Редко бывает, чтобы отцов-основателей целого государства признали нелюдями и посадили за решетку, если их государство не рухнуло. Однако Косово существует, пусть даже ни Сербия, ни Россия не признают его государством. Там зловещая власть, зубастая армия и националистический угар на улицах. Но живые идолы, на которых косовары молились, действительно получили приговоры. И будут сидеть

Зло обаятельно, даже когда абсолютно. Если в характеристике персонажа указано, что он албанский боевик, криминальный авторитет, садист и убийца по прозвищу Змей, на такую роль не взяли бы Хашима Тачи, хотя он — все это сразу, а также экс-президент и экс-премьер Косово, внешне похожий на голливудскую звезду. Ему больше подошла бы роль Джеймса Бонда.

По совокупности заслуг это косовоалбанский Вашингтон или Бисмарк, только они не были двухметровыми улыбчивыми красавцами. В дни косовской войны Тачи стал для Запада лицом «молодой косовской демократии, которая сопротивляется жестокой агрессии сербов». После победы над сербами он — реальный хозяин края и первый лидер Косово не как идеи, а как государства, пусть юридически ничтожного, но с настоящими силовиками, экономикой и признанием Европы. А еще он действительно умеет нравиться людям — пускай Змей, но змей-искуситель.

Приговор этому щеголю — 25 лет тюрьмы за убийства (96 доказанных случаев), пытки (303), похищения людей (385). Все это Тачи успел за год с небольшим.

Его соратник и соучастник Якуп Красничи тоже побывал президентом и много лет занимал пост спикера парламента, а с бандитизмом ассоциируется еще меньше Тачи. Он похож на европейского профессора, кем, собственно, и является: его, доктора наук, книги лежат в основе академической истории «независимого Косово».

В Югославии он был диссидентом. В дни войны работал со СМИ как пресс-секретарь албанских боевиков и обвинял сербов в геноциде. В наше время получил приговор, как у шефа: четвертак. В год освобождения должен отметить столетний юбилей (но это, конечно, вряд ли).

Если кто из подсудимых и похож на хищника (но мелкого, вроде хорька), то это Кадри Весели. Несмотря на фамилию, имеет истинно зловещий имидж. Сменил Красничи на посту спикера, но больше известен как глава контрразведки в военное время и разведки — в послевоенное, а также тем, что отвечал за пополнение кассы сепаратистов доходами от рэкета в Европе.

Вот ему точно мало дали — всего 18 лет тюрьмы. Работа контрразведки Весели — это как раз похищения, пытки, убийства тех, кого в «Армии освобождения Косово» (АОК) посчитали недостаточно лояльными.

Еще меньше — 13 лет — получил Реджеп Селими, хотя в чем-то он фигура даже более значительная, чем Тачи. По образованию филолог, по призванию — силовик, эдакий косоварский Че Гевара, стоявший у истоков резни. По праву одного из основателей зачитал воззвание АОК к албанскому народу, после чего и началась полноценная война. На войне он — один из самых успешных командиров, местный генерал-майор, чистый фанатик. А на скамье подсудимых — единственный (и высокопоставленный) член правящей партии Косово «Самоопределение», на фоне которой Змей — истинный голубь мира.

Какими бы ужасными ни были преступления Тачи и компании в прошлом, они ценили статус элиты молодого государства и не хотели обратно в окопы, навоевались. Для «Самоопределения» и ее лидера — косоварского премьера Альбина Курти — война еще не кончилась, так как мало навоевали. В планах — присоединить земли южной Сербии и объединиться с Тираной в Великую Албанию, что предполагает также расчленение Греции, Северной Македонии и Черногории.

В Косово паналбанская идея конституционно запрещена по требованиям западных кураторов. То есть Курти — бунтарь, тогда как Тачи — жирный кот, считавший, что албанцы своих целей уже достигли и должны искать мирного сосуществования с соседями.

Были дни, когда Змей стал главным (как минимум по статусу) защитником сербов в Приштине от таких, как Селими и Курти, потому что один из них до сих пор не вернулся с войны, а другой ее не испугался, ибо не увидел: в дни боев сидел в сербской тюрьме, а при власти Тачи шатал режим.

Из этого, однако, не следует, что суд над Тачи — следствие его конфликта с новой властью. Курти — маньяк, но лучше многих осознает токсичность таких приговоров для государственнической идеи Косово. Поэтому он назвал суд «неприемлемой несправедливостью», а активисты «Самоопределения» закидали коктейлями Молотова здание миссии ЕС.

В чем-то они правы: приговор несправедлив. Он не затрагивает бизнес Тачи по торговле органами военнопленных и период послевоенных этнических чисток. А жертв террора свыше сотни. Многие из них не добились справедливости и не будут отомщены, если речь о сербах. Справедливости добились албанцы: в списке 96 убитых бандитами Змея в основном их фамилии.

Конфликт в Косово был не только этническим, но и этнополитическим, что посложнее. Некоторых албанцев устраивала их жизнь в Югославии, а перспектива пусть национальной, но бандитской власти не радовала. Их тоже похищали, убивали, пытали. У Весели это называлось контрразведкой, у Тачи — борьбой молодой демократии.

У жертв остались родственники, но правды искали немногие: оправдательные процессы над албанскими боевиками в гаагском трибунале (МТБЮ) показали, что свидетели могут исчезать или погибать при странных обстоятельствах десятками, даже сотнями. А Тачи на то судилище вообще не попал, хотя генпрокурор Карла дель Понте поддержала обвинение в черной трансплантологии.

По иронии судьбы суд, все-таки приговоривший банду Змея спустя 27 лет после войны, тоже находится в Гааге. Создавая монструозное квазигосударство Косово, Запад вшил в него предохранители. В том числе уникальную палату, все судьи и прокуроры которой работают в Нидерландах и назначаются международной комиссией, следовательно, недоступны для косоварских головорезов. Рассматривает она только те преступления, которые были совершены в 1998–1999 годах против жителей Косово. Помимо сербов и албанцев-лоялистов, это цыгане, а такого Джордж Сорос не прощает.

Однако нынешнему — непуганому — поколению руководителей Косово гаагский суд ничего предъявить не сможет. В период 1998–1999 годов, на который распространяется юрисдикция Гааги, многие из них были слишком молоды или сидели, как Курти. Поэтому квазигосударство точит ножи и постепенно готовится к экспансии, игнорируя окрики из Брюсселя и Вашингтона. Видя это, Белград запускает производство баллистики и боевых БПЛА. Все ждут новой войны.

А Тачи — живой символ прошлой войны — в то же самое время утилизируется как отработанный материал. Не он первый, не он последний.

Иди и смотри, Зеленский, что бывает с теми, кто делает для Запада грязную работу. А ведь Змей, пускай и с помощью НАТО, свою войну выиграл. Для Украины это немыслимая роскошь.

Дмитрий Бавырин