Иран и США договорились в пятницу на этой неделе подписать соглашение и открыть Ормузский пролив. Только на новостях о будущих соглашениях цены на нефть упали до трехмесячного уровня – 80 долларов за баррель. Остается главный вопрос: как глубоко может подешеветь нефть?

Президент США Дональд Трамп объявил, что Ормузский пролив откроется к пятнице. Иранское государственное телевидение тоже объявило о мирном соглашении между США и Ираном.

Однако интрига и неопределенность все равно сохраняются. Судоходные компании и трейдеры – покупатели ближневосточной нефти – требуют внести дополнительную ясность перед отправкой судна.

Падение цен на нефть на фоне мирных договоренностей – вполне ожидаемая реакция. Теперь стоит вопрос, насколько низко уйдет цена.

«С одной стороны, открытие Ормуза освобождает те объемы, которые были заперты внутри Ормузского пролива. С другой стороны, дефицит будет ликвидирован. При этом спрос тоже будет оставаться высоким», – говорит Игорь Юшков, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) и Финансового университета при правительстве РФ.

Почему спрос на нефть будет высоким? «Во-первых, потому что за период перекрытия Ормузского пролива страны-импортеры достали довольно много нефти из своих стратегических резервов. Поэтому теперь они будут стараться восполнить потери и заполнить резервы даже больше, чем было.

Более того, те страны, который раньше не имели стратегических резервов, вполне могут захотеть их создать. Потому что все понимают, что нынешняя сделка не очень устойчива, хрупкая.

В любой момент сделка США и Ирана может рассыпаться, например, из-за действий Израиля или Ливана.

Этот высокий спрос как раз будет удерживать цены от сильного проседания. Поэтому в ближайшее время цены на нефть не должны вернуться до низкого уровня января–февраля в 60–65 долларов за баррель.

Второй фактор связан прежде всего с сохранением или развалом сделки ОПЕК и ОПЕК+. ОАЭ уже вышли из соглашения, и Эмираты будут наращивать добычу нефти. Другие члены организации могут завидовать свободной добыче ОАЭ без ограничений со стороны ОПЕК.

«Если распадется сделка ОПЕК+, то в моменте цены могут опуститься даже в район 30 долларов за баррель. Но с учетом повышенного спроса нефть закрепится все-таки в коридоре 75–80 долларов за баррель», – говорит Юшков.

Третий фактор – будут ли сняты санкции с иранской нефти. Если это произойдет, то Иран может больше продавать нефти разным странам, а не только Китаю.

«Даже если движение через пролив станет восстанавливаться со второй половины июня, странам Персидского залива потребуется значительное время (возможно, до конца года) на наращивание добычи. Полноценное возобновление судоходства может занять от одного до двух месяцев. В итоге мы не ожидаем заметного падения цен на нефть – даже после разблокировки пролива, скорее всего, котировки Brent вероятно будут находиться в диапазоне 75–85 долларов за баррель. Быстрый возврат к уровням февраля в 67 долларов за баррель маловероятен», – говорит Александр Потавин, аналитик ФГ «Финам».

Аналитики Morgan Stanley считают, что соглашение является важным шагом к деэскалации конфликта и увеличению экспорта нефти. Они прогнозируют восстановление 50% добычи к сентябрю и 80% к декабрю.

Аналитики Goldman Sachs ожидают, что средняя цена на нефть марки Brent в четвертом квартале составит 80 долларов, что на 10 долларов меньше предыдущего прогноза.

Аналитики RBC Capital Markets LLC более осторожны и считают, что потребуется несколько месяцев для достижения уровня до начала войны.

Открытие Ормузского пролива активирует работу катарской компании QatarEnergy. Ранее там заявляли, что около 17% мощностей пострадали от атак Ирана, но оставшиеся мощности действительно готовы к работе и их можно перезапустить в течение месяца. «По мере нормализации поставок через Ормуз европейские цены на газ могут постепенно опуститься до 400 долларов за тысячу кубометров. Более сильного снижения цен не ожидаем, так как уровень заполненности ПХГ в ЕС остается сниженным, то есть подготовка к отопительному сезону в оставшийся период будет более интенсивной», – заключает Потавин.

Ольга Самофалова