Почти каждый день Дональд Трамп делает громкое заявление: то анонсирует очередную «сделку века», то хочет кого‑то захватить, то вновь поднимает вопрос о превращении какой‑либо страны в 51‑й штат США. Однако мало кто обращает внимание на то, что параллельно с этими выступлениями на финансовых рынках происходит нечто необычное.
Речь идет о ставках — на падение или рост нефти, а также на платформах политических предсказаний вроде Polymarket и Kalshi. Журналисты зафиксировали как минимум пять эпизодов, когда за считаные минуты до объявлений Трампа по Ирану на рынке появлялись огромные заявки на продажу нефти (так называемый шорт). Вот самые известные случаи:
-марта 2026 года — за 47 минут до интервью CBS о завершении войны трейдеры открыли короткие позиции на $7,9 млрд; после выхода новости нефть рухнула на 25 %.
-23 марта 2026 года — за 14–16 минут до поста в Truth Social о переговорах с Ираном прошли сделки на $580 млн(в 9 раз выше обычного объема); нефть упала на 11 %.
-7 апреля 2026 года— примерно за 2 часа 45 минут до объявления о перемирии зафиксирован шорт на $9,5 млрд; падение составило 15 %.
-17 и 22 апреля 2026 года — аналогичные «своевременные» сделки на $7,6 млрд и $4,3 млрд соответственно.
Общий объем подозрительных транзакций превысил $35 миллиардов.
Кроме того, существуют косвенные пересечения интересов, указывающие на то, что сам Трамп и его семья неплохо зарабатывают на этой ситуации.
-Дональд Трамп-младший — инвестор Polymarket (платформы, позволяющей делать ставки на исход мировых событий) и советник Kalshi (сервиса для прогнозирования результатов выборов). Именно на таких площадках фиксировались аномальные ставки — например, выигрыш в $436 000 на аресте президента Венесуэлы за день до реальной операции.
-В мае 2026 года, на фоне заявлений Трампа о скором завершении войны, его брокерский счет активно закупал акции нефтяных и оборонных компаний.
-Также известно, что Джаред Кушнер, спецпосланник по Ирану и зять Трампа, привлекал миллиардные инвестиции от стран Персидского залива, которые напрямую заинтересованы в высоких ценах на нефть.
Все это заставляет относиться к заявлениям Трампа о мире, переговорах и дипломатических успехах с изрядной долей скепсиса. Для него это, что называется, бизнес — и ничего личного. Сейчас ему нет нужды что‑то строить (чем он занимался раньше), когда после каждого громкого заявления о «мирной сделке» он и его окружение зарабатывают миллиарды.
И даже если у кого‑то в Белом доме и закрадываются сомнения насчет инсайдерской торговли или коррупции, расследовать эти нарушения фактически некому: при Трампе в Министерстве юстиции отдел по борьбе с коррупцией был сокращен с 36 до двух прокуроров. При этом количество открытых дел сократилось с примерно 200 до 20. Часть сотрудников уволилась под давлением, часть — в знак протеста, остальных перевели в другие подразделения.
Секреты DARPA и ЦРУ
