Взгляд А. Бушкова на средневековую Англию: исторические кошмары «Острова кошмаров» » E-news.su Срочные и актуальные новости Новороссии, России, Украины, Мира, политика, аналитика
ЧАТ

Взгляд А. Бушкова на средневековую Англию: исторические кошмары «Острова кошмаров»

19:34 / 17.08.2019
1 168
0
Недавно свет увидела книга Александра Бушкова «Остров кошмаров: Топоры и стрелы» об истории средневековой Англии. Новинка сразу же вызвала множество серьёзных вопросов у историков. Мы подробно разбираемся, что не так в новой работе знаменитого писателя.


Не так давно автор популярных боевиков Александр Бушков выпустил новую книгу. К сожалению, это опять оказался не роман — ими он радует читателей всё реже и реже, — а очередное «историческое исследование».

Энциклопедическому размаху Александра Александровича можно только позавидовать. Кажется, он написал уже обо всех эпохах прошлого и исторических деятелях, как вдруг вышла новая книга, в которой он в очередной раз срывает давно сорванные покровы и разоблачает неведомые заблуждения.

На этот раз досталось Англии. Зная — скажем так — некоторую предвзятость автора, название «Остров кошмаров: Топоры и стрелы» сразу настраивало на определённый лад. Открывая книгу, я уже догадывался, что ничего хорошего ожидать не стоит. И не ошибся.

Я всегда об этом пишу

Для начала о забавном факте. Вот, казалось бы, книга посвящена английской истории. Кто же должен появляться на её страницах? Наверное, английские короли, полководцы, учёные? Вообще, кто угодно, главное — англичане.
Они там действительно есть, потому что довольно сложно написать книгу об Англии, не упомянув англичан.

Но ничуть не менее важными героями книги Бушкова являются некоторые деятели уже русской истории. На страницах «Острова кошмаров» Сталин, Иоанн Грозный и Берия занимают такое место, что им позавидуют иные короли. Да и понятно — какие там Эдуарды с Генрихами, когда надо поговорить о великом Сталине? Это не в пример важнее. Тем более, что читателям давно известны симпатии автора к этим личностям.

В общем получилось, как в анекдоте: «Я всегда об этом думаю». Только тут можно ещё добавить: «… и пишу».

Исторический метод Бушкова

К величайшему сожалению, Бушков — не профессиональный историк. И по этой причине просто не владеет навыками работы с большим объёмом информации. Прочитав несколько книг, он начинается путаться во множестве фактов, имён, дат, цифр — и в результате на страницах «Острова кошмаров» читатель постоянно сталкивается со множеством грубейших ошибок. Их, кстати, можно было бы избежать с помощью хорошего редактора. Но, увы — российское книгоиздание, похоже, забыло, что означает это слово.


Самое грустное, что автор много раз пишет: «Я пользовался в числе других источников…» — и далее ссылается на работы учёных. То есть он просто не видит разницы между источником как документом прошлого и исследованием — работой историка. Более того, несмотря на постоянные ссылки на «работу с источниками», источников по английской истории Бушков-то как раз в глаза не видел, а занимался пересказом чужих концепций.

Но оставим эти сугубо профессиональные упрёки и вернёмся к содержанию книги. Которая просто переполнена фактическими ошибками.

Как Бушков Вильгельму Нормандскому в короне отказал

Рассказ об одной из ключевых фигур английской истории — Вильгельме Завоевателе — Бушков начинает с потрясающего факта: оказывается, Вильгельм решил захватить английский трон, потому что на родине в Нормандии его очень обижали, считали бастардом и вообще у него не было прав на герцогскую корону.

Гипотеза, что ни говори, интересная. Но есть проблема: оспорить право Вильгельма на нормандский трон при всём желании было некому. Он был единственным сыном Роберта Великолепного, его дядя Ричард III законных наследников не оставил, а линия деда Вильгельма Ричарда II продолжалась лишь по женской линии, что создавало определённые проблемы для любого претендента.


Вильгельм Завоеватель

Как Бушков герцога Роберта ослепил

Немало места в книге отведено сыну Вильгельма I Роберту, почему-то названному «Коротыш». Хотя в историю он вошёл как Роберт Куртгёз, или Короткие штаны. Но кроме прозвища Роберту под бойким пером автора досталась крайне незавидная судьба.

Хотя герцог Роберт был очень популярен и в Нормандии, и в Англии, Бушков изображает его каким-то коронованным хулиганом: то с отцом подерётся, то отправится воевать из-за излишне агрессивного характера. В общем — сумасброд.

Между тем, причиной популярности Роберта были поистине рыцарские качества — он отличался личной храбростью, благородством, охотно прощал врагов, был очень щедр к друзьям. Роберт даже отправился в Крестовый поход, потому что это «долг чести всякого христианина». В то время таких людей очень любили, даже если они, как Роберт Куртгёз, оказывались довольно посредственными правителями.


Роберт под стенами Антиохии

Этих Генрихов столько, что сам чёрт не разберёт

Генрихам тоже не повезло. Обоим королям — и первому, и второму.

Про первого автор сообщает: «Англичане относились к Генриху с симпатией ещё и оттого, что он женился на принцессе Мод, дочери шотландского короля Малькольма и родной сестре Эдгара Этлинга». И тут небрежность и незнание фактов опять подводят Бушкова. Начнём с того, что «Этлинга» звали Этелинг. Но это мелочи. Самое главное, что Матильда Шотландская была не сестрой, а племянницей «последнего короля» саксов Эдгара. Вот это уже не мелочь — это невежество!

Далее Бушков пишет: «Генрих II Плантагенет, как и его отец, сидел на английском престоле тридцать пять лет».
Вы не поверите, Александр Александрович, но отец Генриха Плантагенета граф Жоффруа Анжуйский не сидел на английском троне ни дня.

Он всю жизнь счастливо прожил во Франции, где и был похоронен в соборе Ле‑Мана.


Место погребения Генриха II Плантагенета и Алиеноры Аквитанской в аббатстве Фонтевро

И ещё один пример шокирующей «скрупулёзности» автора. «Генрих Грамотей, он же Лев Правосудия, выглядевший в пятьдесят шесть лет глубоким стариком, умер во французском городе Шинон и был похоронен в аббатстве Фонтевро». Тут опять как в анекдоте: всё верно, только не Рабинович, а Иванов, и не «Волгу», а сто рублей, и не в лотерею, а в карты, и не выиграл, а проиграл.

Генрих Боклерк умер в Лион-ла-Форе, отравившись миногами. Затем его тело перевезли в Руан, где подвергли бальзамированию. Внутренности короля захоронили в руанском монастыре Нотр-Дам дю Пре, а тело отвезли в Англию, где оно нашло пристанище в аббатстве Реддинг, при жизни Генриха пользовавшемся его покровительством.

Сказки Нового леса

«Огромная территория в нынешнем графстве Гемпшир была зачищена от жителей», — рассказывает Бушков. Там, на обезлюдевших землях, насадили лес для королевской охоты и назвали его Новым. Но не всё так просто: над лесом тяготело зловещее англосаксонское проклятье — в нём должны были умирать короли. Даже страшно стало!

На самом деле никакого проклятия не было. В Средние века охота была совсем не тем развлечением, которое мы знаем. Ружей ещё не было, поэтому не было возможности отсидеться в укрытии, ожидая, когда егеря выведут на тебя кабана или медведя. Охотники смело выходили один на один против опасных зверей и побеждали их, рискуя жизнью. Не случайно охота считалась лучшей школой воинской доблести и навыков обращения с оружием, а случайным смертям никто не удивлялся.

Так что гибель на охоте в Новом лесу представителей Нормандского дома не была чем-то выходящим из рамок нормы.


Гибель Вильгельма II

Вот первая «жертва леса» — принц Ричард. Погиб от удара, нанесённого недобитым животным. Привычная смерть, такое неоднократно случалось и раньше, и позже. Последний погибший в «лесу кошмаров» — король Вильгельм II. Но и тут мы не найдём никакой мистики. Правитель Англии был застрелен из лука. Случайно или намеренно — этого мы уже не узнаем.

Неизвестный принц в страшном лесу

«Я только что откопал ещё один источник, автор которого считает, что принцев Ричардов, погибших в Новом лесу, было два. Один — сын Завоевателя, убит оленем. Второй — сын герцога Нормандского — стрелой, прилетевшей из чащобы», — таинственно сообщает автор.

Во-первых, смерть двух Ричардов никогда не была секретом для историков и старательно разыскивать этот факт не было никакой нужды. Да и убили второго из них не «стрелой из чащобы», а случайным выстрелом, что порой бывает на охоте и в наши дни. Этот молодой человек никому не угрожал, не мог претендовать на власть и поэтому тайно убивать его вряд ли было кому-то нужно.

А во-вторых, Ричард, сын герцога Нормандского Роберта, никогда не был принцем. Титул принца всегда использовался только в королевских семьях, а у феодалов рангом пониже было принято давать детям один из младших титулов своего дома — например, графский. Впрочем, Ричард не удостоился даже его, потому что был бастардом.

Кто они и что было дальше, мне неизвестно

Вот автор пишет о дочерях Вильгельма Завоевателя: «Судя по тому, что ни об одной из дочерей Вильгельма в связи с чем-то подобным в исторических источниках не упоминается, они никогда не играли самостоятельной роли. Даже имена их забыты».

Помилуйте, Александр Александрович, ничуть они не забыты. Вот их имена: Сесилия, Констанция, Аделиза, Адела, Альберта, Агата и Матильда. И узнать об их наличии совсем не трудно, и в источниках они упоминаются. Например, Констанция стала герцогиней Бретанской, а Адела — графиней Блуа. Что Бретань, что Блуа — крупнейшие феодальные владения Франции, и их правительницы не раз упомянуты в хрониках.
N.B. Причем Адела не только графиня, а ещё и регентша Блуа после смерти мужа. А ещё мать, на секундочку, короля Англии Стефана Блуаского.


Аделу ещё и в святые записали

Но это ещё не всё. В книге не раз можно встретить фразу наподобие: «что было дальше, я в источниках не нашёл». Хотя всё это «что было дальше» отлично известно. Просто чтобы это выяснить, надо потратить совсем немного времени и усилий.

Демократия, которой не было

Особую неприязнь автора вызывает история английского парламента и Великой хартии вольностей. Он просто из кожи вон лезет, чтобы доказать читателю: мол и парламент там был — тьфу, ерунда какая-то, а не парламент, и Magna Carta — не документ, а недоразумение. То ли дело демократия времён Иоанна Грозного, вот там-то было — огого! Сплошь народовластие и либерализм. Ой, это я опять про любимые Бушковым темы.

«Свободы, гарантированные Хартией, при самых оптимистических подсчётах охватывают процентов двадцать населения», — пишет автор, похоже, не понимая, что 20% в 1215 году — это феноменально много. Подобных прав в это время не имели простолюдины ни одной страны мира, так что гордость англичан своей Хартией вполне заслужена.

Как Бушков Черчилля поправлял

Кроме того, Бушков решил, что если он такой могучий знаток истории, то пора взяться за Уинстона нашего Черчилля: «Сэр Уинстон, должно быть, второпях, допустил арифметическую ошибку. Такое с каждым случается. Не двести, а триста с лишним лет прошло, прежде чем о Хартии наконец вспомнили».

Александр Александрович, поверьте, Черчилль куда лучше вас знает историю Англии и когда он писал о двухстах годах, он прекрасно представлял историю английского парламентаризма.

В конце XIII века, как считают британские историки и правоведы, Великая хартия вольностей действительно немного выпала из правого поля Англии, так как власть королей существенно укрепилась. Однако несмотря на это документ подтверждали и неоднократно. В 1527 году, то есть как раз через двести лет, Magna Carta была опубликована в печати и очень быстро превратилась в идеологический символ всех недовольных абсолютизмом Тюдоров, а затем Стюартов. В XVI и тем более XVII веках на Хартию активно ссылались юристы и парламентарии, выступающие против абсолютизма королевской власти

Как Бушков о Столетней войне писал

Рассказ о самой продолжительной войне в истории Европы автор начинает со слов, от которых я буквально оторопел: «Хорошее представление о том времени дают романы Марка Твена „Личные воспоминания о Жанне д’Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря“ и Конан Дойля — „Белый отряд“ и „Сэр Найджел“».


Это вот буквальное воплощение очень распространённого и очень печального явления, которое называется «изучал прошлое по приключенческим романам». Ну неужели нельзя было сослаться на качественные исследования о временах Столетней войны, которые дают «о том времени» гораздо лучшее и куда более точное представление?
N.B. На русский, кстати, переведено не то чтобы много, но есть из чего выбирать, — от Фавье с его монументальной «Столетней войной» до биографии Жанны д’Арк, раз уж заговорили о ней, авторства Режин Перну или работ Альфреда Берна о чисто военных аспектах.

Далее автор рассказывает об английской леди-воительнице:

«Речь идёт о бретонской графине де Монфор. Имя её, как я ни копался в источниках, мне установить так и не удалось».

Александр Александрович, я, не копаясь ни в одном источнике, легко скажу вам её имя, потому что его знает всякий, кто хоть немного погружался в тему Столетней войны. Её звали Жанна. Только вот опять досадно вышло: фамилия этой храброй дамы не Монфор, а Дампьер, и была она не графиней, а герцогиней. Графиней же де Монфор стала её дочь, которую, впрочем, тоже звали Жанна. Я понимаю, легко запутаться в том, в чём совсем не разбираешься…

Бушков вообще щедр на незаслуженные титулы. После его слов: «граф Карамзин, автор многотомной „Истории государства Российского“», я до сих пор не могу прийти в себя.

Как овцы Бушкова съели людей

Завершается книга историей XVI столетия вместе с неизбежным рассказом об ужасах огораживания.

«Огораживание — пожалуй, самая чёрная страница в истории царствования Генриха VIII. В первую очередь, оттого, что при разгроме монастырей всё же погибло неизмеримо меньше людей, чем в результате огораживаний. Десятки тысяч крестьян — это вовсе не преувеличение, скорее уж преуменьшение — в одночасье стали бездомными бродягами, с семьями и скудными пожитками уходили в никуда», — сообщает читателям автор.


Однако огораживания при Тюдорах в немалой степени миф. Наоборот правительство крайне отрицательно относилось к разорению мелких собственников, потому что в Англии они традиционно рассматривались как основа армии — те самые лучники-йомены. Да и мятежи недовольных крестьян не входили в планы короля Генриха VIII.

Так что в это время, наоборот, принималось множество государственных актов, препятствующих огораживанию, а сам процесс затронул всего несколько процентов земель. Массовое огораживание — гораздо более позднее явление, результат развития товарного сельского хозяйства уже в XVIII и XIX столетиях.

Вот так, продираясь через множество ошибок, мы подошли к концу почти четырёхсотстраничной книги. Стоит признать: чтение это принесло некоторую пользу — слишком часто, понимая, что автор несёт явную чушь, я лез в справочники, словари и монографии, чтобы убедиться в этом. Так что в итоге неплохо освежил свои знания о средневековой Англии. Всё польза. Только вот сто́ит ли она потраченного времени...

Александр Александрович, может быть, вы бросите наконец писать «исторические» книги? Ну не ваше это. Приключенческие романы у вас получаются гораздо лучше.

Михаил Диунов

Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter (не выделяйте 1 знак)

Не забудь поделиться ссылкой


http://xa-xa.su
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 10 дней со дня публикации.