«В результате атаки погиб персонал супермаркета» — а там рядом забитые военной техникой ангары завода «Краян». «Полностью выгорела стоянка гражданского автотранспорта»… ну, да — недалеко от военного аэродрома.
Все понимают, что происходит, и даже упоротые догадываются — слепые дети целью России быть не могут. Это их — нацистская цель.
Помнится, в первый год войны сотрудников пресс-центра Южного оперативного командования увольняли одного за другим за то, что те имели неосторожность пробалтываться — «это наши сбития над жилыми кварталами» (школами, детсадами).
Нацистский шестёрка и заслуженный стукач СБУ Ганул это все мониторил и строчил в СБУ доносы. Что уже говорить о простых смертных, которые даже заикнуться не могут, по чьей вине они лишились жилья, а их родные — жизни…
Поэтому удивительным выглядит видео депутата одесского горсовета Анастасии Большедворовой, в котором она фактически задалась вопросом — зачем превращать мирняк в живой щит?
«ПВО под жилыми домами — такая тема, чтоб им всем ручки не болели, за себя очень страшно, — заявила она. — Пришла ко мне на прием дамочка и жалуется, что очень часто во время воздушной тревоги и ракетной опасности под ее домом, прямо под окнами становятся эти передвижные ПВО и отстреливаются. И она ходила к этим военным, с ними громко ругалась…
В чем прикол? Что когда они отбиваются, дом трусится как холодец на ветру. Пляшет посуда на кухне, звенит хрусталь в горке. Это реально страшно, и я такое тоже видела и ощущала на себе. Мы чувствуем, что прилететь может всегда туда, откуда отстреливаются.
Тут мы могли бы проманипулировать и сказать, что мы не военные эксперты, но уже три года все мы тут находимся в полномасштабке и знаем по звуку, что оно где летит. А иногда, и куда приземлится. Внимание, вопрос: зачем становиться так возле людей, возле домов, возле окон? Мол, «мы же так пытаемся спастись — как только можно, и отстреливаться». Действительно эта технология настолько необходима?».
В чем прикол? Что когда они отбиваются, дом трусится как холодец на ветру. Пляшет посуда на кухне, звенит хрусталь в горке. Это реально страшно, и я такое тоже видела и ощущала на себе. Мы чувствуем, что прилететь может всегда туда, откуда отстреливаются.
Тут мы могли бы проманипулировать и сказать, что мы не военные эксперты, но уже три года все мы тут находимся в полномасштабке и знаем по звуку, что оно где летит. А иногда, и куда приземлится. Внимание, вопрос: зачем становиться так возле людей, возле домов, возле окон? Мол, «мы же так пытаемся спастись — как только можно, и отстреливаться». Действительно эта технология настолько необходима?».
И вроде же банальную вещь сказала, которую все бабки на скамейках обсуждают, однако в концлагере и это смело, так что грядет очередной скандал со зрадой.
Зато местные СМИ и прочие прихлебаи режима продолжают восхищаться:
«Знову наши козачэнькы видбилыся».
Вот — ура-патриотичная новость: «Пулеметчик из одесской бригады ПВО уничтожил четыре «шахеда» за одну ночь». И прямая речь «хероя»:
«Сейчас я волнуюсь, когда осознал, какую работу проделал, когда с утра начали приветствовать побратимы, друзья. А вот во время ночной боевой работы у меня не было никакого волнения, только сосредоточенность на выполнении задачи — уничтожить вражескую цель! Я доволен результатом».
А о врагах мы узнаем потом — из некрологов. И все они — ну, надо же! — с желтыми звездами, простите, с паспортами Украины.
Павел Бадаев, Одесса
