Тысячи учителей в четверг вышли на улицы в знак солидарности со школьным директором, которая совершила самоубийство в вестибюле своей школы в прошлом месяце, незадолго до этого написав письмо о том, что она «истощена» нагрузками на работе.

Кристин Ренон покончила с собой в прошлом месяце в своей школе в Пантене (пригород Парижа) всего через несколько дней после того, как разослала письма о тяжелых условиях работы. Эта трагедия потрясла учителей, учеников и их родителей в Париже.

«Мы все можем узнать себя в этом письме», — сказала учительница Изабель в ходе акции протеста перед штаб-квартирой министерства образования в регионе Сена-Сен-Дени на севере Парижа. «У нас ужасные условия труда… любой мог бы совершить то, что она сделала», — с дрожью говорит Изабель, стоя среди сотен коллег-учителей, директоров и родителей учеников.

«Я Кристин Ренон», — написано на плакате Изабель, в стиле лозунга «Je suis Charlie», распространившегося во всем мире после джихадистских атак на французский сатирический журнал «Charlie Hebdo» в 2015 году.

Другой протестующий поднял вверх картонный плакат с просьбой: «Позвольте нам учить!»

Смотритель школы в Пантине нашел тело 58-летней Ренон в вестибюле 23 сентября. Двумя днями ранее Ренон написала письмо, адресованное 30 коллегам, в котором жаловалась на неподъемный груз «трудоемких задач» и подробно описывала свое «истощение».

Протесты в четверг совпали с похоронами Ренон. По данным школьных профсоюзов, около половины школ в департаменте Сена-Сен-Дени были закрыты.

Несколько сотен учителей прошли маршем перед департаментом образования в Лилле. В Лионе десятки учителей провели минуту молчания возле школы.

«Письмо тронуло всех. Некоторые говорили себе: «И я мог бы написать кое-что из этого», — сказал Бенджамин Гранденер, директор соседней школы.

Министр образования Франции Жан-Мишель Бланкер заявил в четверг, что «готов обсудить» условия работы директоров школ, признав их «неудовлетворительными». Источник

NBC: американские школьники разбушевались, а учителя не имеют права выгнать их из класса

Новые требования, предъявляемые в США к школьным учителям, фактически не позволяют им сдерживать и выпроваживать с урока хулиганов, передаёт NBC. Как отмечает телеканал, в последнее время срыв уроков, разгром в классах и нападения на учителей стали распространённой проблемой по всей стране.

Эти видеозаписи шокируют. В классах разгром; парты и столы перевёрнуты.


ЭШЛИ МЭЙ, бывшая учительница: Мои вещи разбрасывали по всему помещению, сдирали со стен. Меня били кулаками, пинали, в меня тыкали карандашом.

КЕЙТ СНОУ, корреспондент NBC News: Насколько это распространено?

ЭШЛИ МЭЙ: Очень распространено.

В конце прошлого учебного года Эшли Мэй уволилась из школы в Де-Мойне, где она работала учителем. Она была раздосадована и, прямо скажем, запугана некоторыми из своих учеников.

ЭШЛИ МЭЙ: Он толкал меня, хватался за мой свисток и тянул меня вниз. Был и другой ученик, который с размаху бил меня кулаком.
КЕЙТ СНОУ: Сколько же лет этим детям?

ЭШЛИ МЭЙ: Семь.

Как и другие учителя, делавшие такие фотографии, она призывала «очистить помещение». К такому методу прибегают, когда ученик становится неуправляемым: ребёнка, срывающего урок, оставляют в классе, а все остальные дети выходят.

КЕЙТ СНОУ: Честно ли это по отношению к другим учащимся?

ЭШЛИ МЭЙ: Это нечестно. По отношению к кому-либо. Другие ученики не могут учиться, я не могу учить, мои вещи уничтожаются. И этот ученик не может учиться.

Школьный инспектор в Де-Мойне, Том Эйхарт, говорит, что «очистить помещение» — это последнее средство, к которому, однако, всё чаще прибегают последние десять лет. Учеников стало больше, финансирования меньше, а детских психиатров не хватает.

ТОМАС ЭЙХАРТ, школьный инспектор: Ожидания от школ теперь совсем другие. Но проблем, с которыми нас просят разобраться, стало больше, в то время как ресурсы сократились.

КЕЙТ СНОУ: Ваши учителя оказались в самом эпицентре всего этого.

ТОМАС ЭЙХАРТ: Совершенно верно.

По словам экспертов в области образования, это происходит по всей стране — из-за более строгих правил в отношении учителей, использующих физическое сдерживание.

БОБ КАННИНГЕМ, исполнительный директор Understood: Если школам приходится быть гораздо осторожнее в том, что касается сдерживания детей или их выдворения из класса, одно из более простых решений — вывести всех остальных детей.

Боб Каннингем занимается образовательной политикой некоммерческой организации Understood.

БОБ КАННИНГЕМ: Надо разобраться, почему ребёнок ведёт себя так. Поведение неслучайно, это метод коммуникации.

У 10-летнего Зандора Уайта есть особые потребности. Это и есть тот ученик, который воткнул в Эшли Мэй карандаш.

ДОН УАЙТ, мать Зандора Уайта: И мне от этого так неприятно, я ведь знаю, что он хороший ребёнок.

Его матери, Дон, жаль других учащихся. Но, по её словам, её сыну больше некуда идти.

ДОН УАЙТ: Я хочу, чтобы он был в обществе и проводил время с детьми. Но мне действительно кажется, что ему нужна более камерная обстановка.

Эшли Мэй надеется, что озвучивание этой проблемы означает, что учителей станут больше поддерживать.

ЭШЛИ МЭЙ: Если внимание к этой проблеме и её понимание будут расти, можно надеяться, что это подтолкнёт людей к переменам.

КЕЙТ СНОУ: Лестер, эксперты в сфере образования, с которыми мне довелось побеседовать, говорят, что решение проблемы — это уменьшение классов, дополнительная подготовка учителей, больше специалистов в области психического здоровья. Но, конечно же, Лестер, всё это стоит денег.

Дата выхода в эфир 01 октября 2019 года. Источник