. Гость - директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров.
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Ну, что у вас там? Очередная войнушка?
Багдасаров: Ты имеешь в виду на Ближнем Востоке?
Соловьёв: Ну, конечно. Ты же у нас главный эксперт.
Багдасаров: Я никогда не претендовал на роль главного эксперта. У меня нет таких амбиций.
Соловьёв: Знаешь, как говорят? Это у Никулина было. Когда спрашивали: "А вы какой клоун?", он говорил: "Я - второй". - "А кто первый?" - "Ну, человек пятьдесят считают себя первыми".
Багдасаров: Ну, это был анекдот про Амаяка Акопяна. "Он думает, что он первый. А на самом деле он второй. Первый - вы сами догадываетесь, кто". Нет, у меня таких амбиций нет, упаси бог. Ни в коем случае. Я не амбициозный человек. И в этом плане - тоже.
Я хотел бы остановиться на возможности конфликта Израиля и Ирана, потому что это ключевой момент. Во-первых, по поводу поставок С-300. Поставки разумные и приняты своевременно. Я больше того скажу. Может быть, это будет звучать крамольно, но дело в том, что С-300 не подпадали под санкции ООН. Это оружие оборонительного характера. Его можно было поставить ещё в 2010 году. Но не поставили. Не будем вникать, кто, зачем и почему.
Соловьёв: Притом заметь, как тактично поступило наше руководство. Потому что не продали Сирии, которая сейчас просила, понимая, что покрывается зона Израиля. И тогда, как сказал Владимир Владимирович, не один бы самолёт взлететь не смог.
Багдасаров: Это точно. 300 километров достаточно. Территория компактная, небольшая. Поэтому то, что принято поставить сейчас, - это совершенно верно. Тем более если американцы, их союзники, говорят, что переговоры в Швейцарии идут успешно, рамочное соглашение подписано. Ну, а что тогда? Тогда надо поставить, и всё. Тогда вы договаривайтесь. Не надо угрожать дубинками, что завтра мы будем бомбить.
Тут есть два момента. Первый - всё-таки поставки планировались в 2010 году. Возникает вопрос: эти пять дивизионов - они есть? Именно такой модификации. Ведь не просто С-300, а соответствующая модификация С-300. И второй вопрос: насколько подготовлены экипажи? К 2010 году, как я понимаю, они были подготовлены, готовились на нашем полигоне. Это всегда так делается, во всех странах. Когда поставляется такое сложное оружие, экипажи готовятся там, где оружие закупаются. Что случилось с этими экипажами? Кто-то уехал, кто-то приехал, но это должны быть готовые экипажи.
Соловьёв: Пять лет прошло.
Багдасаров: Да, пять лет. А без хорошо подготовленных экипажей это может и не сработать эффективно. Это же понятно. Если, допустим, как сказал министр обороны Ирана, бригадный генерал Хосейн Дехкан, когда он был здесь на международной конференции, что они ожидают поставки в конце этого года. Я не думаю. Как-то очень быстро получается. То есть эти два фактора очень важны.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
Ведущие "Вестей ФМ" - Владимир Соловьёв и Анна Шафран.
Соловьёв: Ну, что у вас там? Очередная войнушка?
Багдасаров: Ты имеешь в виду на Ближнем Востоке?
Соловьёв: Ну, конечно. Ты же у нас главный эксперт.
Багдасаров: Я никогда не претендовал на роль главного эксперта. У меня нет таких амбиций.
Соловьёв: Знаешь, как говорят? Это у Никулина было. Когда спрашивали: "А вы какой клоун?", он говорил: "Я - второй". - "А кто первый?" - "Ну, человек пятьдесят считают себя первыми".
Багдасаров: Ну, это был анекдот про Амаяка Акопяна. "Он думает, что он первый. А на самом деле он второй. Первый - вы сами догадываетесь, кто". Нет, у меня таких амбиций нет, упаси бог. Ни в коем случае. Я не амбициозный человек. И в этом плане - тоже.
Я хотел бы остановиться на возможности конфликта Израиля и Ирана, потому что это ключевой момент. Во-первых, по поводу поставок С-300. Поставки разумные и приняты своевременно. Я больше того скажу. Может быть, это будет звучать крамольно, но дело в том, что С-300 не подпадали под санкции ООН. Это оружие оборонительного характера. Его можно было поставить ещё в 2010 году. Но не поставили. Не будем вникать, кто, зачем и почему.
Соловьёв: Притом заметь, как тактично поступило наше руководство. Потому что не продали Сирии, которая сейчас просила, понимая, что покрывается зона Израиля. И тогда, как сказал Владимир Владимирович, не один бы самолёт взлететь не смог.
Багдасаров: Это точно. 300 километров достаточно. Территория компактная, небольшая. Поэтому то, что принято поставить сейчас, - это совершенно верно. Тем более если американцы, их союзники, говорят, что переговоры в Швейцарии идут успешно, рамочное соглашение подписано. Ну, а что тогда? Тогда надо поставить, и всё. Тогда вы договаривайтесь. Не надо угрожать дубинками, что завтра мы будем бомбить.
Тут есть два момента. Первый - всё-таки поставки планировались в 2010 году. Возникает вопрос: эти пять дивизионов - они есть? Именно такой модификации. Ведь не просто С-300, а соответствующая модификация С-300. И второй вопрос: насколько подготовлены экипажи? К 2010 году, как я понимаю, они были подготовлены, готовились на нашем полигоне. Это всегда так делается, во всех странах. Когда поставляется такое сложное оружие, экипажи готовятся там, где оружие закупаются. Что случилось с этими экипажами? Кто-то уехал, кто-то приехал, но это должны быть готовые экипажи.
Соловьёв: Пять лет прошло.
Багдасаров: Да, пять лет. А без хорошо подготовленных экипажей это может и не сработать эффективно. Это же понятно. Если, допустим, как сказал министр обороны Ирана, бригадный генерал Хосейн Дехкан, когда он был здесь на международной конференции, что они ожидают поставки в конце этого года. Я не думаю. Как-то очень быстро получается. То есть эти два фактора очень важны.
Полностью слушайте в аудиоверсии. Источник
