Боевые действия в Йемене с переменной интенсивностью продолжаются больше десяти лет и в свете других конфликтов давно отошли на второй план. Однако события прошлой недели все изменили — теперь эта война определяет не только обстановку в регионе, но и ситуацию во всем мире. О том, как непризнанная многими государствами группировка обрела такое влияние, за счет чего этого удалось добиться и какие возможны последствия, — в материале РИА Новости.

Потеря инициативы

Наступление хуситов в первые дни сентября поначалу развивалось ни шатко ни валко. Более того, силы Президентского руководящего совета (ПРС) на некоторых участках даже контратаковали — в провинции Ходейда, а также в центральной части страны, в Эль-Джауфе и провинции Мариб. Их действия с воздуха прикрывали ВВС Саудовской Аравии, которые только за первые три дня боев нанесли 120 ударов по позициям "Ансаруллах".

Однако хуситы в ночь с 9 на 10 сентября прорвались на юго-западе, взяв под контроль города Моха и Хайс, а затем — острова Ханиш и Перим (также известный как Маюн) в Баб-эль-Мандебском проливе. Ударили и в Эль-Джауфе — опрокинули противника и захватили склады с вооружением и техникой, включая бронемашины Oshkosh. Всего, как заявил военный представитель движения Яхья Сариа, овладели территорией площадью в 5,4 тысячи квадратных километров.

При этом саудовские ВВС продолжали атаковать: за пять дней нанесли больше 300 ударов.

И хуситы в долгу не остались: ракеты и дроны поразили нефтеперерабатывающий завод в Джизане, один из крупнейших в стране (мощность — 400 тысяч баррелей в сутки), нефтехранилище в Абхе, авиабазу имени короля Халида. Помимо этого, по словам Сариа, сбили F-15 ВВС Саудовской Аравии в небе над провинцией Мариб.

Искусственный интеллект и не только

Одна из главных предпосылок такого развития событий — разрозненность сил, противостоящих хуситам. В январе международно признанное правительство вернуло территории, которые до этого захватили силы Южного переходного совета, требовавшего создания независимого государства. Однако за видимой политической консолидацией реального объединения не произошло. Отдельные формирования бывшего ЮПС лишь номинально подчинялись ПРС, и это дало о себе знать в самый неподходящий момент.

Например, во время нынешней фазы эскалации подразделения ЮПС попытались арестовать министра обороны йеменского правительства Тахира аль-Акили, когда тот собирался посетить город Ад-Дали. Дело в том, что до января военное ведомство возглавлял Мохсен ад-Даери, местный уроженец, поддерживаемый ЮПС.

Хуситы тоже не побрезговали воспользоваться отсутствием координации среди оппонентов. Как сообщает подконтрольный йеменскому правительству телеканал Al-Joumhouriya, они при помощи искусственного интеллекта копировали голос вице-президента руководящего президентского совета Йемена полковника Тарика Салеха и создали фейковое аудио с призывом к солдатам отступить, поскольку их предали.

Аудиозапись быстро разлетелась по соцсетям. У одного из аккаунтов было около 560 тысяч подписчиков.

Кроме того, компания Anthropic выявила на севере Йемена группу, использовавшую ее ИИ-агента Claude для разработки программного обеспечения управления ракетами.

"У нас нет доказательств того, что им удалось ввести в эксплуатацию действующее устройство, однако они провели испытательный пуск управляемой ракеты. Судя по всему — неудачный: уже через несколько часов эти люди снова обратились к Claude, чтобы выяснить причины сбоя", — уточнили в компании.

Как бы то ни было, ударные возможности хуситов существенно выросли. Они неоднократно публиковали видео, где с дронов фиксировались точные попадания их ракет.

Глобальные последствия

Хотя конфликт в Йемене считается локальным, его последствия способны стать глобальными. Хуситы взяли под контроль Баб-эль-Мандебский пролив, который, наряду с уже заблокированным Ормузским, служил одной из главных торговых и нефтеносных артерий для всего мира. Эр-Рияд из-за блокировки Ормуза пытался перенастроить экспорт на Красное море. Хуситы официально предупредили: через Баб-эль-Мандеб саудовские танкеры не пропустят. При этом подчеркнули, что свободе судоходства других стран ничто не угрожает.

Дополнительно ситуацию для Эр-Рияда осложняют постоянные удары по нефтяной инфраструктуре. К наиболее тяжелым последствиям привела атака из иракской провинции Майсан на трубопровод "Восток — Запад", через который на побережье Красного моря доставлялась нефть, добытая в Персидском заливе. Его ремонт может занять шесть недель.

Подобные шоки серьезно усугубляют общемировые проблемы с топливом.

"Нефтяной рынок выходит из летней самоуспокоенности, цены на Brent резко выросли после пятничных новостей, но многие по-прежнему испытывают ложное чувство безопасности, поскольку не знакомы с количественным анализом. После того как первый шок от войны утих, в начале лета бытовало мнение, что кризис с Ираном находится на пути к урегулированию путем переговоров, а стратегических резервов и коммерческих запасов более чем достаточно", — пишет экономист Грег Придди в The National Interest.

И продолжает: последние события показывают, что быстрого решения нет, а шесть месяцев перебоев в поставках серьезно истощили стратегические и коммерческие запасы топлива по всему миру. Цены на бензин в США выходят на очередные максимумы, дизельное топливо и вовсе побило исторический рекорд — 6,3 доллара за галлон. Это почти двукратный рост с прошлого года.

На этом фоне, как сообщает Politico, Саудовская Аравия обратилась за помощью к США. Однако, утверждает источник издания, Вашингтон стремится избежать активного вовлечения в еще один конфликт на Ближнем Востоке. К тому же у американцев есть свой, не слишком удачный опыт противостояния с хуситами в рамках операции "Страж процветания". Но и проигнорировать влияние этого противостояния на мировую — и американскую — экономику Белому дому непросто.

Положение Эр-Рияда становится отчаянным. Как уверяет газета Israel Hayom, саудиты попросили содействия — как минимум в плане разведки — даже у Тель-Авива. Помимо этого, ведутся переговоры с Египтом. Однако регион уже истощен одним масштабным конфликтом, и ввязываться во второй желающих немного.