А вы знаете, что в СССР совершенно не было свободы творчества? Вот совсем не было. Тоталитарная машина нещадно давила светлые порывы всяческих свободных художников, режиссёров, музыкантов.


Были адские комиссии, культсоветы и прочие инструменты подавления свободы у людей искусства, фильмы многих режиссёров по идеологическим соображениям ставили на полки (правда когда их с полок сняли, оказалось что по большей часть там невообразимая чушь).

Но вот что удивительно — было великое кино, был великий театр, были великие музыканты. Более того — казалось бы советский империализм должен был давить любые проявления национальной самости в союзных республиках, но вот же парадокс — и там всё это было! Причём не имперское, а именно национальное, с колоритом, языком, музыкой и всем причитающимся национальному кино. И мало того — вот это национальное кино было востребовано во всей огромной стране!

Все обожали латвийских и литовских актёров и фильмы из Прибалтики, все смеялись над тонкими и ироничными комедиями из Грузии, буквально в каждой республике было что-то своё, оригинальное. Союзное кино «этого страшного тоталитарного» периода — это просто созвездия гениальных режиссёров, актёров, россыпь киношедевров, которые можно пересматривать снова и снова.

Но свободы творчества не было. А потом она появилась. И распался Союз.

Деятели искусства получили полную свободу, стало можно всё. Твори хоть до помутнения в глазах. Ну и начали творить. Что-то там по инерции ещё было, да и традиции кое-какие сохранились. Но то такое, отголоски проклятого тоталитаризма. А из свободных художников попёрла чернуха.

Сначала про проклятый совок, где их зажимали по чём зря, про мифическое золото партии и зажравшихся партчиновников (прям смешно, глядя на современных чинуш, те святые люди были), потом офигевшие рожи начали клепать всякие лживки про Великую Войну, ведь можно. Можно мешать с дерьмом память народа, пусть это и ложь, ведь за это дают всякие статуэтки и баблос. А затем попёрла глубокая вдумчивая мрачная русофобия. Выхода нет, ничего не изменится в «этой стране», пью от безысходности и вообще застрелюсь. Другие «таланты», не мудрствуя лукаво, стали снимать подделки под Голливуд. Получалось не очень, хотя местами дорохо и бохато. Немногочисленные вспышки чего-то позитивного и доброго сразу становились объектами жесточайшей критики со стороны людей со светлыми лицами.

Театр. Великий русский и советский театр пришёл к тому, что фетиш его лучшего, по мнению многих знатоков режиссёра — голая жопа. Нет, что-то конечно робко шевелится, но это не прогрессивно, а главное не модно.

А что в свободных независимых государствах, возникших на руинах тоталитарной Империи? А ничего. Кино просто сдохло. Студии развалены, в павильонах склады для товаров из Китая. Советский композитор, ставший министром культуры одного из независимых государств, чуть не рыдает от горя, глядя на осколки той великой культуры, что когда-то была в его стране. Всё что есть — сугубо местечковое, провинциальное, никому за пределами этих стран неинтересное. Да и в самих этих странах тоже…

Но всё-таки не всё сейчас так мрачно. Что-то начало прорываться, всё очень неплохо с актёрами – всё-таки старая школа сохранилась. Будем надеяться, что преодолеется и этот морок.

А в СССР совершенно не было свободы творчества.

Голос Мордора