Россия и Африка: на путях военно-политического партнёрства | Китай отодвигает Россию на задние позиции в Африке
Несмотря на успехи в борьбе с сепаратистами «Азавада», Мали и его союзников ждут непростые времена
Россия и ряд западноафриканских стран приступили к предметному военно-техническому сотрудничеству. Помимо поставок военно-технической продукции, речь идёт о возможном размещении российских или совместных военных объектов на территории ряда государств в Сахельском регионе. Тем самым укрепляются геополитические позиции России на обширной территории бывшей «французской» Африки.
В минувшем ноябре по инициативе сенегальской стороны состоялся телефонный разговор Президентов России и Сенегала Владимира Путина и Марки Саллома. Тогда же Правительство РФ утвердило проект соглашения «О военном сотрудничестве» с этой страной, подготовленный военным ведомством в ходе переговоров с действующими властями Дакара.
Согласно документу, подготовка которого велась с июня и к настоящему времени вышла на «финишную прямую», военное сотрудничество с Сенегалом предусматривает обмен военно-политической и военно-технической информацией, стимулирование поставок продукции оборонного профиля, а также взаимодействие в реализации национальных оборонных программ, в подготовке военных кадров и противодействии терроризму. Соглашение планируется подписать не позже февраля 2024 года.
По имеющимся данным, в соответствии с соглашением в стране на западной оконечности Чёрного континента планируется разместить совместные пункты подготовки и переподготовки местных военных, включая обращение с военной техникой.
При этом близ столицы страны Дакара вот уже многие десятилетия дислоцируется крупная база ВВС Франции. По-прежнему действует бессрочное соглашение Франции и Сенегала (1961 года) о военно-техническом сотрудничестве.
Военные из бывшей метрополии, сфера влияния которой в Западной Африке стремительно скукоживается, имеют право дислоцироваться во всех районах Сенегала в случае того, что будет сочтено «угрозой безопасности» этой страны. В период антитеррористической операции Парижа в Мали (2019-2021 г.) в восточной части Сенегала находился ограниченный контингент французской армии.
Трудно предположить, что парижане, исторически располагающие в Сенегале весьма разветвлёнными связями, оставались в неведении относительно намерения местных властей укрепить военно-технические связи с Москвой. Вероятно, наиболее адекватные французские политики (надо полагать, таковые ещё остались) готовы с этим смириться, дабы оставшиеся позиции Франции в Западной Африке не перешли под контроль Америки.
Характерно, что именно такая политика проводилась администрациями Шарля де Голля и его преемников в отношении военно-технического сотрудничества Советского Союза со многими странами бывшей «французской» Западной и Экваториальной Африки. В свою очередь, СССР соблюдал «правила игры» в тех регионах, соблюдая баланс и не стремясь к полному обнулению позиций Франции в её былой колониальной вотчине.
Аналогичное «сенегальскому» военно-техническое соглашение планируется не позже 1-го квартала 2024 года подписать также и с Сан-Томе и Принсипи (СТП) – островным государством, получившим независимость от Португалии в 1975 года. Стратегическое расположение двух небольших островов на стыке Западной и Экваториальной Африки в Гвинейском заливе позволяет мониторить оба указанных региона, но особенно 10 прибрежных стран.
В марте 2023 г. взаимоотношения Москвы с СТП активизировались. Так, председатель Государственной думы РФ Вячеслав Володин в ходе встречи с главой Нацассамблеи этой африканской страны Сельмирой Альмейда ду Сакраменту душ Сантуш Лоуренсу заметил, что отношения России с Сан-Томе и Принсипи «находятся ещё в начале пути, но контакты парламентариев могли бы придать им дополнительную динамику.
Правильно было бы уделить внимание в первую очередь развитию торгово-экономических связей, но и, конечно, выстраивать отношения между нашими парламентами». «Россия всегда поддерживала Сан-Томе и Принсипи в борьбе за независимость. Также мы получаем большую поддержку в сферах образования и сельского хозяйства. Теперь наши отношения и эта поддержка могут выйти на новый уровень», – откликнулась глава парламента островного государства.
Развитие связей с Сенегалом и СТП можно считать логичным продолжением контактов Москвы с «Альянсом государств Сахеля» в составе Мали, Нигера и Буркина-Фасо. Как отмечает 6 декабря с. г. французская Le Моnde, «будучи державой, которая не колонизировала Африку и которая подготовила многочисленных солдат с континента в период обретения независимости и на первых шагах самостоятельного развития, Россия также предлагает оружие, не требуя компенсации.
В Нигере российские партнёры особенно популярны: новые власти пообещали уничтожить джихадистские группировки, а помочь обещали россияне… Бамако, Ниамей и Уагадугу предпочитают свой "Альянс государств Сахеля", созданный в сентябре этого года склоняющимися к России военными этой тройки перед лицом угрозы военной интервенции профранцузских стран региона в Нигер… основная часть дипломатических усилий, предпринятых Москвой в Африке в последние месяцы, направлена на сотрудничество с вышеописанным блоком».
4 декабря заместитель министра обороны РФ Юнус-Бек Евкуров побывал в Бамако и в Ниамее, где подписал с министром обороны прекратившего военное партнерство с ЕС Нигера Салифу Моди соглашение о военном сотрудничестве (содержание документа пока не раскрывается). Российскую военную делегацию принял и глава Национального совета Нигера по защите родины Абдурахман Чиани.
анее, в конце августа, Евкуров встретился с президентом Буркина-Фасо Ибрагимом Траоре и малийским лидером Асими Гойтой, обсуждая возможности укрепления оборонного и военного партнерства между государствами. Целью декабрьского визита в Мали стало дальнейшее обсуждение возможностей укрепления двустороннего сотрудничества между двумя странами. Сообщается, что делегация пробудет в Мали без малого две недели, изучая возможности реализации энергетических проектов.
В октябре и ноябре страны подписали несколько меморандумов по вопросам сотрудничества в возобновляемой энергетике, медицине, сельском хозяйстве, гражданской авиации, атомной энергетике и ее применении, нефти, строительстве железнодорожных сетей и угольной добыче.
«Энергетика – это большая проблема сегодня, и в течение двух недель сюда прибудет делегация, которая оценит и позволит нам быстро решить все вопросы, связанные с обеспечением населения энергией, а также с авиаперевозками, железнодорожными перевозками, исследованиями в области горного дела и отправкой спутников в Мали. Таким образом, мы сможем полностью охватить страну Интернетом, телекоммуникационными сетями, мониторингом и нами», – отмечает министр экономики и финансов африканской страны Алуссени Сану.
По его словам, Россия будет вовлечена в строительство железной дороги и трамвайной сети в Бамако. Кроме того, обсуждается возможность создания региональной авиакомпании, осуществляющей также перелёты в Буркина-Фасо и Нигер.
22 ноября министр экономики и финансов Мали Алуссени Сану заявил о подписании соглашения с Россией о строительстве в Бамако аффинажного завода мощностью 200 тонн в год, что «позволит нам не только контролировать всю добычу золота, но и иметь возможность правильно применять все налоги и пошлины». Предполагается, что предприятие станет крупнейшим золотоперерабатывающим заводом в стране; производство промышленного жёлтого металла в Мали в 2022 году составило 66,2 тонны.
13 октября заместитель генерального директора «Росатома» Н. Спасский и А. Сану подписали в Москве Меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области использования атомной энергии в мирных целях.
Речь идёт о развитии ядерной инфраструктуры Республики Мали, повышение информированности населения об атомных технологиях, фундаментальные и прикладные исследования, использование радиоизотопов, ядерная, радиационная и физическая безопасность, подготовка кадров, исследовательские ядерные установки и атомная энергетика. Кроме того, подписано соглашение о строительстве в Мали к середине 2025 года солнечной электростанции мощностью 200-300 мегаватт.
Примечательно сотрудничество России в военной сфере и с граничащей только с Сенегалом Гамбией, проявившей интерес к техническим средствам береговой охраны. В ходе августовского международного военно-технического форума «Армия-2023» в подмосковном Жуковском заместитель начштаба Гамбии Мамат Чам сообщил, используемый в военно-морской сфере беспилотный летательный аппарат «Морена» и некоторые другие средства «востребованы для мониторинга водных акваторий и береговой охраны Гамбии. Поэтому наша страна заинтересована закупать эту российскую продукцию».
По имеющейся информации, разработаны проекты более активного военно-технического сотрудничества РФ и с другими государствами Западной Африки, где открываются перспективы формирования полноценного военно-политического альянса, исходящего из общности интересов и реализации крупных совместных экономических проектов.
Наивно полагать, что африканские проекты России будут «усеяны розами»: так, 31 октября кочевники-туареги из «Координационного движения Азавада» обвинили Россию, Турцию, Алжир и Альянс государств Сахеля в поддержке военного режима в Бамако. Отступив в ноябре под натиском проправительственных сил из своей бывшей «столицы» в Кидале, сепаратисты перегруппировываются в полупустынных районах, заявляя о готовности продолжать борьбу, истощая малийскую армию.
А 9 декабря уже боевики под чёрным флагом запрещённой в России группировки «ДАИШ» уничтожили военную базу малийской армии близ границы с Нигером. Более чем вероятно, что диверсионно-террористические акции и впредь будут поддерживаться силами, категорически не готовыми смириться с пробивающими себе дорогу новыми постколониальными реалиями на западе Африки.
Не секрет, что после заката эпохи колониализма в ставшей «ничейной» Африке природные богатства оказались во многом бесхозными. Россия как правопреемница СССР, который активно поддерживал на Чёрном континенте национально-освободительное движение, продолжает преследовать там свои государственные интересы.
Поэтому вполне естественно стремление Москвы в той или иной мере получить доступ к африканским сырьевым ресурсам. Но с некоторых пор её в этом стремлении догнал и уже, пожалуй, перегнал динамично развивающийся конкурент – Пекин.
КНР, мило улыбаясь, успешно задвигает РФ на задние планы
В 2003-2021 годах Китай вложил в африканские государства $51 млрд (1,6% его прямых инвестиций за рубеж), Россия – $1,7 млрд (0,5%). При этом в Замбии, Зимбабве, Кении и Эритрее пятая часть зарубежных капиталов, освоенных их экономиками – из Поднебесной.
ЮАР и Конго-Киншаса – главные субъекты китайского финансирования (соответственно 12% и 10% от африканских вложений Пекина) главным образом из-за лития и урана. Данные элементы определяют будущее энергетики и всей технологической политики. Китайцы прекрасно понимают: тот, кто сегодня ими обладает, завтра завладеет миром. Другими словами, держатели этих ресурсов на своих условиях смогут навязывать решения всем остальным участникам глобальных процессов.
Цель Пекина – стать доминирующим фактором в индустриальной (в меньшей степени аграрной) структуре Африки. В основном он стимулирует строительство и добывающую отрасль, а переработку – постольку-поскольку. Таким образом, КНР сконцентрировалась на получении доступа к ценным и редким полезным ископаемым, что свидетельствует на упорное желание госсовета республики и деловых кругов Поднебесной извлечь выгоду из богатой ресурсной базы континента и в перспективе обеспечить замкнутый, вертикально интегрированный цикл для нужд собственной промышленности.
Битва за литий
Особенно интересует китайский бизнес литий – один из ключевых компонентов зелёной энергетики. За последние пару лет он инвестировал в добывающие это вещество предприятия $4,5 млрд, реализуя литиевые проекты в Зимбабве, Мали и Намибии.
Пекин поставил перед собой амбициозную задачу – к 2025 году добиться контроля над третью мирового рынка лития. В сочетании с выработкой других цветных металлов (China Moly, Zijin Mining и пр. занимаются в Африке производством 30% меди и 50% кобальта) это позволяет Китаю влиять на транснациональные логистические цепочки. Ему принадлежит около 7% от суммарной реализации добытых в Африке полезных ископаемых; тем не менее, его влияние в вышеупомянутых стратегических секторах является подавляющим.
С точки зрения конфликта интересов рост зависимости от внешних инвестиций может привести к сценарию, при котором по воле Китая будет формироваться государственная политика ряда африканских стран (а значит – и региональная ситуация). Между тем, экологические стандарты, а также проблемы промбезопасности на предприятиях, имеющих отношение к КНР, нередко игнорируются. В то же время справедливости ради стоит отметить: азиатские хозяева обеспечивают население рабочими местами и платят налоги в местную казну, что является косвенной предпосылкой устойчивого развития территорий.
Россия, вперёд... к ядерному господству!
Запад считает, что Россия использует свои энергоносители и продовольствие в качестве рычагов влияния на народы Африки. Наши скромные инвестиции в Чёрный континент выборочны, однако целенаправленны в геополитическом аспекте. Фактически они составляют 1% общего объёма иностранных вложений в Африку. Приоритетный партнёрский вектор, судя по действиям ЦБ, выстраивается в направлении Анголы, Зимбабве, Конго-Браззавиля.
Последний российско-африканский саммит продемонстрировал готовность Кремля расширять экономическую интервенцию, сосредоточившись на сельском хозяйстве, горнодобывающем производстве и энергетике. Цель – удвоить товарообмен к 2030 году. Энергетическая корпорация «Росатом» и горнодобывающая компания «Русал» участвуют в реализации проектов, которые хоть и не масштабны по объёмам финансирования, зато играют в пользу России существенную имиджевую роль.
Эти проекты прежде всего касаются критически важных ресурсов. И если китайцы ухватились за литий, россияне традиционно предпочитают уран, работать с которым у них неплохо получается везде, включая страны третьего мира. Так, «Росатом» интенсивно наращивает урановые запасы, в том числе посредством покупки мощностей в Танзании на сумму $1,15 млрд. Нигерский урановый вопрос пока неясен.
Однако урановая экспансия распространяется не только на сырьё, но и на всю топливно-ядерную фазу. РФ не принадлежит пальма первенства по отгрузке собственного урана-сырца, зато она имеет солидную долю в мировой структуре его обогащения – 46%. Это весьма актуальное обстоятельство, позволяющее адаптировать сырой уран для «пищи» почти половины существующих АЭС.
Два в одном
Наконец, Россия лидирует в экспорте атомных технологий. В 2012-2021 годах она инициировала строительство 19 атомных реакторов, причем 15 зарубежных, что гораздо больше, чем любое другое государство ядерного клуба. В большой политике всё переплетено, и российский контроль над технологией рождает кабалу для стран, использующих её.
Естественно, это касается и африканских партнёров, решивших использовать наши ядерные технологии. В свою очередь, для нас будет идеально, если российское руководство приберёт к рукам часть этого направления на континенте в комплексе.
А тут ещё вдобавок Москва – опорный поставщик вооружений в Африку, контролирующий половину здешнего рынка. Такое доминирование наряду с нестандартными методами воздействия вроде частных военных компаний усиливает управление африканским потенциалом.
Хотя экономическое присутствие России в Африке не так распространено, как китайское, её взаимодействие с африканскими режимами представляет собой хорошо структурированную систему. Впрочем, не следует забывать, что до африканского добра есть и иные охотники, жаждущие использовать его в качестве инструмента политического давления. Хотя это уже тема отдельного материала.
Ярослав Дымчук
Россия и ряд западноафриканских стран приступили к предметному военно-техническому сотрудничеству. Помимо поставок военно-технической продукции, речь идёт о возможном размещении российских или совместных военных объектов на территории ряда государств в Сахельском регионе. Тем самым укрепляются геополитические позиции России на обширной территории бывшей «французской» Африки.
В минувшем ноябре по инициативе сенегальской стороны состоялся телефонный разговор Президентов России и Сенегала Владимира Путина и Марки Саллома. Тогда же Правительство РФ утвердило проект соглашения «О военном сотрудничестве» с этой страной, подготовленный военным ведомством в ходе переговоров с действующими властями Дакара.
Согласно документу, подготовка которого велась с июня и к настоящему времени вышла на «финишную прямую», военное сотрудничество с Сенегалом предусматривает обмен военно-политической и военно-технической информацией, стимулирование поставок продукции оборонного профиля, а также взаимодействие в реализации национальных оборонных программ, в подготовке военных кадров и противодействии терроризму. Соглашение планируется подписать не позже февраля 2024 года.
По имеющимся данным, в соответствии с соглашением в стране на западной оконечности Чёрного континента планируется разместить совместные пункты подготовки и переподготовки местных военных, включая обращение с военной техникой.
При этом близ столицы страны Дакара вот уже многие десятилетия дислоцируется крупная база ВВС Франции. По-прежнему действует бессрочное соглашение Франции и Сенегала (1961 года) о военно-техническом сотрудничестве.
Военные из бывшей метрополии, сфера влияния которой в Западной Африке стремительно скукоживается, имеют право дислоцироваться во всех районах Сенегала в случае того, что будет сочтено «угрозой безопасности» этой страны. В период антитеррористической операции Парижа в Мали (2019-2021 г.) в восточной части Сенегала находился ограниченный контингент французской армии.
Трудно предположить, что парижане, исторически располагающие в Сенегале весьма разветвлёнными связями, оставались в неведении относительно намерения местных властей укрепить военно-технические связи с Москвой. Вероятно, наиболее адекватные французские политики (надо полагать, таковые ещё остались) готовы с этим смириться, дабы оставшиеся позиции Франции в Западной Африке не перешли под контроль Америки.
Характерно, что именно такая политика проводилась администрациями Шарля де Голля и его преемников в отношении военно-технического сотрудничества Советского Союза со многими странами бывшей «французской» Западной и Экваториальной Африки. В свою очередь, СССР соблюдал «правила игры» в тех регионах, соблюдая баланс и не стремясь к полному обнулению позиций Франции в её былой колониальной вотчине.
Аналогичное «сенегальскому» военно-техническое соглашение планируется не позже 1-го квартала 2024 года подписать также и с Сан-Томе и Принсипи (СТП) – островным государством, получившим независимость от Португалии в 1975 года. Стратегическое расположение двух небольших островов на стыке Западной и Экваториальной Африки в Гвинейском заливе позволяет мониторить оба указанных региона, но особенно 10 прибрежных стран.
В марте 2023 г. взаимоотношения Москвы с СТП активизировались. Так, председатель Государственной думы РФ Вячеслав Володин в ходе встречи с главой Нацассамблеи этой африканской страны Сельмирой Альмейда ду Сакраменту душ Сантуш Лоуренсу заметил, что отношения России с Сан-Томе и Принсипи «находятся ещё в начале пути, но контакты парламентариев могли бы придать им дополнительную динамику.
Правильно было бы уделить внимание в первую очередь развитию торгово-экономических связей, но и, конечно, выстраивать отношения между нашими парламентами». «Россия всегда поддерживала Сан-Томе и Принсипи в борьбе за независимость. Также мы получаем большую поддержку в сферах образования и сельского хозяйства. Теперь наши отношения и эта поддержка могут выйти на новый уровень», – откликнулась глава парламента островного государства.
Развитие связей с Сенегалом и СТП можно считать логичным продолжением контактов Москвы с «Альянсом государств Сахеля» в составе Мали, Нигера и Буркина-Фасо. Как отмечает 6 декабря с. г. французская Le Моnde, «будучи державой, которая не колонизировала Африку и которая подготовила многочисленных солдат с континента в период обретения независимости и на первых шагах самостоятельного развития, Россия также предлагает оружие, не требуя компенсации.
В Нигере российские партнёры особенно популярны: новые власти пообещали уничтожить джихадистские группировки, а помочь обещали россияне… Бамако, Ниамей и Уагадугу предпочитают свой "Альянс государств Сахеля", созданный в сентябре этого года склоняющимися к России военными этой тройки перед лицом угрозы военной интервенции профранцузских стран региона в Нигер… основная часть дипломатических усилий, предпринятых Москвой в Африке в последние месяцы, направлена на сотрудничество с вышеописанным блоком».
4 декабря заместитель министра обороны РФ Юнус-Бек Евкуров побывал в Бамако и в Ниамее, где подписал с министром обороны прекратившего военное партнерство с ЕС Нигера Салифу Моди соглашение о военном сотрудничестве (содержание документа пока не раскрывается). Российскую военную делегацию принял и глава Национального совета Нигера по защите родины Абдурахман Чиани.
анее, в конце августа, Евкуров встретился с президентом Буркина-Фасо Ибрагимом Траоре и малийским лидером Асими Гойтой, обсуждая возможности укрепления оборонного и военного партнерства между государствами. Целью декабрьского визита в Мали стало дальнейшее обсуждение возможностей укрепления двустороннего сотрудничества между двумя странами. Сообщается, что делегация пробудет в Мали без малого две недели, изучая возможности реализации энергетических проектов.
В октябре и ноябре страны подписали несколько меморандумов по вопросам сотрудничества в возобновляемой энергетике, медицине, сельском хозяйстве, гражданской авиации, атомной энергетике и ее применении, нефти, строительстве железнодорожных сетей и угольной добыче.
«Энергетика – это большая проблема сегодня, и в течение двух недель сюда прибудет делегация, которая оценит и позволит нам быстро решить все вопросы, связанные с обеспечением населения энергией, а также с авиаперевозками, железнодорожными перевозками, исследованиями в области горного дела и отправкой спутников в Мали. Таким образом, мы сможем полностью охватить страну Интернетом, телекоммуникационными сетями, мониторингом и нами», – отмечает министр экономики и финансов африканской страны Алуссени Сану.
По его словам, Россия будет вовлечена в строительство железной дороги и трамвайной сети в Бамако. Кроме того, обсуждается возможность создания региональной авиакомпании, осуществляющей также перелёты в Буркина-Фасо и Нигер.
22 ноября министр экономики и финансов Мали Алуссени Сану заявил о подписании соглашения с Россией о строительстве в Бамако аффинажного завода мощностью 200 тонн в год, что «позволит нам не только контролировать всю добычу золота, но и иметь возможность правильно применять все налоги и пошлины». Предполагается, что предприятие станет крупнейшим золотоперерабатывающим заводом в стране; производство промышленного жёлтого металла в Мали в 2022 году составило 66,2 тонны.
13 октября заместитель генерального директора «Росатома» Н. Спасский и А. Сану подписали в Москве Меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области использования атомной энергии в мирных целях.
Речь идёт о развитии ядерной инфраструктуры Республики Мали, повышение информированности населения об атомных технологиях, фундаментальные и прикладные исследования, использование радиоизотопов, ядерная, радиационная и физическая безопасность, подготовка кадров, исследовательские ядерные установки и атомная энергетика. Кроме того, подписано соглашение о строительстве в Мали к середине 2025 года солнечной электростанции мощностью 200-300 мегаватт.
Примечательно сотрудничество России в военной сфере и с граничащей только с Сенегалом Гамбией, проявившей интерес к техническим средствам береговой охраны. В ходе августовского международного военно-технического форума «Армия-2023» в подмосковном Жуковском заместитель начштаба Гамбии Мамат Чам сообщил, используемый в военно-морской сфере беспилотный летательный аппарат «Морена» и некоторые другие средства «востребованы для мониторинга водных акваторий и береговой охраны Гамбии. Поэтому наша страна заинтересована закупать эту российскую продукцию».
По имеющейся информации, разработаны проекты более активного военно-технического сотрудничества РФ и с другими государствами Западной Африки, где открываются перспективы формирования полноценного военно-политического альянса, исходящего из общности интересов и реализации крупных совместных экономических проектов.
Наивно полагать, что африканские проекты России будут «усеяны розами»: так, 31 октября кочевники-туареги из «Координационного движения Азавада» обвинили Россию, Турцию, Алжир и Альянс государств Сахеля в поддержке военного режима в Бамако. Отступив в ноябре под натиском проправительственных сил из своей бывшей «столицы» в Кидале, сепаратисты перегруппировываются в полупустынных районах, заявляя о готовности продолжать борьбу, истощая малийскую армию.
А 9 декабря уже боевики под чёрным флагом запрещённой в России группировки «ДАИШ» уничтожили военную базу малийской армии близ границы с Нигером. Более чем вероятно, что диверсионно-террористические акции и впредь будут поддерживаться силами, категорически не готовыми смириться с пробивающими себе дорогу новыми постколониальными реалиями на западе Африки.
Китай отодвигает Россию на второстепенные позиции в Африке
Не секрет, что после заката эпохи колониализма в ставшей «ничейной» Африке природные богатства оказались во многом бесхозными. Россия как правопреемница СССР, который активно поддерживал на Чёрном континенте национально-освободительное движение, продолжает преследовать там свои государственные интересы.
Поэтому вполне естественно стремление Москвы в той или иной мере получить доступ к африканским сырьевым ресурсам. Но с некоторых пор её в этом стремлении догнал и уже, пожалуй, перегнал динамично развивающийся конкурент – Пекин.
КНР, мило улыбаясь, успешно задвигает РФ на задние планы
В 2003-2021 годах Китай вложил в африканские государства $51 млрд (1,6% его прямых инвестиций за рубеж), Россия – $1,7 млрд (0,5%). При этом в Замбии, Зимбабве, Кении и Эритрее пятая часть зарубежных капиталов, освоенных их экономиками – из Поднебесной.
ЮАР и Конго-Киншаса – главные субъекты китайского финансирования (соответственно 12% и 10% от африканских вложений Пекина) главным образом из-за лития и урана. Данные элементы определяют будущее энергетики и всей технологической политики. Китайцы прекрасно понимают: тот, кто сегодня ими обладает, завтра завладеет миром. Другими словами, держатели этих ресурсов на своих условиях смогут навязывать решения всем остальным участникам глобальных процессов.
Цель Пекина – стать доминирующим фактором в индустриальной (в меньшей степени аграрной) структуре Африки. В основном он стимулирует строительство и добывающую отрасль, а переработку – постольку-поскольку. Таким образом, КНР сконцентрировалась на получении доступа к ценным и редким полезным ископаемым, что свидетельствует на упорное желание госсовета республики и деловых кругов Поднебесной извлечь выгоду из богатой ресурсной базы континента и в перспективе обеспечить замкнутый, вертикально интегрированный цикл для нужд собственной промышленности.
Битва за литий
Особенно интересует китайский бизнес литий – один из ключевых компонентов зелёной энергетики. За последние пару лет он инвестировал в добывающие это вещество предприятия $4,5 млрд, реализуя литиевые проекты в Зимбабве, Мали и Намибии.
Пекин поставил перед собой амбициозную задачу – к 2025 году добиться контроля над третью мирового рынка лития. В сочетании с выработкой других цветных металлов (China Moly, Zijin Mining и пр. занимаются в Африке производством 30% меди и 50% кобальта) это позволяет Китаю влиять на транснациональные логистические цепочки. Ему принадлежит около 7% от суммарной реализации добытых в Африке полезных ископаемых; тем не менее, его влияние в вышеупомянутых стратегических секторах является подавляющим.
С точки зрения конфликта интересов рост зависимости от внешних инвестиций может привести к сценарию, при котором по воле Китая будет формироваться государственная политика ряда африканских стран (а значит – и региональная ситуация). Между тем, экологические стандарты, а также проблемы промбезопасности на предприятиях, имеющих отношение к КНР, нередко игнорируются. В то же время справедливости ради стоит отметить: азиатские хозяева обеспечивают население рабочими местами и платят налоги в местную казну, что является косвенной предпосылкой устойчивого развития территорий.
Россия, вперёд... к ядерному господству!
Запад считает, что Россия использует свои энергоносители и продовольствие в качестве рычагов влияния на народы Африки. Наши скромные инвестиции в Чёрный континент выборочны, однако целенаправленны в геополитическом аспекте. Фактически они составляют 1% общего объёма иностранных вложений в Африку. Приоритетный партнёрский вектор, судя по действиям ЦБ, выстраивается в направлении Анголы, Зимбабве, Конго-Браззавиля.
Последний российско-африканский саммит продемонстрировал готовность Кремля расширять экономическую интервенцию, сосредоточившись на сельском хозяйстве, горнодобывающем производстве и энергетике. Цель – удвоить товарообмен к 2030 году. Энергетическая корпорация «Росатом» и горнодобывающая компания «Русал» участвуют в реализации проектов, которые хоть и не масштабны по объёмам финансирования, зато играют в пользу России существенную имиджевую роль.
Эти проекты прежде всего касаются критически важных ресурсов. И если китайцы ухватились за литий, россияне традиционно предпочитают уран, работать с которым у них неплохо получается везде, включая страны третьего мира. Так, «Росатом» интенсивно наращивает урановые запасы, в том числе посредством покупки мощностей в Танзании на сумму $1,15 млрд. Нигерский урановый вопрос пока неясен.
Однако урановая экспансия распространяется не только на сырьё, но и на всю топливно-ядерную фазу. РФ не принадлежит пальма первенства по отгрузке собственного урана-сырца, зато она имеет солидную долю в мировой структуре его обогащения – 46%. Это весьма актуальное обстоятельство, позволяющее адаптировать сырой уран для «пищи» почти половины существующих АЭС.
Два в одном
Наконец, Россия лидирует в экспорте атомных технологий. В 2012-2021 годах она инициировала строительство 19 атомных реакторов, причем 15 зарубежных, что гораздо больше, чем любое другое государство ядерного клуба. В большой политике всё переплетено, и российский контроль над технологией рождает кабалу для стран, использующих её.
Естественно, это касается и африканских партнёров, решивших использовать наши ядерные технологии. В свою очередь, для нас будет идеально, если российское руководство приберёт к рукам часть этого направления на континенте в комплексе.
А тут ещё вдобавок Москва – опорный поставщик вооружений в Африку, контролирующий половину здешнего рынка. Такое доминирование наряду с нестандартными методами воздействия вроде частных военных компаний усиливает управление африканским потенциалом.
Хотя экономическое присутствие России в Африке не так распространено, как китайское, её взаимодействие с африканскими режимами представляет собой хорошо структурированную систему. Впрочем, не следует забывать, что до африканского добра есть и иные охотники, жаждущие использовать его в качестве инструмента политического давления. Хотя это уже тема отдельного материала.
Ярослав Дымчук
Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
