Жёлтые против зелёных
Уроки западной «экологической» политики могут быть полезны и для России с Беларусью, которым стоит хорошо задуматься о целесообразности соблюдения Парижского соглашения по климату.
Как европейские социалисты увлеклись борьбой с глобальным потеплением и внесли свой вклад в рост социального недовольства по всей Европе
Недавние протесты во Франции (перекинувшиеся уже и в соседние страны, например, в Бельгию) — очередной симптом слома традиционной западной политической системы.
Сам по себе протест был бы не столь интересен, если бы не одна особенность: протестующие неожиданно пошли против традиционной «зелёной» повестки левых, а именно потребовали прекратить рост цен на топливо, вызванный экологической наценкой на выброс СО2 (taxe carbone).
Движение «жёлтых жилетов» во Франции — протест против псевдоэкологической политики современных европейских правительств, резко ухудшающей жизнь бедных и средних слоёв населения. России и Беларуси следует задуматься над издержками подобной «любви к природе».
Как европейские левые стали зелёными
Как левые вдруг стали зелёными изначально? Дело в том, что традиционные западные левые по сути так и не преодолели шок от распада СССР. До 1991 года СССР выполнял роль альтернативы западной капиталистической системе. Сейчас обращение к альтернативе невозможно.
Пример развития управляющегося Коммунистической партией Китая неубедителен. Фактически модель развития КНР — это бухаринский вариант госкапитализма с побочными эффектами в виде резкого роста неравенства и усиленной эксплуатации низших классов. Тоже не вариант для современных левых.
Попытки осмысленно возразить против капитализма начали сводиться к тезису «Да, капитализм достиг существенных успехов, но…». Одно из найденных «но» оказалось достаточно прямолинейным: «…но он разрушает планету».
С конца 1990-х годов и до наших дней эта мутация левых идей оформилась в экологическую повестку, бывшие красные сильно позеленели. Очень кстати тут пришлась теория глобального потепления — на ней и стала базироваться повестка современных западных левых вместе с политкорректностью, защитой меньшинств и мигрантов.
Проблемы расслоения общества и неравенства остались лишь для риторических упражнений «шампанских социалистов» (Champange socialist — современное прозвище для таких западных политиков) и в целом никак не влияли на политику, в то время как «зелёная» повестка требовала вполне конкретных денег.
Для отдельных европейских энергетических компаний идея глобального потепления оказалась вполне совместима с генерированием неплохих прибылей за счёт политического давления на западноевропейские правительства и лоббирования субсидий для альтернативной энергетики (ветряной и солнечной). Субсидии перекладывались на население в виде разнообразных налогов на углеводородную энергию, прежде всего в виде сборов за выброс СО2, якобы ответственного за глобальное потепление.
При этом сама теория глобального потепления возведена практически в статус гражданской религии почти повсюду в Европе, особенно в северных регионах, и любое сомнение в разрушительном и уникальном характере самого потепления или в роли в нём антропогенного фактора чревато остракизмом, хотя сомнение — основа любого научного метода. А платить в результате приходится населению.
Во Франции и не только
Непосредственной причиной волнений стал налог на топливо — la taxe intérieure de consommation sur les produits еnergétiques (TICPE). Из-за роста экологического компонента налога цена бензина взлетела до 1,6 евро за литр (около 120 рублей) в октябре (сейчас немного опустилась из-за падения цен на нефть). При этом резко выросли цены и на дизтопливо, которое практически сравнялось в цене с бензином.
Вообще, сами по себе бензин и дизтопливо стоят менее 0,35 евро за литр — всё остальное налоги и небольшая (0,1 евро за литр) маржа дистрибьюторов. Хотите, чтобы планета не слишком перегревалась? Платите, платите и ещё раз платите.
Удивительно, что протест начался только сейчас, ведь псевдоэкологическая политика субсидирования альтернативной энергетики давно давит на бюджеты домохозяйств по всей Европе.
Впрочем, проблема высоких цен на энергию из-за субсидий производителям возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в других странах ЕС ещё более актуальна, чем во Франции. В большей степени это касается электроэнергии. В той же Германии с её амбициозной Energiewende рост цен на электричество уже многие годы значительно превышает инфляцию. Причём растёт именно налоговый компонент, покрывающий субсидии для ВИЭ.
Energiewende, или в переводе на русский «Энергетический поворот», — курс правительства Германии на постепенный отказ от использования ископаемого углеводородного топлива и ядерной энергетики и почти полный переход на её возобновляемые источники.
В рамках данной концепции к 2020 году планировалось увеличить долю электроэнергии, получаемой из альтернативных источников, до 35 %, а к 2030-му, 2040-му и 2050-му — до 50, 65 и 80 % соответственно
По данным за 2017 год, на долю «чистой» энергетики уже приходится около 36,2 % вырабатываемой энергии, основная часть которой производится в солнечной и ветряной энергетике, что показывает даже более активное развитие этой отрасли, чем было запланировано.
Только за последние пять лет на трансформацию энергосистемы Германии было потрачено не менее 160 млрд евро. По данным Федерального контроля Германии, стоимость Energiewende в 2017 году составила около 34 млрд евро, из них только 8 млрд евро были затрачены федеральным правительством, остальные 26 — затраты бизнеса и домохозяйств.
Например, в 2018 году ежемесячные расходы на электроэнергию для среднего немецкого домохозяйства, состоящего из трёх человек, с суммарным годовым потреблением 3500 тыс. кВт·ч составили 85,8 евро. Это примерно на 32 % выше уровня 1998 года с поправкой на инфляцию и на 72 % выше в номинальном выражении.
В итоге электроэнергия стала чуть ли не люксовым продуктом для населения — цена киловатт-часа в семь раз выше, чем в России. При этом цена постоянно растёт из-за всё больших аппетитов производителей солнечной и ветряной энергии (всего субсидии на ВИЭ только в 2017-м составили 34 млрд евро), при этом все эти потуги, по расчётам известного экоскептика Бьорна Ломборга, отложат потепление к концу столетия аж на 37 часов.
При этом за 12 лет с 2006 по 2018 год доля сбора за возобновляемые источники («зелёный тариф») в средней стоимости электроэнергии для немецких домохозяйств, потребляющих в год не больше 3,5 МВт, выросла с 0,88 до 6,79 евро.
Немецкий бизнес тихо (заклюют левые СМИ «шампанских» социалистов), но постоянно жалуется на рост цен на энергию и, самое главное, ухудшение качества распределения. Из-за децентрализации сетей в связи с подключением мелких производителей ВИЭ стали учащаться мини-блэкауты, что приводит к большим потерям в промсекторе Германии.
При этом некоторые компании даже угрожают перебраться во Францию, где выработка электроэнергии в значительной степени зависит от атомных электростанций (в Германии решено закрыть все атомные станции к 2022-му, заодно идёт битва эколоббистов против ТЭС, работающих на местном буром угле).
Интересно, что в Германии всё это пока не сказывается на поддержке зелёных в стране, наоборот, сейчас они стали третьей по популярности партией. Впрочем, это можно объяснить миграцией разочарованных сторонников СДПГ в близкие по духу партии.
Александр Зотин
Как европейские социалисты увлеклись борьбой с глобальным потеплением и внесли свой вклад в рост социального недовольства по всей Европе
Недавние протесты во Франции (перекинувшиеся уже и в соседние страны, например, в Бельгию) — очередной симптом слома традиционной западной политической системы.
Сам по себе протест был бы не столь интересен, если бы не одна особенность: протестующие неожиданно пошли против традиционной «зелёной» повестки левых, а именно потребовали прекратить рост цен на топливо, вызванный экологической наценкой на выброс СО2 (taxe carbone).
Движение «жёлтых жилетов» во Франции — протест против псевдоэкологической политики современных европейских правительств, резко ухудшающей жизнь бедных и средних слоёв населения. России и Беларуси следует задуматься над издержками подобной «любви к природе».
Как европейские левые стали зелёными
Как левые вдруг стали зелёными изначально? Дело в том, что традиционные западные левые по сути так и не преодолели шок от распада СССР. До 1991 года СССР выполнял роль альтернативы западной капиталистической системе. Сейчас обращение к альтернативе невозможно.
Пример развития управляющегося Коммунистической партией Китая неубедителен. Фактически модель развития КНР — это бухаринский вариант госкапитализма с побочными эффектами в виде резкого роста неравенства и усиленной эксплуатации низших классов. Тоже не вариант для современных левых.
Попытки осмысленно возразить против капитализма начали сводиться к тезису «Да, капитализм достиг существенных успехов, но…». Одно из найденных «но» оказалось достаточно прямолинейным: «…но он разрушает планету».
С конца 1990-х годов и до наших дней эта мутация левых идей оформилась в экологическую повестку, бывшие красные сильно позеленели. Очень кстати тут пришлась теория глобального потепления — на ней и стала базироваться повестка современных западных левых вместе с политкорректностью, защитой меньшинств и мигрантов.
Проблемы расслоения общества и неравенства остались лишь для риторических упражнений «шампанских социалистов» (Champange socialist — современное прозвище для таких западных политиков) и в целом никак не влияли на политику, в то время как «зелёная» повестка требовала вполне конкретных денег.
Для отдельных европейских энергетических компаний идея глобального потепления оказалась вполне совместима с генерированием неплохих прибылей за счёт политического давления на западноевропейские правительства и лоббирования субсидий для альтернативной энергетики (ветряной и солнечной). Субсидии перекладывались на население в виде разнообразных налогов на углеводородную энергию, прежде всего в виде сборов за выброс СО2, якобы ответственного за глобальное потепление.
При этом сама теория глобального потепления возведена практически в статус гражданской религии почти повсюду в Европе, особенно в северных регионах, и любое сомнение в разрушительном и уникальном характере самого потепления или в роли в нём антропогенного фактора чревато остракизмом, хотя сомнение — основа любого научного метода. А платить в результате приходится населению.
Во Франции и не только
Непосредственной причиной волнений стал налог на топливо — la taxe intérieure de consommation sur les produits еnergétiques (TICPE). Из-за роста экологического компонента налога цена бензина взлетела до 1,6 евро за литр (около 120 рублей) в октябре (сейчас немного опустилась из-за падения цен на нефть). При этом резко выросли цены и на дизтопливо, которое практически сравнялось в цене с бензином.
Вообще, сами по себе бензин и дизтопливо стоят менее 0,35 евро за литр — всё остальное налоги и небольшая (0,1 евро за литр) маржа дистрибьюторов. Хотите, чтобы планета не слишком перегревалась? Платите, платите и ещё раз платите.
Удивительно, что протест начался только сейчас, ведь псевдоэкологическая политика субсидирования альтернативной энергетики давно давит на бюджеты домохозяйств по всей Европе.
Впрочем, проблема высоких цен на энергию из-за субсидий производителям возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в других странах ЕС ещё более актуальна, чем во Франции. В большей степени это касается электроэнергии. В той же Германии с её амбициозной Energiewende рост цен на электричество уже многие годы значительно превышает инфляцию. Причём растёт именно налоговый компонент, покрывающий субсидии для ВИЭ.
Справка: Energiewende
Energiewende, или в переводе на русский «Энергетический поворот», — курс правительства Германии на постепенный отказ от использования ископаемого углеводородного топлива и ядерной энергетики и почти полный переход на её возобновляемые источники.
В рамках данной концепции к 2020 году планировалось увеличить долю электроэнергии, получаемой из альтернативных источников, до 35 %, а к 2030-му, 2040-му и 2050-му — до 50, 65 и 80 % соответственно
По данным за 2017 год, на долю «чистой» энергетики уже приходится около 36,2 % вырабатываемой энергии, основная часть которой производится в солнечной и ветряной энергетике, что показывает даже более активное развитие этой отрасли, чем было запланировано.
Только за последние пять лет на трансформацию энергосистемы Германии было потрачено не менее 160 млрд евро. По данным Федерального контроля Германии, стоимость Energiewende в 2017 году составила около 34 млрд евро, из них только 8 млрд евро были затрачены федеральным правительством, остальные 26 — затраты бизнеса и домохозяйств.
Например, в 2018 году ежемесячные расходы на электроэнергию для среднего немецкого домохозяйства, состоящего из трёх человек, с суммарным годовым потреблением 3500 тыс. кВт·ч составили 85,8 евро. Это примерно на 32 % выше уровня 1998 года с поправкой на инфляцию и на 72 % выше в номинальном выражении.
В итоге электроэнергия стала чуть ли не люксовым продуктом для населения — цена киловатт-часа в семь раз выше, чем в России. При этом цена постоянно растёт из-за всё больших аппетитов производителей солнечной и ветряной энергии (всего субсидии на ВИЭ только в 2017-м составили 34 млрд евро), при этом все эти потуги, по расчётам известного экоскептика Бьорна Ломборга, отложат потепление к концу столетия аж на 37 часов.
При этом за 12 лет с 2006 по 2018 год доля сбора за возобновляемые источники («зелёный тариф») в средней стоимости электроэнергии для немецких домохозяйств, потребляющих в год не больше 3,5 МВт, выросла с 0,88 до 6,79 евро.
Немецкий бизнес тихо (заклюют левые СМИ «шампанских» социалистов), но постоянно жалуется на рост цен на энергию и, самое главное, ухудшение качества распределения. Из-за децентрализации сетей в связи с подключением мелких производителей ВИЭ стали учащаться мини-блэкауты, что приводит к большим потерям в промсекторе Германии.
При этом некоторые компании даже угрожают перебраться во Францию, где выработка электроэнергии в значительной степени зависит от атомных электростанций (в Германии решено закрыть все атомные станции к 2022-му, заодно идёт битва эколоббистов против ТЭС, работающих на местном буром угле).
Интересно, что в Германии всё это пока не сказывается на поддержке зелёных в стране, наоборот, сейчас они стали третьей по популярности партией. Впрочем, это можно объяснить миграцией разочарованных сторонников СДПГ в близкие по духу партии.
Александр Зотин
Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
