Войны исторически были одной из главных причин резкого роста государственного долга США.
Война между штатами в 1860-х годах стала первым настоящим потрясением: федеральный долг вырос с 65 миллионов долларов в 1860 году до примерно 2,7 миллиарда долларов после войны - более чем на 4000%.
(Процентный рост так велик, потому что долг был невелик изначально, а президент Эндрю Джексон полностью погасил его в 1835 году. Аналогичным образом процентный рост во время последующих конфликтов был меньше, потому что они начинались с гораздо большей долговой базы.)
Первая мировая война привела к очередному резкому скачку: долг вырос с 2,9 миллиарда долларов в 1914 году до примерно 25 миллиардов долларов к 1920 году - примерно на 760%.
Во время Второй мировой войны номинальный долг вырос ещё больше: с 51 миллиарда долларов в 1940 году до 260 миллиардов долларов после войны, то есть примерно на 410%.
Во время войны во Вьетнаме государственный долг США вырос с 317 миллиардов долларов в 1965 году до 533 миллиардов долларов в 1975 году - примерно на 68%.
По самым точным имеющимся оценкам, война в Афганистане обошлась примерно в 59% от суммы непогашенного федерального долга на момент её начала, а война в Ираке в 2003 году - примерно в 47%.
Идёт уже третий месяц войны с Ираном. На момент начала войны федеральный долг США составлял примерно 38,7 триллиона долларов, а сейчас он уже превысил 39,2 триллиона. Каким он будет к концу войны ? Конечно, никто не знает, но я думаю, можно с уверенностью сказать, что он значительно вырастет.
Действительно, война = инфляция, но в этом процессе есть промежуточный этап - долг.
Военные расходы финансируются в основном за счёт долговых обязательств, которые в значительной степени выкупаются центральным банком за счёт валюты, созданной из ничего.
Таким образом, более точное уравнение выглядит так:
Война = Долг = Инфляция
Вот как война в Иране раскручивает долговую спираль правительства США и ускоряет обесценивание валюты, которое и без того приближалось к критической точке, даже если не учитывать последствия войны.
Но это ещё не всё.
Ещё одной вероятной жертвой войны в Иране может стать нефтедолларовая система, которая, по сути, является инструментом защиты крупных нефтедобывающих стран Ближнего Востока, поддерживающих США, таких как Саудовская Аравия, Кувейт, Объединённые Арабские Эмираты, Бахрейн и Катар.
Идея проста. Американские военные «защищают» эти страны в обмен на их согласие продавать нефть за доллары США и направлять вырученные средства на рынок казначейских облигаций США, тем самым поддерживая доллар и помогая удерживать процентные ставки на более низком уровне.
Нефтедолларовая система была мощным подспорьем для доллара США с тех пор, как в 1971 году Никсон разорвал последнюю связь доллара с золотом.
Однако сейчас эта система рушится на наших глазах.
Война с Ираном наглядно продемонстрировала ограниченность военной мощи США и их неспособность обеспечить защиту, на которую, как полагали богатые нефтью арабские государства Персидского залива, они могли рассчитывать. Иран показал, что он здесь главный и что обещания США о защите не только бесполезны, но и контрпродуктивны, поскольку американское присутствие провоцирует неконтролируемую нестабильность в этих странах.
А из-за закрытия Ормузского пролива и повреждения нефтяной инфраструктуры они продают гораздо меньше нефти, а значит, гораздо меньше средств возвращается на казначейский рынок. Это ещё один фактор, препятствующий росту доходности казначейских облигаций США.
Дело не только в том, что спрос на казначейские облигации со стороны нефтедобывающих стран Персидского залива, использующих нефтедоллары, снизился, но и в потенциальном давлении со стороны продавцов.
Объединённые Арабские Эмираты выдвинули идею продажи части своих казначейских резервов, которые составляют значительную часть валютных резервов страны в размере 285 миллиардов долларов, чтобы компенсировать потерю доходов от продажи нефти. Вместо того чтобы продавать казначейские облигации и рисковать дестабилизировать рынок облигаций, ОАЭ запросили возможность валютного свопа. Министр финансов США назвал своп-линии способом «предотвратить беспорядочную продажу американских активов». Очевидно, что он обеспокоен напряжённостью на рынке казначейских облигаций.
Кроме того, Иран открыто заявил, что одним из его условий безопасного прохода нефтяных танкеров через Ормузский пролив является взимание платы в китайских юанях в размере около 1 доллара за баррель нефти, перевозимой танкером. По слухам, более 20 стран уже согласились на новые условия Ирана. Иран, скорее всего, собирает плату за проход через Ормузский пролив в юанях на счёт в китайском банке, а затем использует эти юани для покупки физического золота или китайских товаров и материалов, часть из которых, без сомнения, идёт на финансирование военных действий Тегерана и может быть доставлена в Иран по суше через Центральную Азию по железнодорожным путям, не опасаясь, что их остановят или задержат.
По некоторым данным, Япония входит в их число. Токио сильно зависит от импорта энергоносителей: около 90% нефти поступает через Ормузский пролив. Эта уязвимость объясняет сообщения о том, что Япония, возможно, даже использует валюту своего конкурента - китайский юань для выполнения новых условий Ирана по платежам и сохранения поставок жизненно важных энергоносителей.
Вскоре мы можем стать свидетелями того, как нефтедолларовая система уступит место нефтеюаневой.
Никто точно не знает, как всё будет развиваться, но мне ясно, что по многим причинам рынок казначейских облигаций и доллар США больше всего пострадают от войны в Иране.
Доходность 10-летних казначейских облигаций: индикатор напряжённости в системе фиатных валют
Доходность 10-летних казначейских облигаций - это, пожалуй, самый важный финансовый показатель в мировой системе фиатных валют, поскольку он влияет на оценку активов и рыночные тенденции во всём мире. Многие ошибочно считают её безрисковой ставкой доходности.
Доходность 10-летних казначейских облигаций можно считать ключевым показателем системы фиатных валют, основанной на долларе США - важнейшим показателем, своего рода её сердцем.
Доходность облигаций обратно пропорциональна их цене. Когда цена облигаций падает, доходность растёт.
Рост доходности 10-летних казначейских облигаций сигнализирует о проблемах для доллара США, поскольку означает, что инвесторы продают казначейские облигации, что приводит к увеличению стоимости заимствований для правительства США. Вот почему доходность 10-летних казначейских облигаций является главной проблемой для правительства США.
На момент начала войны доходность 10-летних казначейских облигаций составляла 3,97%. Сейчас она составляет около 4,60%, увеличившись примерно на 63 базисных пункта.
Я ожидаю, что доходность 10-летних казначейских облигаций продолжит расти в ближайшие недели и месяцы - до тех пор, пока это не вынудит ФРС вмешаться. В этот момент вмешательство будет преподноситься как «стабилизация», но механизм будет привычным: подавление доходности за счёт обесценивания валюты.
При нынешнем уровне долга каждое увеличение средней стоимости заимствований правительства на 1 базисный пункт приводит к росту ежегодных процентных расходов примерно на 3,9 миллиарда долларов. Таким образом, рост на 63 базисных пункта - это не мелочь: он приведёт к дополнительным ежегодным процентным расходам почти на 250 миллиардов долларов, что существенно увеличит дефицит бюджета в 2025 году, который и так составлял около 1,8 триллиона долларов.
Повышение процентных ставок означает, что правительству США придётся выплатить на десятки, а то и сотни миллиардов долларов больше процентов по своему долгу. В то же время мировая экономика сталкивается с ещё большими дополнительными расходами, поскольку ставки казначейских облигаций служат ориентиром для заимствований во всём мире.
Это важный шаг. Однако, учитывая все препятствия, о которых я говорил, я подозреваю, что доходность 10-летних казначейских облигаций будет расти, потому что инвесторы будут требовать более высокой доходности, чтобы компенсировать растущую инфляцию. Кроме того, если Ормузский пролив останется закрытым, резкий рост цен на нефть практически неизбежен. Повышение цен на энергоносители означает рост цен во всей экономике и повышение официального уровня инфляции, а значит, инвесторы будут требовать ещё более высокой доходности, чтобы компенсировать это.
Проблема в том, что проценты по федеральному долгу уже превысили 1,2 триллиона долларов и стали второй по величине статьёй расходов бюджета. Правительство США не может позволить себе ещё больше увеличить доходность, потому что процентные расходы приведут страну к банкротству.
Я не знаю, как, и сможет ли вообще, правительство США справиться с этой ситуацией. Что-то должно произойти, и нам не придётся долго ждать, чтобы узнать, что именно.
Война в Иране может оказаться не просто очередной внешнеполитической катастрофой. Она может стать катализатором, который обнажит уязвимость всей финансовой системы, основанной на долларе.
Когда сталкиваются война, долги, инфляция и ослабление рынка казначейских облигаций, последствия могут проявиться быстрее, чем многие ожидают. Ведущие СМИ не предупредят вас о грядущих событиях, а когда всё станет очевидно, будет уже слишком поздно что-либо предпринимать.
Источник
