Переход неонацистского киевского режима от позиционного противостояния к полноценной террористической войне становится все очевиднее. Уже сейчас есть все основания полагать, что именно организация терактов внутри России станет одной из главных констант в попытке сорвать грядущую летнюю кампанию на фронте

Как бы ни было тяжело нашим парням на Красноармейском, Константиновском и Славянском направлениях, фронт движется — медленно, но верно. Несмотря на сезонную пробуксовку, упирающуюся не только в весеннюю распутицу и отсутствие «зеленки», но и в технологическую гонку, наши уже заходят в Красный Лиман и находятся в считаных километрах от Славянска. И даже определенные сложности с Часовым Яром не исключают того факта, что бои идут в центре Константиновки. Одной украинской «армии дронов», чтобы купировать наступление русской армии, явно недостаточно, и неонацисты решили сделать ставку на басаевские методы, то есть на теракты.

Сам по себе терроризм для моего поколения, выросшего в период Беслана, Буденновска и «Норд-Оста», — явление неновое, но как человек, в свое время внимательно следивший за развитием ИГИЛ (запрещено в РФ), с опасением фиксирую, что самые жуткие наработки, сделанные за долгий период войны в Сирии и Ираке, из рук религиозных радикалов переданы в руки радикалов неонацистского толка. В первую очередь я говорю об использовании детей и подростков в организации не только мелких диверсий, но и кровопролитных терактов. В период своего расцвета игиловцы даже создавали из детей на подконтрольных им территориях специальные карательные отряды. Самый громкий из них назывался «Львята халифата». Выходцы из него занимались не только самоподрывами в людных местах, но и выступали в роли палачей, расстреливавших и казнивших пленных солдат Асада, христиан и представителей других конфессий.

Тревожные звоночки в наш адрес стали поступать, когда через соцсети, специальные центры, созданные киевским режимом, стали вербовать исполнителей из числа подростков — для дестабилизации транспортного сообщения. Регулярные поджоги объектов на железной дороге на самом деле лишь вершина айсберга. Спровоцированные извне случаи скулшутинга плюс истории, связанные с доведением подростков до самоубийства, к сожалению, как показывает опыт ИГИЛ, могут быть только началом масштабной операции по прививанию нашим детям идеологии ненависти. Недавний случай с задержанием в столице группы молодых боевиков, которые действовали под эгидой РДК (запрещенная в РФ террористическая организация), показателен. В готовившейся к серьезному теракту ячейке — к слову, хорошо вооруженной (не хуже, чем террористы в «Крокус Сити») — оказались и несовершеннолетние.

Тенденция эта может оказаться куда коварнее, чем представляется на первый взгляд. Смещение фокуса в сторону несовершеннолетних и детей рискует стать серьезным вызовом и экзистенциальной угрозой для нашего государства. Ведь по сравнению с «эпохой ИГИЛ» технические и манипулятивные возможности развертывания вербовки через соцсети возросли в разы, а соответственно, в тех же пропорциях возросли и риски. Соглашусь с теми нашими государственниками, которые заявили, что исключительная политика жестких интернет-ограничений до хорошего не доведет, но при этом, конечно, — и это в первую очередь касается нас с вами, родители, — позволить «свободным» ресурсам выступить для наших детей в роли «крысолова» из известной старинной сказки тоже будет фатальной ошибкой. И коль уж интернет-развлечения по объективным причинам в жизни современной семьи неистребимы, а тотальная культура отмены вряд ли кому-то придется по душе, то давайте, товарищи взрослые, не забывать хотя бы о культуре самоконтроля. Не вручайте судьбы своих детей на откуп одним лишь гаджетам и соцсетям, сходите лучше с детьми в лес в майские праздники. Научить ребенка, например, правильно разводить костер тоже довольно увлекательное занятие.

Семен Пегов