Исторические параллели: "Советские танки в Брюсселе".

Уже было понятно, что танк напротив русского посольства в Берлине , задуманный как заукраинская акция, уберут. Просто думал, что у них мозгов хватит сделать это раньше. Ржавый танк, причём не очень ясного происхождения, стал локальной точкой схватки идеологий, причём расчехлились на этом многие.

Было понятно, что граждане Германии, которые понесли к нему цветы и сорвали с него жовто-блакитную тряпку, полностью перевернули антироссийский дискурс профессиональных заукраинцев. И превратили груду железа в политическое высказывание, и даже немцы поняли, что их опять надули.

Неудивительно и то, что следующим шагом станет истерическое уничтожение роз и гвоздик. Когда произошёл такой эпический провал антирусской акции, ответом со стороны заукраинцев могла стать только чудовищная истерика.

И тут стало понятно, какие именно силы дирижируют вандализмом: в активистах-провокаторах мы тут же заметили Сергея Сумленного — бывшего москвича, который, вы будете смеяться, конечно же, руководитель Фонда Бёлля на Украине. Чтобы было понятно: Фонд Бёлля — это кошелёк и карман партии «Зелёные». Каждая крупная партия Германии имеет такие фонды, через которые идёт финансирование, в том числе и со стороны государства. И вот эти деньги используются на всякие «акции», в том числе наверняка и на эту, с подбитым танком, с уничтожением стихийного мемориала. А позицию бывшей пацифистской партии «Зелёные» мы тоже уже слышим каждый день из уст зелёной министерки Анналены Бербок. Они превратились в партию войны.

Было просто интересно, что они всё-таки сделают с этим танком, который стал ещё одним памятником русскому солдату в Берлине. Куда они его потащат, дабы с глаз долой и чтобы все забыли (спойлер: не забудут). И тут возникает тема «А давайте мы перевезём его в Голландию». Ну что, гастроли танка советского производства, пока из числа нефункционирующих (рабочие машины пока немного заняты на Украине), продолжаются. Нидерланды так Нидерланды. Проблема с «пропагандистами-акционерами» украинского толка в том, что и у них, и у их аудитории очень туго с мозгами, памятью и образованием. Они рассчитывают на каких-то блогеров вместо людей. На тех, кто не помнит, что акция с подбитым танком — это вполне нацистская акция, о которой написал стихотворение участник взятия Берлина, советский офицер и поэт Евгений Долматовский. Только поэт описывает акцию тогдашних зелёных, которых почему-то называли коричневыми, проведённую в Брюсселе буквально на границе с Нидерландами:

«Чтобы скрыть
Свой провал и позор своего отступленья,
Чтоб забыть, как гремит
Между Волгой и Доном метель,
Повезли их в Европу —
Показывать для устрашенья,
Так сгоревшие танки
Приехали в старый Брюссель.
Их на площадь поставили».

Если бы мосье Сумленный и его начальнички хоть немного знали русскую литературу, они бы знали, чем заканчивается стихотворение Долматовского:

«Рассвело.
Что случилось?
Нет башен стахановской сварки.
Всё покрыто цветами —
Кровавыми сгустками роз,
И гирлянды тюльпанов…»

Для особо тупых, с мозгом, поражённым украинством: это написано в 1943 году. Так что не надо устраивать нацистский косплей. Оно всё отчего-то заканчивается унизительным поражением. И это я ещё вам последнюю строфу не привожу — сами почитайте. Там — бомба.
Игорь Мальцев


Советские танки в Брюсселе
Евгений Долматовский.

Я не знаю, где их подожгли.
На Кубани, быть может…
Иль за Доном
Погибли носители русской брони,
Был недолог их век,
Но он славно и яростно прожит.
И, уже запылав,
Шли,
Стреляли,
Давили они.

Немцы их захватили.
Огонь вырывался со свистом.
Даже к мертвым машинам
С опаской сползались враги.
Там, под люками,
Черные руки сгоревших танкистов
Крепкой хваткой сжимали
Оторванные рычаги.

Чтобы скрыть
Свой провал и позор своего отступленья,
Чтоб забыть, как гремит
Между Волгой и Доном метель,
Повезли их в Европу —
Показывать для устрашенья,
Так сгоревшие танки
Приехали в старый Брюссель.

Их на площадь поставили.
Хрипло смеялись убийцы,
А советские танки
Стояли угрюмой стеной.
И в глубоком безмолвье
Смотрели на башни
Бельгийцы.
И, пока не стемнело,
Старались пройти стороной.

Ночь настала.
Уснул грустный город немецкого плена.
Груды стали уральской
Мерцали под фландрской луной.
Там, где шел Уленшпигель,
Шагали захватчики в шлемах.
Ночь пугала их всем:
Темнотою, луной, тишиной.

Рассвело.
Что случилось?
Нет башен стахановской сварки.
Все покрыто цветами —
Кровавыми сгустками роз,
И гирлянды тюльпанов
Горят непреклонно и ярко,
И роса в лепестках,
Словно капли искрящихся слез.

Это были «КВ»
Или верные «тридцатьчетверки»,
И казалось брюссельцам —
Сейчас их броня оживет
И над башней поднимется
Парень
В простой гимнастерке
И на битву с врагами
Бельгийский народ позовет.

1943г.