Никита Хрущёв был первым секретарём ЦК КПУ в период с января 1938 по март 1947 года, затем на короткий срок пост занимал Лазарь Каганович (март — декабрь 1947). После этого должность снова занимал Хрущёв (декабрь 1947 — декабрь 1949).
Украина при Хрущёве стояла впереди всех советских республик по объёму инвестиций из союзного бюджета. Самые капиталоёмкие объекты — атомные электростанции и пр. — строились именно на Украине. Её лоббисты сидели в Госплане, во всех министерствах и ведомствах, выходцы с Украины занимали важные посты в партийно-государственном аппарате.
В годы довоенных пятилеток были построены Азово-Донецкий и Днепропетровско-Криворожский промышленные районы, расположенные на территории нынешней Украины. Таких районов в мире к тридцать пятому году было всего шесть. Среди них - Пенсильванский в США, Бирмингемский в Англии, Рурский в Германии и наш Урало-Кузнецкий.
То есть перед войной половина мировых экономических центров "первого ранга" находилась в СССР, и мы победили, полностью задействовав мощности только одного, Урало-Кузнецкого района! Это к вопросу о том, как СССР готовился к войне. Война дважды прокатилась по Украине, оставив одни развалины от этих промышленных районов, от тысяч заводов и сёл, от десятков городов.
Возглавить сложную и тяжёлую работу по возрождению экономики Украины Хрущёв, очевидно, не мог. Созидательная работа такого масштаба была ему не по силам. Сталин это понимал. Поэтому переместил Хрущёва на вторую позицию. С 1944-го по конец 1947-го года Хрущёв работал Председателем Совета министров Украинской ССР. На первую позицию Первого секретаря ЦК КП(б)У был назначен Л.М.Каганович.
Затем, когда основная и самая тяжёлая часть работы под руководством Кагановича была выполнена, Хрущёв вновь назначен Первым секретарём ЦК КП(б)У. У него появилась возможность беспрепятственно заняться воплощением собственных идей.
17 сентября 1955 года был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР "Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941—1945 гг."
Инициатором данного Указа выступил тогдашний первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв.
● Привожу в качестве выдержки лишь несколько статей из данного Указа:
"...Статья 1. Освободить из мест заключения и от других мер наказания лиц, осужденных на срок до 10 лет лишения свободы включительно за совершенные в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. пособничество врагу и другие преступления,...
Статья 2. Сократить наполовину назначенное судом наказание осужденным на срок свыше 10 лет за преступления, перечисленные в ст. 1 настоящего Указа.
Статья 3. Освободить из мест заключения независимо от срока наказания лиц, осужденных за службу в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях
Статья 7. Освободить от ответственности советских граждан, находящихся за границей, которые в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. сдались в плен врагу или служили в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях..."
Данный Указ фактически был одним из тех документов, которые заложили "мину замедленного действия" под сам "фундамент" Советского Союза.
Привожу мнения нескольких профессиональных историков по данному поводу.
Как указывает украинский историк Александр Васильев, 25 сентября 1956 года руководство УССР обратилось в Москву с докладной запиской, в которой сообщалось, что на Западной Украине начало активизироваться националистическое подполье ОУН.
Записка была подписана вторым секретарём ЦК Компартии Украины Николаем Викторовичем Подгорным. Проблема, описанная в докладной, заключалась в том, что из мест заключения стали массово возвращаться бывшие члены УПА и ОУН, что вызвало рост социально-политической напряжённости в регионе среди местного населения.
Согласно данной записке, на Западную Украину вернулось из тюрем и лагерей свыше 40000 бывших оуновцев, в том числе ряд бывших главарей УПА. Подтверждение того факта, что по амнистии освобождались даже высшие руководители ОУН-УПА, служит пример жизни и деятельности Василя Кука, который был главнокомандующим Украинской повстанческой армией( УПА) после смерти летом 1950 года её предыдущего командира - Романа Шухевича.
Так вот, в 1960 году, отсидев всего 6 лет, Кук вышел по амнистии на свободу и начал свою "тихую" жизнь: сразу был принят на работу в Институт истории Академии наук Украинской ССР, занимался научной работой в Центральном государственном историческом архиве УССР. Фактически Кук не отказался от идеологии украинских националистов, сменив лишь тактику: от сопротивления с оружием в руках на разложение советской системы изнутри…
Другой российский историк Александр Владимирович Пыжиков, работая над хрущёвским периодом нашей истории, обнаружил очень любопытный документ - Завет одного из главарей Львовского краевого «провода» ОУН Василя Заставного, который указывает нам на смену тактики борьбы "бывших" членов ОУН. Вот выдержка:
"...Период борьбы с пистолетом и автоматом закончился. Настал другой период – период борьбы за молодёжь, период врастания в советскую власть с целью её перерождения под большевистскими лозунгами… Наша цель – проникать на всевозможные посты, как можно больше быть в руководстве промышленностью, транспортом, образованием, в руководстве молодёжью, прививать молодёжи всё национальное…"
В апреле 2014 года в журнале "Разведчикъ" № 4 в статье " Структура украинских националистов" были опубликованы выдержки из бесед с Юрием Васильевичем Тараскиным, который в те времена служил в СМЕРШе и был внедрён в средний командный состав УПА. Привожу интересные выдержки из указанной выше статьи.
● О "захвате" бывшими членами ОУН-УПА партийных и хозяйственных постов в советской Украине:
"..После смерти Сталина по амнистии, проведенной Хрущёвым, вышли на свободу все активные участники УПА-ОУН, возвратившиеся к себе на родину. В 1950-1960 годах началось тихое восстановление ОУН. Начали они с выдвижения своих людей на партийные и хозяйственные посты, были случаи приема проводников идей ОУН и политреферентов ОУН в комсомол с дальнейшим карьерным ростом (яркий пример — Леонид Кравчук). .."
"....В 1974 году я приехал на Западную Украину,... на многих высоких партийных и хозяйственных постах, не говоря о мелких, особенно в сельской местности — в Ровенской, Львовской, Ивано-Франковской областях — стоят люди ОУН. Бывший до 1972 года первым секретарем ЦК КП Украины Шелест скрывал все это от Москвы..."
А еще Никита Сергеевич страстно хотел увеличить территорию Украины.
П.К. Пономаренко, будучи в то время Первым секретарём ЦК компартии Белоруссии, позднее рассказал, что к нему обратился Хрущёв с просьбой дать ему несколько районов Белоруссии, мол, “у нас на Украине леса мало, помоги”. Пономаренко согласился: "Присылай лесорубов, выделим делянки". А оказалось, что Хрущёв таким образом попросил у Пономаренко часть территории Белоруссии, на что, естественно, получил отказ.
А вот с Крымом получилось. До сих пор мы слышим разные объяснения тому, почему Хрущёв отдал российский Крым Украине. А ведь всё очень просто. Единственное верное объяснение: отдал, потому что - Украине. Никакой другой республике ничего за время своего «царства» Никита Сергеевич не отдавал.
Сейчас многие украинские политики, например, бывший президент Украины, беловежский подписант Кравчук, оспаривают эту точку зрения. Они утверждают, что Хрущёв повесил на них хомут, заставил Украину тратиться на Крым, поскольку Украина богатая, а Россия бедная, и ей Крым не по карману. Лукавство!
К концу войны Украина была разрушена в хлам, ведь по ней дважды прокатился вал войны. И Россия неимоверными усилиями, ограничивая себя во всём, после войны восстанавливала Украину. К 1954-му году это восстановление ещё не было полностью завершено, по всей Украине тогда доминировали малюсенькие глинобитные хатки с земляными полами, в которых ютились целые семьи. Поэтому насчёт богатой Украины – это Кравчук несколько переборщил.
Дмитрий Шепилов, тогдашний главный редактор «Правды» и член ЦК, вспоминал, как Хрущев осенью 1953 года впервые предложил изменить статус Крыма:
«От Крыма до России далеко, — сказал он, — Украина ближе. Легче будет вести всякие хозяйственные дела. Я уже кое с кем говорил на этот счет. У украинцев, конечно, слюнки текут, они будут рады-радешеньки, если мы им Крым отдадим. С Федерацией Российской тоже, я думаю, договоримся. Надо только обставить это все с умом: чтобы верховные советы обеих республик просили союзный Верховный Совет сделать такую передачу. А Ворошилову надо все это провести по-доброму через Президиум Верховного Совета СССР... Я думаю, возражений не будет?».
Сохранилась в памяти Шепилова и скептическая реплика Вячеслава Молотова: «Конечно, такое предложение является неправильным. Но, по-видимому, придется его принимать».
13 февраля свое слово сказал законодательный орган Украинской ССР: «Президиум Верховного Совета Украинской ССР со своей стороны считает, что передача Крыма Украинской ССР, учитывая общность их экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи, вполне целесообразна и является свидетельством безграничного доверия великого русского народа украинскому народу».
Разумеется, никаких референдумов и даже социологических опросов не проводилось. По большому счету, достаточно было воли одного человека. Но в Верховный Совет СССР пошли письма из разных уголков России и из Крыма. Люди были возмущены тем, что власть жонглирует территориями, не спросив мнения народа.
Вот как описывает предысторию передачи Крыма Украине автор
«Павел Иванович Титов — Первый Секретарь Крымского областного комитета КПСС с 7 августа 1949 по 16 января 1954 года; депутат Верховного Совета СССР III-го созыва (1950 - 1954), … остро выступил против передачи Крыма от РСФСР Украинской ССР, тем самым потеряв должность первого секретаря Обкома. Он был переведен на работу на пост заместителя министра Сельского хозяйства РСФСР».
Титов слетел с должности не в одиночку. Вместе с ним должностей лишились почти все секретари райкомов и много других номенклатурных работников Крыма. Крым всерьез, впервые почувствовал длань Киева: кроме киевских назначенцев на освободившиеся вакансии с весны 1954 года на полуостров стали приезжать и переселенцы из Украины – Киевской, Черниговской и южных областей. Вот так стратег Мыкыта завоевал для ридной Краины Крым.
Главное, что сделал Хрущёв на Украине - обеспечил преемственность целей и задач, поставив во главе республики ярого националиста - Петра Шелеста. На пути одержимости национализмом соседнее государство было еще в 60-х годах. Петр Шелест и его окружение поддерживали идеи данного течения.
Петр Ефимович Шелест — известный политик и первый секретарь ЦК КП УССР. Он написал откровенные мемуары «Да не судимы будете. Дневники и воспоминания члена политбюро ЦК КПСС». Шелест возглавлял украинскую партию 9 лет, а позже и Украинскую Советскую Социалистическую Республику.
Шелест, выходец из Харьковской губернии, возглавил украинскую компартию в 1963 году по протекции Хрущева. Однако уже через год он предал покровителя, поддержав заговор Брежнева. После отставки Хрущева Шелест, пользуясь доверием Москвы, развернул масштабную украинизацию. Он объявил себя потомком запорожских казаков, построил Музей казачества на Хортице и дворец «Украина» в Киеве, требовал переводить вывески в Севастополе и Новороссии на украинский, а командование Черноморского флота поздравлял исключительно на «рiдной мове». В мае 1972 года он был снят с должности первого секретаря Компартии с пометкой «в связи с переходом на должность заместителя председателя Совета министров СССР». На самом деле причина скрывалась в националистических корнях, так как он выступал «за самостийную Укpаину». Эту причину раскрыл Владимир Щербицкий, который 17 лет был во главе УССР и КПУ после Шелеста.
Советский политический деятель еще сталинской эпохи Анастас Иванович Микоян вспоминает:
«Был поставлен вопрос о письме первого секретаря ЦК КП Украины Шелеста, разосланном членам Президиума ЦК КПСС раньше. В том письме Шелест, ссылаясь на то, что на международных форумах многие страны, которые не торгуют с Советским Союзом, обращаются к украинским представителям с предложением заключения торговых соглашений с Украиной, не называя при этом ни одной страны и ссылаясь на высокий международный престиж Укpаины — она член-учредитель ООН, — предлагает предоставить право Украине выступить самостоятельно на внешнем рынке. Он критикует Минвнешторг и просит поручить заинтересованным организациям представить соответствующие предложения».
Как видите, УССР в 60-х годах уже была на пути одержимости национализмом, а ее руководители, занимающие высокие посты, «прощупывали почву» и готовили базу для выхода страны из состава Советского Союза.
К 1965 году ситуация обострилась настолько, что секретарь Львовского обкома Валентин Маланчук — доктор исторических наук, чей отец был убит бандеровцами в 1945-м — написал личное письмо Брежневу. В нем он сообщал, что в область вернулись уже свыше 40 тысяч бывших оуновцев и их семей. Но главное — он обвинил руководство КПУ в потакании националистам. Маланчук возмущался внезапным указом о повсеместном переходе образования на украинский язык, что вызвало недоумение даже у ректоров львовских вузов. Еще больше его поразило заявление заведующего отделом пропаганды ЦК КПУ Шевеля: «Не нужно бояться термина "украинизация" — надо воплощать его в жизнь».
Но главный скандал разразился вокруг журнала «Жовтень», редактором которого, вопреки возражениям Львовского обкома, назначили бывшего руководителя молодежной ОУН Братуня. Когда местные партийцы попытались сместить его, в дело неожиданно вмешался первый секретарь ЦК КПУ Петр Шелест, потребовавший пересмотреть решение. «Зачем поддерживать человека, по уши замаранного в националистической грязи?» — недоумевал Маланчук.
Щербицкий докладывал в Москву, что при Шелесте на Украину проникли десятки эмиссаров зарубежных националистических центров, а в 1973-м на Западной Украине раскрыли подпольные группы с оружием и антисоветской литературой. Так закончилась эпоха Шелеста — человека, который, будучи ставленником Кремля, невольно стал крестным отцом украинского национализма.
В начале июня 1990 года прошел пленум ЦК Компартии Украины, на котором был остро поставлен вопрос о проекте отдельного от КПСС устава Компартии Украины, что означало постепенное отделение КПУ от КПСС.
Член Политбюро, второй секретарь ЦК Станислав Гуренко, открывая пленум, демагогически сетовал на якобы существующее бесправие коммунистов УССР: "Коммунисты республики были удалены от формирования общепартийной политики".
Он возмущался "бесправием местных партийных организаций", мотивировал усиление автономности КПУ изменением статуса республики, увеличением ее "суверенитета", который сам же вовсю продвигал. Другие члены ЦК выступали на данном пленуме еще радикальнее. Так, главный научный сотрудник Института философии Академии наук УССР В. Врублевский прямо предложил КПУ поднять "флаг национального возрождения республики".
Все это очень скоро стало реализовываться на XXVIII съезде КПУ, где и была принята резолюция о суверенитете УССР. А Верховная рада, ведомая членом Политбюро Л. Кравчуком, только заверила самостийное решение съезда КПУ о "суверенитете" своим абсолютно коммунистическим большинством. Данный документ с радостью поддержали и примкнувшие к коммунистам новоявленные национал-демократы, но их роль была ничтожной – они не составляли даже трети депутатского корпуса.
6 июля 1991 года в Минюст УССР от КПУ направляется письмо с просьбой высказать замечания относительно устава КПУ для его регистрации. Интересно, что министр юстиции В. Бойко (тоже коммунист), будто предвидя дальнейшую судьбу КПУ, внес предложения, касавшиеся ее ликвидации.
Он предлагал дополнить устав абзацами: "...прекращение деятельности Компартии Украины возможно также в других случаях, предусмотренных действующим законодательством" и "...в случае ликвидации Компартии Украины ее имущество и средства используются в порядке, установленном действующим законодательством".
ЦК КПУ пошел на это унижение, согласившись на поправки. Так создавалась ситуация для подготовки к перетеканию власти от партийных органов к Верховной раде и Совмину, возглавляемых все равно видными коммунистами, а также к местным советам, главами которых становились местные секретари райкомов и обкомов. Создавались предпосылки для запрета КПУ, а точнее – для ее перехода в новое качество, для смены идеологии и построения "дикого капитализма".
Кроме того, руководство КПУ провело большую работу в парламенте, заставив депутатов проголосовать за акт независимости. Известный советский диссидент Левко Лукьяненко, бывший в то время депутатом, вспоминал: "24 августа 1991-го депутаты собрались в Верховной раде, чтобы рассмотреть вопрос о независимости Украины… Станислав Гуренко (глава КПУ) попросил перерыв, чтобы обсудить происходящее…
Станислав Иванович предложил однопартийцам проголосовать за независимость, потому что хотел видеть Украину свободной. Коммунисты вернулись в сессионный зал, и вся фракция, кроме одного депутата, проголосовала за".
После этого КПУ фактически самоликвидировалась: все ее значимые персонажи во главе с Л. Кравчуком сами сразу сдали партбилеты.
А 26 августа 1991 года был проведен последний пленум ЦК КПУ, где в ответ на панические заявления не посвященных в политические игры членов ЦК первый секретарь Гуренко заявил, что не хочет тратить время, и предложил закончить заседание за… один час. В тот же день КПУ была запрещена.
Источники:
“Политическое руководство Украины. 1938–1989”
“Начинал с оттепели”
“Как Хрущев стал украинцем”
“Хрущёв и взращивание русофобского гомункула”
“Тихий Шелест”
“Под грифом “Секретно”. Укронацизм эпохи Брежнева.
“Хитрый лис Кравчук - отец самостийной Украины”
Источник
