Все персонажи настоящей статьи являются выдуманными, совпадение имён и событий случайно и не может быть основанием для каких-то практических выводов.

Почему я выбрал именно Юдаеву? А дело в том, что она удивительный персонаж, глупости которого поражаются не только те, кто её политическую команду (близких к МВФ компрадоров) на дух не переносит, но и даже те, кто с ней в эту команду входит. Я уже рассказывал, что много лет назад, когда она только начала своё карьерное восхождение в российской власти, мне несколько человек из ВШЭ/РЭШ, которые всегда были в чисто экспертных кругах и не очень разбирались в хитросплетениях аппаратных и властных игр, задавали вопрос: «Ну почему Юдаева, она же полная дура!»

На эти откровения я совершенно искренне отвечал цитатой: «Обратите внимание, не я это сказал!», после чего давал достаточно понятное для неискушённого человека объяснение. Которое состояло в том, что у Юдаевой есть связи в МВФ, а её интеллектуальный уровень не даёт ей возможности подсиживать своего начальника, которым выступала Набиуллина. Которая, конечно, не является выдающимся интеллектуалом, но, всё-таки, не дура и поэтому вполне в состоянии понять всё удобство такого соседства.

Здесь нужно добавить то, что я не объяснял. Дело в том, что сама Набиуллина не является специалистом ни в макроэкономике, ни в денежном обращении. Она типичный представитель либеральной управленческой элиты, которая построена на нескольких принципиальных пунктах.

Первый — либеральный чиновник не несёт никакой ответственности за всю свою деятельность, за исключением грубых нарушений написанных им же самим (ну, или такими же как он) служебных инструкций. Которые составлены максимально уклончиво и неконкретно.

Второе. Первое правило имеет исключение, а именно — персональную ответственность перед тем, кто его поставил на должность. Отметим, что с точки зрения и Набиуллиной, и Юдаевой, их работодателем является МВФ, а вовсе не российское государство или, тем более, какой-то там Путин. Тут и психология (они уже радостно стучали каблучками по коридорам МВФ и ФРС, когда Путин занимался какими-то мелкими гешефтами в российской провинции), и понимание сути своего назначения (Путин не чекиста какого-нибудь поставил на пост руководителя ЦБ, а выбрал из нескольких вариантов, предложенных именно МВФ), и полное отсутствие какого-либо наказания за полное пренебрежение Конституцией Российской Федерации.

Историю 2015 года, когда в рейтинге мировых валют по устойчивости рубль занял последнее место, все помнят, не забудем и девальвацию декабря 2014 года, совершённую по прямой указке МВФ (на сайте МВФ была «рекомендация» денежным властям развивающихся стран девальвировать свои валюты; кавычки поставлены потому, что эти рекомендации были выполнены в полном объёме всеми), и медальку «лучший глава ЦБ», которую прикололи Набиуллиной на грудя за то, что падение нашей валюты было одно из самых сильных в мире. 200 миллиардов долларов было выведено из нашей экономики, между прочим.

Третье, как следствие первого и второго. Либеральный чиновник не просто не обязан быть специалистом в своём деле, ему это просто противопоказано. Поскольку специалист всегда имеет своё мнение и это мнение может быть противоположно мнению того лица, которое этот чиновник считает своим «сюзереном», выражаясь терминами книжки «Лестница в небо». Я сам, кстати, с этим столкнулся, когда пришёл в Министерство экономики (в один день и в один департамент с Набиуллиной, кстати) в 1994 году. От меня требовали умения красиво и логично говорить, но назначали не туда, где мои знания точно могли пригодиться (то есть в макроэкономику), а в кредитно-денежную сферу, где я, по мнению либералов, контролирующих министерство, не очень подробно разбирался.

И как только я разобрался подробно, мне стало понятно, что у меня есть выбор: либо я повышаю своё благосостояние разрушая свою страну, либо же я начинаю войну против либералов. Выбор был сделан и предопределил всю мою судьбу. Но для большинства сторонников политического либерализма такой выбор не стоит, поскольку личное благосостояние у них всегда на первом месте. И, в соответствии с третьим правилом, они учатся уверенно произносить профессиональные термины, цитировать целыми страницами учебники и не говорить при этом ничего.

А любые формальные поручения начальства (ну наверняка же Путин выговаривал Набиуллиной за девальвацию, поскольку девальвация — это повышение цен в магазинах для народа, что в преддверие голосования по Конституции не есть хорошо) просто спускаются вниз. От Набиуллиной — её замам, от тех — начальникам департаментов, от тех — ещё ниже, пока на уровне главспецов кто-нибудь не напишет отписку, которая потом будет озвучена в эфире главных телеканалов той же Юдаевой. Поскольку Набиуллина совершила политическую ошибку и исчезла из поля зрения в критические моменты.

И вот здесь как раз и есть главная сила и главная слабость Юдаевой. Дело в том, что цитировать страницами учебники она умеет очень хорошо. Беда в том, что в критической ситуации она будет точно также цитировать учебники, как на лекции в ВШЭ или РЭШ. И люди, которые ставят перед ней конкретные задачи, и люди, у которых рушится работа, бизнес, накопления, для которых наступает один из самых острых в их жизни моментов, мгновенно видят, что она, мягко говоря, неадекватна. В этом, кстати, проявляется её отличие от Набиуллиной. Последняя знает, что ей сказать нечего и она отдаёт себе отчет, что сейчас цитирование не прокатит. А Юдаевой это до лампочки, она вообще не понимает, какие к ней могут быть претензии, если она доносит до собеседников последний писк «экономической мысли».

Я не удивлюсь, если она на чаепитиях с подругами искренне жалуется на чиновников правительства, на сотрудников Администрации Президента, на Путина лично, на их тупость и непонимание того, насколько важные и интересные вещи она несёт. Она искренне не понимает, что тот бред, который она излагает, может быть кому-то не интересен, поскольку он является реально последней версией самых интимных и важных откровений самых выдающихся «экономических мыслителей». Она в этом смысле напоминает бравого солдата Швейка, разница только в том, что тот прикидывался идиотом для того, чтобы не пасть жертвой бюрократической машины, а Юдаева думает и ведёт себя совершенно искренне.

Я сталкивался с такими персонажами, которые при виде профессоров Гарварда начинали ходить на цыпочках и на полном серьёзе мне говорили, что я внукам буду рассказывать, как с ними перекинулся парой слов. К слову, когда я в Астане познакомился с Нэшем, то девочка-переводчица попросила меня, чтобы я спросил у Нэша разрешения, чтобы она с ним сфотографировалась. Я честно сказал, она перевела, Нэш засмеялся и сказал, что его можно даже потрогать и взял девочку под ручку. Но Нэш — реальный гений. А вот либеральные чиновники, готовые лизать задницу любому стоящему выше них по либеральной лестнице придурку, ничего кроме дикого раздражения не вызывают.

Но ждать от них чего-то другого не приходится, поскольку они ищут тех, кто назначит их на высокие должности. И, в 90-е — 2000-е годы легко находили. Что и позволило сформировать ту чиновную прослойку, которую мы сегодня имеем в нашей стране. Отметим, что «смотрящие» от разных финансово-промышленных групп относятся к той же категории, просто у них «сюзерены» не вне страны, а внутри неё, только к государству никакого отношения не имеют. Но большая их часть, всё-таки, не дошла до того выдающегося уровня, который демонстрирует Юдаева.

Они, в силу, возможно, ещё советского образования, а возможно, некой русской традиции, реально что-то там учили, в чём-то старались разобраться… И это их серьёзная ошибка, потому что они могут в какой-то момент проговориться и показать, что знают чуть больше, чем кажется безопасным начальству. И в этом смысле Ксения Юдаева, конечно, недостижимый для многих идеал. Но! Если бы либеральные реформы продолжались, то практически все чиновники сильно приблизились бы к этому идеалу.

Фокус в том, что ситуация в стране вынудила политическое руководство начать ставить задачи. И вот тут выясняется, что политические либералы, даже те, кому ещё до Юдаевой расти и расти, эти задачи решить не могут (Юдаева их даже понять не может). И вот эта ситуация, возможно, позволит нам отойти от того идеала, который нам предъявляют в виде Ксении Валентиновны.

Михаил Хазин

Модель умерла, да здравствует модель

Я вчера уже высказал своё мнение (хотя, это даже не мнение, фактов мало, да и многие из них ещё не скоро покажут свои уши) о причинах происходящих в мире событий. Да, имеют место уникальное сочетание факторов (хотя в условиях крупных кризисов они обычно концентрируются, так что можно было бы догадаться, что такое возможно, хотя сами истории заранее было предсказать затруднительно), да, имеют место некие замыслы. Так и хочется сказать «злонамеренные», но это не совсем правильно, поскольку те, кто рисовал планы, имели в виду не столько ухудшение жизни людей, сколько победу над политическими противниками. Которых сегодня две больших группы, условно: либералы-финансисты и патриоты-изоляционисты. Но сегодня хотелось бы добавить.
Прежде всего,

основной раскол в политических элитах, это раскол по линии либерализм-консерватизм.
И финансисты, которые много десятилетий правили миром — правые либералы.
А их антагонисты — правые консерваторы. Но, есть и другие силы. Это левые либералы, наиболее ярким представителем которых сегодня является Сандерс. И — левые консерваторы. Которых бы надо назвать коммунистами, проблема только в том, что до того, как Сталин разобрался с мировым коммунистическим движением, они, по большей части, были всё-таки, левыми либералами. И в культуре современного Запада коммунисты больше ассоциируются с троцкистами, Сталин для него националист.

К слову, слабость Евросоюза, о которой я писал ещё двадцать лет назад, и которая стала всем очевидна сейчас, связана с тем, что там все политические элиты — лево-либеральные. А банкиры, кукловоды, которые дёргают за ниточки, правые либералы. Поэтому выращенные последние 40 лет в Западной Европе политики не могут принимать реальных решений: реальные механизмы их принятия находятся вне официальной политической и управленческой системы Евросоюза.

Как они устроены — это тема отдельная. Что-то видно на примере Европы Восточной, где ещё не все ниточки убрали с глаз долой. И там чётко видно, что главный центр принятия решений — фонды Сороса и управление осуществляется через лиц, которые прошли там обучение. Но сегодня ярко видно: политики на уровне ЕС в принципе не могут принять серьёзные решения и следовать интересам общества. Они пытаются этому обществу что-то вменить (типа, ювенальной юстиции и новых «семейных» принципов), но слушать его не могут, тем более, не могут принять быстрых решений. Поскольку они требуют согласования с кукловодами-банкирами, которым мало что можно объяснить. Точнее, политики точно знают, что если они начнут настаивать на чём-то, даже со ссылками на народ, то их просто заменят. А либеральный принцип состоит в том, что свои интересы важнее всего. А потому — ЕС обречён.

Так вот,

фокус в том, что право-консервативные политики, конечно, приходят на смену право-либеральным.
Но в условиях предстоящего кризиса, который очень сильно ударит по доходам граждан (падение уровня жизни будет раза в полтора выше, чем в США в начале 30-х годов прошлого века), настроения очень сильно качнутся влево. Я даже хотел написать про то, что это будет самый сильный кризис в истории, но потом вспомнил, что кроме регулярных кризисов бывают ещё и войны, поэтому настаивать на логике «самого сильного» не буду. Но «левый поворот» практически неизбежен.

И в такой ситуации, сама жизнь будет толкать Трампа и Путина в сторону левой политики. Да, они сами будут считать это вынужденным маневром, в условиях объективных проблем, но особых вариантов тут не будет. А вот им на смену придут новые люди, которые будут уже вполне себе лево-консервативны, без всяких вариантов. Отметим, кстати, что главный идеолог Трампа Стив Бэннон вполне себе левый консерватор, достаточно его интервью «Ле Фигаро» прочитать (оно есть у нас на сайте).

И вот теперь нужно сказать самое главное. Та модель жизни, которая была у нас (и у американцев, и у западноевропейцев, и у нас с вами) закончилась. Сегодня уровень жизни стали поддерживать ну совсем откровенными одноразовыми методами (Трамп раздаёт деньги всем гражданам), но

уже понятно, что логистическая инфраструктура, туристическая инфраструктура, финансовая инфраструктура, торговая инфраструктура в мире не восстановятся.
И потому, что понесла тяжёлый урон во время всеобщего карантина, и потому, что доходы домохозяйств критически уменьшаются.

Им на смену должны прийти новые структуры. Причём, не исключено, разные в разных странах и/или регионах. И сегодня пока никто не знает, какие. Точнее, у нас есть люди, которые могут попытаться такие модели разработать (собственно, именно этим и занимается Фонд Хазина), но они не имеют ни адекватного финансирования, ни официального признания. Зная, насколько жестко научная общественность относится к чужакам, могу сказать, что ещё много лет мы будем получать в качестве «экспертных заключений» очередную либеральную жвачку и жесткую агрессию в отношение не либеральных подходов.

В связи с этим я настоятельно рекомендую всем, кто ведёт собственный бизнес (с публичными компаниями я вообще не понимаю, что делать, у них отказ от гибельных либеральных рецептов не предусмотрен внутренними протоколами) начать разрабатывать собственные модели выживания. Да, они неминуемо будут локальными и временными, да, их нужно будет часто менять и постоянно верифицировать и адаптировать к реальным обстоятельствам. Но это единственный способ не просто выжить, но и выиграть. Поскольку на падающем рынке тот, кто выживает, автоматически получает ту долю рынка, которую занимали его погибшие конкуренты.

Ну а мы, Аврора и Фонд Хазина, готовы помогать и участвовать. И семинарами, и консалтингом. Да и просто разговорами за чаем. Но всё равно, главную работу вы должны делать сами. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Михаил Хазин