Как русский флот взял Бейрут

С Бейрутом всегда было связано много удивительных историй. Вот лично я хотел бы вспомнить довольно малоизвестный эпизод истории Бейрута, в котором русские моряки сыграли одну из главных ролей.


250 лет назад Османская Империя дала первую значительную трещину. Да, уже почти 80 лет она вела неудачные сражения в Европе и Северном Причерноморье, но ее господство на Ближнем Востоке казалось вечным и незыблемым. Однако стоило даже не самому сильному флоту не самой мощной западной державы поднять свои вымпелы в Эгейском море, как Блистательная Порта буквально вспыхнула огнем региональных восстаний.

После победы русских в Чесменском сражении и уничтожения турецкого флота сепаратизм во владениях султана проявился самым безудержным образом. Восстали греки как на Пелопоннесе, так и на различных островах, что совершенно понятно. Восстал Египет, где правитель и военачальник мамелюков Али-бей аль-Кабир не только избавился от верховной власти султана, но и присоединил к зоне своего влияния часть Хиджаза. И у него нашелся могучий союзник в нашем регионе.

Это был знаменитый правитель Акко, Цфата и фактический основатель современной Хайфы – друз Захир (Дагир) аль-Умар аз-Зейдани. Это честолюбивому, хитрому и талантливому администратору и полководцу удалось создать настоящее государство в Галилее со столицей в Акко, которую он укрепил, украсил, сделал центром производства и продажи хлопка в регионе, фактически возродил из небытия. У него была своя армия, состоящая из наемников и из людей его племени. У него были союзники среди мальтийских рыцарей. У него даже был свой флот.

И он, узнав о победе русских при Чесме, решил играть ва-банк. Надо добавить, что тот факт, что шейх Дагир был друзом – также оказало благоприятное воздействие на регион. Шейх был абсолютно веротерпимым правителем. В его практически независимое государство приехало довольно много христиан и евреев, у него были хорошие отношения с шиитскими и алавитскими кланами. Это усиливало поддержку его предприятий местным населением.

В 1771 году он втайне от всех присягнул на верность «матушке Екатерине», справедливо считая, что русская императрица ТАК далеко, что ВООБЩЕ ему не помеха, и разрешил русским кораблям сделать Акко своей гаванью. Гвардии поручик Преображенского полка Семен Баумгартен, эмиссар Алексея Орлова, лично подписал сей документ, и русские корабли могли теперь спокойно курсировать от Пароса (своей базе на Архипелаге) до Акко.

После этого Дагир вместе с египетскими союзниками овладел, на минуточку, Дамаском и Сайдой, отбил контратаки турок и приступил к своей второй мечте — осаде Бейрута. Контролируя этот порт, он, тем самым, фактически монополизировал бы всю торговлю на Переднем Востоке.

Адмирал Г.А.Спиридов оценил достоинства этого плана, и отряд кораблей под командованием капитана 2-го ранга М.И.Кожухова (5 фрегатов, 6 полугалер и 1 шебека) 17 июля 1773 года бросил якоря в Акко, а затем 5 августа началась осада Бейрута, который защищал турецкий гарнизон Чезар-бея. Кожухов выстроил фрегаты в линию и открыл с моря огонь по крепости.

Одновременно под прикрытием артиллерийского огня на беpeг с галер был высажен десант. Он закрепился на побережье и оборудовал там батареи, и началась бомбардировку крепости. После десятидневного обстрела в стенах были пробиты бреши. Попытки турецкого гарнизона сбросить десант в море были отражены.

Однако осада затянулась. Самих русских, кроме моряков и канониров, под Бейрутом было довольно немного, офицеры Баумгартен и Войнович на суше командовали иррегулярными частями из пророссийски настроенных албанцев, сербов, чероногорцев и греков. Отряды же Дахира то занимали боевые позиции и траншеи, то покидали их, отправляясь по домам для сбора урожая. Кроме того, союзники спорил о контрибуции, каковую следовало наложить на Бейрут.

Века проходят, а поведение местных вооруженных формирований, как мы видим – совершенно не меняется. Наконец, после двухмесячной блокады, в последних числах сентября 1773 года, турецкий гарнизон капитулировал. С падением бейрутской крепости турки лишились своего главного опорного пункта на территории Ливана. Кожухов «российские флаги на крепости поставил», а затем передал власть в городе местному населению – фактически, вассалам Дахира.

Русские получили огромную контрибуция в размере 300 000 пиастров. Эти деньги, согласно Морскому уставу, разделили между судовыми командами. Кроме этого, 2 галеры с 14 пушками, 17 орудий со стен, фальконеты, боеприпасы, холодное оружие, шелка, посуда и прочее – перешли в собственность российского флота. Турки потеряли около 800 человек убитыми и ранеными. Русские — 34 солдата и два офицера убитыми, 96 ранеными.

Однако смерть союзника Али-бея в боях в Египте с верными османам мамлюками, а затем и мирный договор между Россией и Турцией, полностью нарушили планы честолюбивого Дахира. Турецкая империя была еще сильна. Она смогла собрать силы и удержать единство внутри страны. К 1775 году шейх Дахир был разбит, осажден в Акко и убит, видимо, своими же людьми, которые таким образом спасали свои головы. После этого в Акко и по всей Галилеи взошла звезда нового, еще более известного и талантливого правителя.

Среди тех, кто сдался в Бейруте на милость Дахиру и его русским союзникам был некий босниец, командир отряда из албанцев и берберов, отличавшийся особой жестокостью. Его так и звали – Джаззар (Мясник). Говорили, что он начинал у некоего паши в Стамбуле брадобреем.

Но и другое рассказывали про этого человека. Как бы то ни было, этот самый Ахмад аль-Джаззар, находившийся в Акко в момент смерти Дахира, так сумел повести свои дела, что уже вскоре фактически возродил квазигосударство покойного шейха, и продолжил украшать свою столицу – Акко.

Именно Аль-Джаззару судьба уготовила титул первого победителя Наполеона. Но эта уже совсем другая история.

Адам Зар